В один из дней в ворота замка маркиза постучался гонец, в котором маркиз узнал одного из доверенных слуг графа, который срочно просил приехать к нему. Ничего не заподозрив, маркиз тут же в сопровождении трех своих человек выехал к нему, но только оказавшись в графском замке, сразу был схвачен и обвинен графом в прелюбодеянии с его женой, после чего был заключен в замковый подвал. Происшедшее настолько сильно повлияло на и так слабое здоровье де Растиньяка, что тот слег с горячкой. Узнав об этом, в замок прискакал барон. На несчастье маркиза, на какое-то время умирающий граф пришел в сознание и попросил Мармадьюка забрать маркиза и спрятать его так, чтобы того больше никто никогда не нашел. В особенности - его жена, молодая графиня. Тогда барон отвез маркиза к графу де Брассье, а когда вернулся, узнал, что граф уже умер. Ближайших наследников у него не было, за исключением пары двоюродных братьев. Именно на них возложили обязанность пристроить наследницу и владения. Желающих получить молодую, красивую, а главное богатую наследницу набралось столько, что было решено устроить турнир. Победитель получает приз - графиню и ее владения. Победителем турнира стал барон, который оказался не только циничным злодеем, но и отличным бойцом. Не успели согласовать сроки свадьбы, как неожиданно появился маркиз, которого все уже считали погибшим. Он рассказал местному дворянству о коварном плане барона Мармадьюка, с помощью которого, он попал в ловушку. Но тот с помощью лести и денег сумел склонить на свою сторону часть дворян, поэтому маркиз сумел добиться только нового турнира. Со своим участием. Правда, на этот раз это выглядело не как состязание, на котором можно было показать свое мужество и померяться силами, а как смертельная схватка. Маркиз приводит с собой девять своих друзей - дворян, а барон со своей стороны - приводит своих. Драться противники будут до тех пор, пока один из претендентов на роль мужа графини не падет мертвым.
- Почему он не предложил тебе схватку один на один, если он такой крутой... я хотел сказать хороший боец, - спросил я его, когда мы сидели в зале с кубками вина в руках. - Ведь риск и так, и так.
Маркиз криво усмехнулся: - Барон знает, что я сильный боец, да и уверенности у него в своих силах, похоже, меньше чем у меня. А в общей схватке у него есть шанс, что меня убьет кто-то другой или.... В общем, общая схватка подразумевает много случайностей, не всегда зависящих от сильного и уверенного в себе воина. Здесь также играет роль место схватки, погода, выбор бойцов... и, конечно, удача. Вот поэтому барон и выбрал именно такой способ. Так что предугадать, на чьей стороне будет победа, невозможно, а значит, наши шансы победить или умереть равны.
- Судя по тому, что вы, маркиз, приехали сами, то осмелюсь предположить, что вы хотите предложить мне участвовать в вашем смертельном шоу... э-э... поединке.
- Кому как не вам, захватившему этот мощный замок с горсткой людей, а затем в поединке сумевшего сразить его хозяина, который считался сильным бойцом! Я чувствую, нет, я вижу за вашей спиной удачу! Вы любимец фортуны! А она мне сейчас просто необходима! К тому же участвуя в подобном поединке, вы получите свою часть славы, значит, я верну вам долг благодарности, как своему освободителю.
"Нужна мне твоя слава, как рыбке зонтик! Жил себе - не тужил.... Но как такое объяснишь средневековому феодалу?!".
Но так я думал по старой привычке, оставшейся во мне еще с того времени, когда пытался идти против целой системы. Позже, на службе у английской короны, я уже сознательно врастал в шкуру эсквайра Томаса Фовершэма, заставляя себя понимать, чувствовать и думать, как рыцарь. Я не стал падок на грубую лесть, которая была в ходу в эти времена, но в его словах была доля правды, к тому же приятно сознавать, что на этот раз я все сделал сам. Помимо всего этого была еще одна причина. Цель моего похода, замок Ле-Бонапьер, лежал на расстоянии двух дней быстрой скачки от поместья маркиза. Все это вместе взятое привело меня к вопросу, который я задал маркизу:
- Когда бой?
- В день святого Мартина. Через десять... нет уже через девять дней. Если я правильно понял ваш вопрос: вы согласны?
- Согласен!
ГЛАВА 3
"БОЙ ДВАДЦАТИ"
До глубокой ночи в замке маркиза стоял стук и звон - оружейники ковали, точили, клепали - готовя оружие и подгоняя доспехи. На конюшнях конюхи осматривали и чистили боевых коней, но это делалось на всякий случай, так как согласно условиям поединка мы должны были сражаться пешими. На вечерней молитве в часовне замковой церкви, мы, все десять человек, сначала исповедовались, а потом получили отпущение грехов у отца Августина. Выйдя из церкви, я постоял некоторое время на замковом дворе, подставив лицо свежему вечернему ветерку, который приятно обвевал кожу после удушливой, жаркой и насквозь пропитанной ладаном и благовониями, атмосферы церкви. Конечно, я, как и любой человек надеялся, что завтра из этой рубки выйду живой и... здоровый, но как говорится: "человек предполагает, а Бог располагает".
"Если мне завтра... не повезет, то надо составить, как тут говорят, духовное завещание. Кстати, если я, завтра, умру, как со мной там дела обстоять будут? Интересный вопрос, но, к сожалению, ответ я смогу получить.... Ладно, хватит похоронного настроения. Да и чего стоять, надо идти улаживать дела на грешной земле".
Подойдя к деревянному бараку, приткнувшемуся у замковой стены, открыл дверь. Вошел. Это помещение было выделено отряду лучников, который последовал за мной, как за своим командиром. Огляделся. Большинство спало. Только небольшая группка лучников при неярком свете свечей играла в кости на дальнем конце длинного стола, а на ближнем, в ожидании меня, сидело четверо: Джеффри, Сэм, Уильям и Лю. Они знали, зачем их позвали, поэтому вопросов не задавали, а молча, ждали, что я им скажу.
- Ну, что, парни, слушайте мою последнюю волю. Сэм, Уильям, моя смерть разрывает наш договор. Я договорился, что никаких препятствий люди маркиза либо другого дворянина, вам чинить не будут, дав уйти спокойно.
Это я сказал к тому, что замок маркиза, был переполнен людьми, которых привели с собой каждый участник поединка. Среди которых было немало людей, кто участвовал в войне и имел невыплаченный счет к англичанам, а к английским лучникам в частности. Нетрудно был заметить в их глазах блеск ненависти и жгучее желание отрезать большие и указательные пальцы на обеих руках, чтобы никогда проклятый англичанин не смог держать лук и натянуть тетиву!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
