как ни крути, это я выдернул его из библиотеки, заставив работать, но никуда входить я не хотел. Мне ещё перед главами кланов распинаться, рассказывая им небылицы, так что хорошие отношения с карликами меня уже мало заботили. Время вышло. Если бы библиотекарю нужно было забрать книги, он бы прислал в Бристон другого клона. Их у него много.
— Твоё время в Бристоне вышло, — произнёс я, как только карлик открыл глаза. — Сейчас ты идёшь к порталу и уходишь куда угодно. Дальнейшая твоя судьба мне не интересна.
— Не так быстро, покоритель тайн. Не так быстро, — прохрипел карлик, с трудом усаживаясь рядом с осколком Первородной Души. Вытянув перед собой руку, он заставил отделиться от осколка несколько кусочков, что начали кружить вокруг его руки, словно мотыльки. Я с трудом сдержал ругань — библиотекарь всё же собирается забирать осколок! Ладно, разберёмся! Нарушение контракта дело такое, за которое Небо точно по головке не погладит! Мы же справимся и без источника. Должны справиться!
— Я слышал твой разговор с главами кланов. Признаюсь, увидеть их не ожидал — даже я считал их погибшими. Как не ожидал оказаться там, куда ты меня насильно запихнул. Ты же понимаешь, что это было?
— Три моря безумия.
— Моря? О, это были отнюдь не моря, покоритель тайн! Это были сконцентрированные сгустки безумия, воплощённые в виде всех четырёх стихий! Огонь, вода, ветер, земля. Это был полноценный океан безумия, покоритель тайн! Мне известно, что ты сделал с Князем. Но там был другой случай — подмена одного сознания другим. Мы не думали, что там было что-то подобное. Возможно, ты просто убрал одно сознание и вернул изначальное, но то, что ты провернул с тройкой глав кланов, да ещё и при моём присутствии — это интересно. Это то, что заставляет меня забыть о былых разногласиях.
— Разногласиях? — усмехнулся я. — Твой клон передал всю информацию обо мне и моей семье той, кто желает меня уничтожить! Это не разногласия, библиотекарь. Это предательство, с какой стороны на него не посмотри.
— Я бы не стал использовать столь грубые слова, покоритель тайн, — карлик продолжил вращать над ладонью осколки Первородной Души, заставляя их выписывать забавные пируэты. Мало того, со временем осколки начали менять форму, становясь книгой, фигуркой, оружием, предметом мебели. Многообразие форм впечатляло, но я совершенно не понимал затеянную карликом игру.
— Да, признаю, у меня не получилось ограничить сбежавшего клона от информации. Однако я проанализировал всё, что нам было известно о тебе по состоянию на два года назад, когда появился отступник. В этой информации не было ничего критичного. Всё то, что можно получить из обычных источников.
— Написанные мной книги в обычных источниках не получишь, — напомнил я. Судя по тому, как карлик начал изворачиваться, ему от меня что-то нужно. Причём сильно нужно, раз из речи пропал даже намёк на угрозы. Раньше я никогда не видел, чтобы библиотекарь вот так ловко катал в руках осколки ценнейшего источника энергии. Что изменилось? Духовное зрение подсказало ответ — нити, идущие от его меридианов, всё ещё объединяли карлика с осколком в центре зала. Разум стал един с телом. Но не весь разум. А только тот, что находится внутри конкретного клона.
— Но там тоже нет ничего критично важного, — запротестовал карлик. — Ты два года назад, и ты сейчас сильно отличаетесь. Как по силе, так и по возможностям. От того, что Дилайла узнала про твои приключения, оформленные в виде сухого текста без каких-либо важных деталей, особых бонусов она не получит. Не стоит рубить сгоряча, покоритель тайн! Мы может быть полезны друг другу.
— Можем, — произнёс я, обрывая созданные нити. Осколки Первородной Души, что кружили вокруг ладони библиотекаря, рухнули на пол, но тут же влетели в большой камень, растворившись в нём. Карлик дёрнулся и даже рот открыл, словно рыба, выброшенная на берег. Разум вновь разъединился. Я повторил:
— Да, мы можем быть полезны друг другу. Осталось решить твой любимый вопрос. Ты же не думаешь, что я стану восстанавливать целостность твоего разума с телом бесплатно? Сейчас ты уходишь из моего города, а когда соберёшься с мыслями о том, что готов предложить мне за очередное безумство, включая гарантии о сохранности информации, полученной в процессе нашего общения, можешь приходить. С наскока такие вещи не решаются, библиотекарь. Ничего другого предложить сейчас тебе я не могу. Слишком свежи в памяти угрозы удаления защитных формаций и осколков Первородной Души. Тебя проводить или сам дорогу найдёшь? Клан Панд никому не позволит говорить с собой с позиции силы. В Бристоне закон джунглей действовать не будет!
Глава 6
— Значит, это и есть моя невестка? — глава Тигров смотрел на притихшую Альтаю. Моя ученица, выросшая в центральном дворце демонов, не признающая никаких авторитетов, кроме меня и Герлона, да и с нами умудряющаяся спорить по поводу и без, выглядела слегка шокированной. Божественные сущности в мире демонов являлись такой редкостью, что их видели лишь избранные, здесь же, в мире даосов, на неё смотрело сразу трое бронзовых богов, а один из них и вовсе являлся её новым родичем, что согласия на брак со своим сыном не давал. Тут кто угодно может смутиться.
— Хорошенькая, — произнёс глава Драконов.
— Даже не смотри в её сторону! — рыкнул глава Тигров. — Клан Панд под моей защитой!
— Ты себе трон вначале верни, — парировал глава Драконов, после чего оба главы засмеялись над забавной шуткой. В кланах не было ни одного даоса, кто найдёт в себе силы и смелость возражать вернувшимся главам.
— Они на моей территории, — глава Грифонов, наконец, решился озвучить то, что ему не нравилось.
— И что? Поплачься ещё, — отец Леога взглянул на своего коллегу. Что-то до меня с запозданием дошло, что три божественные сущности в третьем поясе являются не самыми желанными гостями. При чём такие сущности, что постоянно соперничали друг с другом в прошлом и наверняка будут соперничать в будущем.
— Ты… — начал темнеть глава Грифонов, заслужив неприятный оскал главы Тигров.
— Естественно я! С каких пор ты начал называть своими землями территорию, захваченную демонами? Вместо того, чтобы заботиться о своём клане, сидел в центральном регионе, распивал чаи и мечтал о медитации у Первородной Души. Мой сын взял эти земли
