― Здесь красиво. Если бы я сбегала, то именно сюда. Знаешь, вдали от дороги и движения.
Мы едем назад в кампус, только куда медленнее, чем прежде.
― Ты приедешь в эти выходные на вечеринку Тэлона? ― он поглядывает с меня на дорогу.
― Аххх, ― неловко ерзаю на своем сиденье.
Мои мышцы уже привыкли к его присутствию и давно расслабились, а теперь все переходит на страшную территорию, потому что быть рядом с ним сейчас ощущается легко.
― Так ты хочешь, чтобы я пришла на твой бой и на вечеринку?
Мэддокс пожимает плечами, въезжая на территорию кампуса. Сейчас поздно и внутренний дворик освещают только большие уличные фонари.
― Да, почему нет? Не то, чтобы я заставлял тебя прийти на мой бой в эти выходные. У тебя есть пара недель, чтобы привыкнуть к мысли.
Я делаю паузу, держа руку на ручке дверцы. Мягко улыбаюсь.
― Хорошо, я приду и туда, и туда. Возможно. Я имею в виду, попытаюсь прийти на вечеринку.
Мэддокс тянется вперед, его глаза все еще на мне. Его лицо так близко к моему, что я могу чувствовать его дыхание на своих губах. Застываю, внутренне борясь с собой, что, черт побери, мне делать, если он поцелует меня? Он наклоняется немного ближе, губами лишь слегка касаясь моих. Я закрываю глаза и как только собираюсь поцеловать его, он сдвигается в сторону и открывает бардачок и копается в бумагах. Ублюдок! Я открываю глаза, когда быстро беру себя в руки, даже если мои щеки словно в огне. Черт побери. Это был тест на дружбу? Неужели я только представила себе, как он коснулся моих губ своими? Ох, Боже, мне нужна помощь.
Доставая пропуск, он протягивает его мне вместе с парой прямоугольных листов бумаги.
― Два билета и это, ― он указывает на пропуск. ― Это для тебя. Он позволит тебе пройти в мою комнату через черный вход. Во время боя вы обе будете сидеть с Тэлоном и Вульфом.
Я прочищаю горло.
― Ты хочешь, чтобы я пришла и навестила тебя до боя?
Выражение его лица смягчается, от чего мои внутренности превращаются в расплавленную лаву.
― Да, Рози, хочу.
У меня есть приблизительно три недели, чтобы взять себя в руки, каждый раз, кога он рядом ― или я облажаюсь.
***
Позже той ночью, после душа, я лежу в кровати, натянув одеяло прямо до своего рта, улыбаясь от уха до уха.
― Хороший вечер? ― спрашивает Лейла со своей кровати.
Я не могу видеть ее, потому что в комнате тьма кромешная, но могу слышать ее ухмылку.
― Потрясающий, Лей.
― Просто… ― она вздыхает. ― Будь осторожна.
Глава 9
![]()
― ДЕРЬМО, дерьмо, дерьмо, дерьмо, чертово дерьмо в квадрате.
Бегу по пустым коридорам, в одной руке держа кофе, а учебники в другой. Да, хорошо, я опаздываю, так как зашла за кофе, но в свою защиту скажу, что, если бы у меня его не было, то не смогла бы ни о чем думать, потому что была бы очень занята, убивая у всех на виду. Я серьезно зависима от кофе, и, хотя недавно сократила его потребление до четырех ложек в кружку, все еще нуждаюсь в нем как в воздухе. Захожу в класс английского, и в комнате воцаряется тишина.
― Здравствуй, Аметист. Так мило, что ты удостоила нас своим присутствием.
― Я знаю, знаю, мне жаль, мистер Рэ. Это случилось ненамеренно, честно, ― говорю я, медленно отступая вверх по ступенькам к одному из столов сзади.
― Дайте угадаю, ― он выгибает бровь, как раз, когда я плюхаюсь на стул. ― Твой фургончик с кофе опоздал.
О да, и ни для кого не было секретом, как сильно я любила дьявольский напиток.
Улыбаюсь ему своей самой дерзкой улыбкой.
Он толкает по переносице свои очки вверх, отпуская меня.
― Как я и говорил, аналоги…
Быстро вытаскиваю книги и открываю чистую страницу, чтобы сделать записи. Я человек старой закалки. По своей натуре я писака ― никогда не могла печатать достаточно быстро, чтобы успеть сделать заметки. Писала бессвязные записи на паре, которые могла понять только я, и мне это нравится. На своем Маке я не могу это делать, не важно, какой он модный и красивый.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
― Псс.
Чей-то голос рядом привлекает мое внимание и после того, как щелкаю ручкой, я искоса на него смотрю.
― Привет?
― Ты ведь знаешь, что эта ерунда вредная для тебя, правда? ― парень использует ручку, чтобы указать на мой стаканчик кофе.
Я хватаю его и прижимаю к груди.
― Моя прелесть.
Я шучу. Любой, кто не смог бы узнать ВК (это «Властелин Колец», кто не знает), не смог бы сидеть с нами. Под нами я имею в виду себя, потому что у меня нет банды. Ну, у меня есть Лейла, хотя мне пришлось заставить ее сидеть рядом и смотреть все фильмы со мной. Теперь она понимает отсылки, именно поэтому мы лучшие подруги.
Парень усмехается, откидываясь на свой стул.
― Миглз, да? Должно быть, хороший кофе, ― он подмигивает мне, а затем переводит свое внимание назад на профессора.
Так как он больше не смотрит на меня, я наконец-то позволяю себе взглянуть на мистера Кофе-ненавистника. Чисто выбрит, почти военная стрижка, рубашка с воротником и чистые джинсы. Ни намека на татуировки и грозный вид. Парень, кажется нормальным. Его черты лица красивые, ресницы веером рассыпаются по высоким скулам. Мой типаж. Безопасный. И… дерьмо.
― Наслаждаешься видом? ― он выгибает бровь, даже не глядя на меня.
― Извини, ― у меня ужасно получается быть девочкой. Это отстойно.
― Не надо, ― отвечает так тихо, что я почти пропускаю это мимо ушей.
― Не надо… что? ― спрашиваю я, делая кое-какие заметки, но заканчиваю тем, что рисую завитушки.
― Извиняться.
― Ох, ― облизываю губы. ― Я Аметист, ― полагаю, небольшой разговор не повредит.
― Я знаю, ― он смотрит прямо на меня, взглядом встречаясь с моим. Пара самых нежных голубых глаз смотрит на меня, а обрамляющие их черные ресницы только усиливают цвет. ― Мейсон.
***
Обед наступает быстро. Стоя в очереди в кафетерии, я рассматриваю варианты еды. Вариант первый ― мы возьмем углеводы, жиры и еще больше углеводов; вариант второй ― еще больше углеводов, жиров и немного добавим сахара. Я не помешана на спортзале или диетах как таковых, но придерживаюсь здорового рациона питания (по большей части). Пончики не в счет.
Я слышу громкий свист. Поворачиваю голову к столику, за которым мы с Лейлой всегда сидим, только ее там нет. Снова возвращаюсь к обеденному меню, беру несколько суши и яблоко.
Раздается еще один свист.
― Рози!
Через всю комнату ухмыляется Мэддокс. Он подзывает меня рукой, но я медлю, затем вижу Лейлу и киваю. Ей, кажется, удобно рядом с Вульфом. Предательница. Мэддокс одет в умопомрачительные светло-голубые, рваные джинсы, и наполовину порванную футболку с логотипом AC/DC, которая демонстрирует все его мускулы. А также на нем кепка, надетая задом наперед.
Иду к их столу, игнорируя как все в кафетерии заняли первые ряды, чтобы понаблюдать за мной с Мэддоксом.
Борясь с желанием закатить глаза, я ставлю свой поднос на стол.
― Я вижу, у вас тут полный зрительный зал.
Мэддокс подмигивает.
― Ох, ты только что это заметила?
― Мгм, ― я кусаю свое яблоко, пока присаживаюсь. ― Этот год, очевидно, является годом открытий, ― он откидывается на спинку стула самодовольно улыбаясь. ― Не смотри на меня так, Мэддокс.
― Как так? ― во рту у него мелькает зубочистка.
― Ты знаешь как.
― В общем! ― вмешивается Лейла, сердито глядя на нас обоих, пока, словно птичка, накалывает кусочек салата и отправляет его себе в рот. То, как она кушает, немного неуютно. Болезненно. У нее нездоровая одержимость едой. Ешь или нет, не забывай про задницу. Все заслуживают большой зад.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мэддокс все еще ухмыляется мне.
Я пинаю его под столом, ногой задевая его голень.
― Ауч!
― Упс. Извини, ― я откусываю суши.
