тетеха!! Как там мои прутики — саженцы? И надо хоть посмотреть, что там за семена я купила. А то просто протянула продавцу список, она мне накидала упаковок, посчитала сумму, упаковала и подала. Я и не смотрела, что там. Здесь же, в круговерти событий, вовсе про это забыла! Конечно, я не агроном ни разу и даже не дачница, но всё-таки была у меня подружка на агро-факультете, с которой мы ездили несколько раз вместе на практику в агропромышленные комплексы. Так что чисто теоретически кое-какие сведения в моей голове застряли. Вот практических никаких, руки из другого места растут.
Так, журналы тоже в нужную стопку отложу. Последний ящик. В нем лежала одна единственная папка с размашистой надписью "Сережины прожекты. Блажь и баловство". Интересно, что там за прожекты? Хася говорил, что отец настоящей Катерины был инженером, учился за границей. И Верка рассказывала, что некоторые улучшения молодой барин устраивал в доме. Может, там что-то интересное есть? В дверь кабинета постучали и, получив разрешение, внутрь прошмыгнула та самая Лушка, девчонка лет семнадцати на вид, с рыжеватыми растрепанными косицами. За ней тянулись ещё две ее товарки. Тряпки, веники, деревянные шайки были при них. Я коротко обрисовала им фронт работ, собрала все бумаги со стола (деньги я давно убрала в сейф), велела отнести все в мою комнату. Буду разбираться с бумагами и своими нечаянным запасами из двадцать первого века. Рояль в кустах, как он есть. Всегда сама возмущалась такими "подарками судьбы", когда читала про попаданок. А тут нате, пожалуйста!
Глава 10
Оставив девчонок убирать кабинет дочиста, сама прошла вниз, хочу познакомиться с теми слугами, что в доме. Потом доберусь и до дворового люда. Первым мне попался навстречу Трофим. Он старательно полировал тряпицей медные ручки и пластины декоративных накладок на входных дверях. Я остановилась рядом.
— Здравствуй, Трофим! Скажи, а в какой должности ты в доме, что входит в твои обязанности? Извини, но я жила в городе и мало знаю про сельскую жизнь.
Мне было как-то странно говорить "ты" пожилому постороннему человеку, но приходилось. Трофим спрятал за спину руку с тряпкой, коротко мне поклонился.
— Так ранее я был здесь дворецким, а сейчас много приходится чего делать. Народу совсем мало осталось, все война, проклятущая. Вот слежу за общим порядком в доме и дворе. За поля, уж простите, барышня, не отвечаю, никогда с этим не сталкивался. Я и вырос-то в доме. За покупками и расходами следит Игнатьевна, я только говорю ей, что надобно. Припасы тоже у нее. Вроде экономки она теперь.
В отличие от всей остальной прислуги речь у Трофима была правильной, без всяких местных словечек. Делаю вывод, что по вопросам прислуги буду обращаться к нему. А сейчас пройду на кухню, посмотрю, поговорю с Марфой, главной кухаркой.
Сегодня на кухне было спокойно, никакой особой суеты. Кастрюли и чугунки стояли на краю плиты, только большой пузатый чайник активно пыхтел на середине плиты, готовясь закипеть. Развешанные на крюках вдоль чистых!! окрашенных в голубой цвет стен сковороды и кастрюли блестели чистыми металлическими боками. Пол, выложенный каменными плитами, тоже был чистым. Видимо, Марфа и ее подчинённые блюли чистоту.
Сколько читала про попаданок, так там они первым делом начинали воевать за чистоту на кухнях, а местный контингент активно сопротивлялся. То ли я попаданка неправильная, то ли мне повезло, только не надо мне тут наводить чистоту, и без меня все нормально. Что при моей лени просто замечательно. Из сотрудников на кухне обнаружилась одна кухработница, чистящая какие-то овощи возле мойки. На мой вопрос, где весь персонал, испуганно глядя на меня, работница ответила:
— Дак господский обед готов, вот Марфа с Аксиньей и пошли на людскую кухню, там тоже готовят. Людишек-то много там кормится, а кухарка одна, без помощницы.
Я удивилась — Так вон, сколько по дому девок слоняется, можно одну-две и отправить! Проблема в чем?
Работница пожала плечами.
— Раньше так и было, так Игнатьевна сказала, что и так одна кухарка справится. Неча лишним людишкам возле харчей отираться, и так мало.
Опять Игнатьевна! Самое смешное, что все ее последние распоряжения достаточно нерациональны и даже глупы. Вроде как маленький ребенок — назло маме отморожу уши! Со стороны коридора послышались голоса, и в кухню вошли уже ранее мельком виденные мною женщины. Одна высокая, статная женщина, с косынкой на голове, чистом фартуке. Внешне похожа с Верой лицом, но фигуры явно разные. Вероятно, это и есть главная кухарка Марфа, мама Веры. Вторая женщина, пониже ростом, но тоже с косынкой на волосах, фартук, правда, темный на ней. Видимо, это вторая подсобница, Аксинья. Имена какие у всех тут интересные, старинные, в наше время их уже давно забыли.
Увидев меня, женщины слаженно поклонились, хоть не до земли, а то чувствую я себя неловко. Чтобы избавиться от этого чувства, я преувеличенно деловым тоном заговорила.
— Вот, знакомлюсь с людьми и хозяйством! Мне у вас на кухне понравилось, все так чисто, аккуратно! И готовите вы очень вкусно! Есть ли у вас какие вопросы ко мне по кухне? Кто отвечает за хранение и выдачу продуктов? И я хочу, чтобы подобрали девушек из тех, что по дому, и назначить их подсобницами и на людскую кухню тоже. Подберите и скажете мне, я сама их туда отправлю.
Марфа внимательно посмотрела на меня, о чем-то поразмыслила пару минут, затем ответила:
— На добром слове о моей стряпне благодарствуйте, барышня! Про чистоту нам все время старая барыня твердила, пока в силе была, все время говорила, мол, где чисто на кухне, там похворух животами не бывает! И верно, прошлым летом в округе, сколько людишек маялось и детня малая так умирали даже. А у нас все, слава Богу, все здоровы были. Раньше я смотрела за каморами с продуктами и ледником, а теперь Игнатьевна выдает. Не всегда то, что прошу, говорит, что некого сладко кормить, барыня болеет, почти не ест. Вот теперь вы, барышня, приехали, для вас буду стряпать. Девок я пригляжу, и в самом деле, слоняются по дому да хихикают, а там Секлета одна совсем, я иной раз помогаю, да мои помощницы когда.
