Но вдруг эти люди могут? Я не знаю, на что они способны. И кто они вообще.
Все это очень страшно. Неужели это все из-за акций? Давид уверяет, что нет.
Выглядываю из-под одеяла — за окном уже темнеет. Ночь. Тишина. Я закрываю глаза и засыпаю. Стресс дает о себе знать.
Просыпаюсь от подозрительного звука — скрежет замка. Кто-то открывает дверь.
Я так и лежу под одеялом. Это же Давид? Больше некому прийти. Некому.
Убеждаю себя снова и снова.
Слышу шаги и потом кто-то тянет одеяло и в глаза сразу же ударяет яркий свет. Уже утро.
Морщусь и, открыв один глаз, смотрю на того, кто только что вошел в дом.
Вскакиваю от страха и пячусь на кровати назад.
Передо мной стоит незнакомый мужчина с лицом, не выражающим абсолютно никаких эмоций.
— Кто вы? — заикаюсь я. Оглядываюсь в поисках хоть чего-то, чем смогу защититься.
— Я от Давида, — ровно произносит мужчина. — Не надо волноваться. Я не причиню вам зла. Я отвезу вас домой. Собирайтесь.
Удивленно смотрю на него.
— Что? — откашливаюсь. — Домой? А где Давид?
— Собирайтесь, — кивает мужчина и выходит из комнаты.
Какое-то время сижу и пытаюсь понять все, что сейчас происходит со мной. И не могу. Все это выглядит… странным? Где Давид? Он же обещал приехать. Почему он прислал какого-то мужика? Домой… А вдруг там уже меня ждут?
— Вы готовы? — слышу голос из коридора.
— Да-да, — кричу в ответ. Вскакиваю с кровати, беру сумку.
А телефона у меня нет — Давид забрал. Обещал привезти новый и вот…
Выхожу в коридор.
— Пойдемте, — кивает мне мужчина и открывает дверь.
Он молча везет меня к моему дому. Паркуется и достает что-то из бардачка:
— Давид просил передать, что вам больше нечего бояться. Он все решил. И еще. Вот, Давид просил передать, — протягивает мне коробку. Новый телефон.
— Не надо, — я не беру коробку и открываю дверь. — Передайте ему спасибо, но не надо.
Выхожу и, зажмурившись на мгновение, захожу в подъезд.
В квартире никого. Это даже к лучшему.
Следующие пару дней проходят абсолютно спокойно. Я правда не выхожу из квартиры. Вике говорю, что живот болит.
Смотрю в окна — а вдруг за мной следят? Но нет, все идет как обычно. Никого подозрительного во дворе и в гости никто не приходит. Даже Максим.
И Давид не появляется. Мне не надо объяснять. Я все понимаю без лишних слов.
На третий день решаюсь выйти-таки на улицу. Сходить за продуктами.
Первое время иду, постоянно оглядываясь по сторонам. Шарахаюсь от подозрительных, на мой взгляд, личностей. Но нет. Все проходит гладко. Никому до меня нет дела.
Может, хоть на этот раз Давид не обманул и мне больше нечего бояться?
В супермаркете набираю два огромных пакета. Вика никогда не любила ходить в магазины. Всегда я этим занималась. И пока я вот сидела дома, холодильник опустел окончательно.
Благо супремаркет недалеко от нашего дома. Как-нибудь дотащу. И позвонить не могу — ведь телефона у меня так и нет…
Выхожу на улицу, не глядя, и меня сшибает какой-то парень. Бросает на ходу: «Извините» и убегает.
— Твою мать… — вырывается у меня, когда ручка одного из пакетов обрывается и по асфальту катятся яблоки. Содержимое пакета оказывается на земле.
Мне хочется плакать.
Оставлять продукты я не могу — это запас еды на несколько дней и, учитывая отсутствие денег, его придется растянуть.
Но и нести как это все без пакета не представляю.
Сажусь на корточки и смотрю на лежащие в ногах продукты.
Тут передо мной возникают черные, идеально начищенные ботинки. Останавливаются передо мной и не трогаются с места.
Мне это не нравится.
Поднимаю взгляд.
Передо мной стоит пожилой мужчина с добродушным лицом.
— Помочь? — спрашивает с улыбкой, кивая на пакеты.
— Не надо, спасибо, — по привычке отказываюсь я.
Тогда мужчина, ничего не отвечая, сам начинает собираться продукты. Они все умещаются в его руках.
— Пакет сможете сами нести? — спрашивает, показывая взглядом на второй, уцелевший пакет.
Киваю.
— Пошлите тогда, — и он первым уходит, держа в охапке мои продукты.
— Я недалеко тут живу, — встаю, хватаю пакет и бегу за мужчиной.
— Это хорошо, — отвечает он.
Он доводит меня до квартиры. Кладет продукты на тумбочку в коридоре.
— Спасибо, — говорю я.
Мужчина прощается и уходит.
— Кто это? — спрашивает, выходя из комнаты Вика.
— Случайный знакомый. Если бы ты со мной пошла, — ворчу я, — то не пришлось бы искать помощи на стороне.
— Если бы решила сделать то, что я тебе говорю, то нас бы не было уже здесь и не пришлось бы больше по супермаркетам таскаться, — упрекает она меня в ответ.
Ничего не отвечаю.
Вика мне весь мозг съела разговорами о том, что я должна стрясти деньги с Давида. А я не хочу. Не хочу больше видеть его. И уж тем более брать эти деньги.
Поэтому недовольно громко выдыхаю и несу пакет на кухню.
На следующий день решаю сходить в ближайший салон связи и купить себе хоть какой-нибудь самый дешевый телефон. На первое время сойдет.
Удивлению моему нет конца, когда у подъезда я встречаю того самого мужчину, который помог мне донести продукты вчера. Я не верю в совпадения.
— Что вы здесь делаете? — сразу спрашиваю я.
Он отходит от машины и идет ко мне.
— Вот, вчера забыл отдать, — протягивает мне шоколадку. — В карман ее положил, когда продукты распихивал. И забыл.
Забираю шоколадку:
— Спасибо.
Но такой себе повод, поэтому все еще смотрю на него с недоверием.
— Каюсь, — он опускает голову. — Должен был сразу сказать. Василиса, нам надо поговорить.
