– Железные прутья только портят весь вид, ради которого ты и занял эту комнату, зачем они здесь? – удивленно спросила Чжун Кэ.
На этот вопрос Лу Чжэнань ответил, что боится чудовищ, живущих в озере, а еще больше боится воров, которые могут украсть его «сокровища».
Чжун Кэ взглянула на замок-полумесяц на оконной раме, абсолютно целый, без единого следа повреждений. Значит, комната Лу Чжэнаня – классическое герметичное пространство. Но в таком случае кто и каким образом пронес гвоздь из детского гроба в наглухо закрытую комнату? И как ему удалось положить гвоздь на кровать так, чтобы парень ничего не заметил?
Неужели… этот некто появился из ниоткуда, словно из воздуха? Здравый смысл тут был бессилен.
5– Кстати, а где тот гвоздь, который ты мне показывал вчера? – задумчиво спросила Чжун Кэ.
Лу Чжэнань снова достал из ящика гвоздь, найденный в комнате Лу Жэня, и протянул его Чжун Кэ. Девушка взяла гвозди и положила их рядом, чтобы сравнить, – они были абсолютно идентичны по цвету, размеру, материалу, форме и даже тому, насколько проржавели.
– Вот этот, где именно в комнате дядюшки Лу ты его нашел?
– Он лежал в его подставке для ручек… Когда я услышал, что на месте убийства дядюшки нашли пуповину, я вспомнил о проклятии младенца. В тот день я пробрался в его кабинет и нашел гвоздь на столе, в подставке для ручек.
– Подожди… А полиция, разве они не нашли гвоздь при обыске?
– Вероятно, они просто не знают о проклятии младенца, так что даже если б они и нашли гвоздь, то не приняли бы его за улику.
Чжун Кэ завернула два гвоздика в отдельные бумажные салфетки, а затем сказала:
– Тогда давай расскажем детективам об этом. Я не особо верю в проклятия, но это может стать важной уликой в деле.
Лу Чжэнань ничего не ответил. Он резко изменился в лице, в его взгляде мелькнул страх, и парень произнес жуткую фразу:
– Я могу умереть сегодня…
– Что ты несешь? – Чжун Кэ испугалась от неожиданности.
– Я серьезно… Чжун Кэ, ты разве не понимаешь? Тот, кто найдет гвоздь из детского гроба, умрет в тот же день, – тон Лу Чжэнаня впервые был таким серьезным. – Думаю, я умру сегодня ночью.
– Что? Перестань пугать самого себя, ладно?
На лбу Лу Чжэнаня выступило несколько капелек пота – он выглядел очень взволнованным. После минутного молчания парень внезапно схватился за голову и взъерошил волосы.
– Гвоздь для детского гроба… гвоздь для детского гроба – это предзнаменование смерти, – принялся бормотать он себе под нос, словно сумасшедший. – Дядя Лу тоже нашел гвоздь для гроба перед смертью и поэтому умер… В этот раз… в этот раз моя очередь, я следующий!
– Ах, ну не будь таким суеверным! – Чжун Кэ не могла на это смотреть. Она никогда не видела Лу Чжэнаня таким испуганным. – Не бойся, я сейчас же позвоню в полицию, и они разберутся во всем, ладно? А ты оставайся здесь и не дергайся.
Лу Чжэнань лишь удрученно кивнул.
Вернувшись к себе в комнату, Чжун Кэ достала из ящика визитку, оставленную ей полицейским Ляном, и набрала его номер. К сожалению, лейтенант Лян уехал в командировку, чтобы разобраться с разнообразными связями Лу Жэня, и собирался вернуться в Шанхай только на следующий день рано утром. Чжун Кэ вкратце пересказала все полицейскому по телефону, про гвозди и проклятие, однако тот не придал значения ее странному рассказу.
Вот только на следующий день лейтенант Лян пожалел, что сразу же не выехал в особняк Лу.
6После обеда Лу Чжэнань не покидал своей комнаты.
Поскольку празднование состоялось в полдень, на весь оставшийся день было приготовлено еще несколько блюд. Служанка, хорошо знакомая с привычками Лу Чжэнаня, помнила, что он никогда не ел жирной пищи в своей комнате, боясь испачкать драгоценные фигурки. Поэтому она не стала относить ужин к нему и тихонько ждала, пока он сам придет в столовую.
После того как Чжун Кэ позвонила лейтенанту Ляну во второй половине дня, она написала Лу Чжэнаню несколько сообщений, успокаивала его и просила сильно не волноваться. Но если гвозди из детского гроба действительно подложил убийца Лу Жэня, значит, он скрывается в особняке? Или все это просто фантазии чудаковатого домоседа? Может, гвозди из детских гробов и проклятие младенца – всего лишь выдумки Лу Чжэнаня и не имеют никакого отношения к смерти Лу Жэня.
На мгновение мысли Чжун Кэ спутались. Она начала жалеть, что год назад сняла здесь комнату. Напряжение на работе и без того было велико, а теперь еще и дело об убийстве отнимало ее силы.
В восемь часов вечера Чжун Кэ, проголодавшись, спустилась, чтобы поужинать, но узнала от служанки, что Лу Чжэнань совсем не ел. Чжун Кэ забеспокоилась и решила проверить парня.
Пройдя по коридору, Чжун Кэ подошла к «номеру с видом на озеро». Она заметила, что замок на темно-желтой деревянной двери отличался от того, что она видела раньше. Только позже девушка поняла, что еще днем Лу Чжэнань в спешке сменил замок. Похоже, он действительно верил, что станет следующей жертвой убийцы, и теперь встревоженно ждал его.
Девушка несколько раз постучала в дверь, и изнутри настороженно спросили:
– Кто там?
– Это я, Чжун Кэ.
Дверь открылась – изможденный Лу Чжэнань стоял в пижаме с одной расстегнутой пуговицей, из-под которой выглядывала майка, отчего он выглядел неряшливо.
– Что сказали в полиции? – Лу Чжэнань настороженно посмотрел на Чжун Кэ, вероятно, ожидая, что его примчится защищать целый полицейский наряд.
– Сказали, что приедут рано утром.
– Будет уже слишком поздно… – Лу Чжэнань заметно погрустнел.
– Эй, ну ты чего, – Чжун Кэ не знала, как его подбодрить. – Поешь, ты почти ничего не съел в обед, это плохо для здоровья.
– Я не могу есть… – из уст огромного толстяка это звучало немного абсурдно.
– Ну поешь хотя бы чуть-чуть, а потом мы обязательно что-нибудь придумаем, хорошо?
Сдавшись под уговорами Чжун Кэ, парень все-таки решил немного поужинать. Выйдя из комнаты, он закрыл дверь на новый ключ.
Когда они вдвоем пришли в гостиную, там сидела только служанка Сяоцин. Увидев Лу Чжэнаня, она тут же подала ему миску риса и подогрела еду. Чжун Кэ взяла пустую миску, решив тоже поесть вместе с Лу Чжэнанем. Во время еды девушка заметила, что парень, перед тем как съесть какое-то блюдо, сначала дожидался, пока Чжун Кэ его попробует, и только потом ел сам. Неужели он боялся, что еда отравлена? Чжун Кэ почувствовала себя беспомощной.
– Чжун Кэ, я хочу тебя о кое-чем попросить, – сглотнув, сказал Лу Чжэнань.
– Я слушаю.
– Ты можешь остаться в моей комнате на ночь, побыть со мной?
– Ну… – Чжун Кэ растерялась. Она понимала, что Лу Чжэнань обратился с этой просьбой не потому, что имел определенные планы на ее счет. Но оставаться на ночь в комнате парня все равно было как-то странно.
– Если стесняешься, можешь взять стул и сесть в коридоре, только смотри за дверью… – произнес Лу Чжэнань, понимая, что звучит жалко: он же мужчина, а сам просит, чтобы девушка охраняла его. Но в тот момент он был напуган до смерти, и у него действительно не было другого выбора.
– Ладно, я посижу у двери. – Чжун Кэ согласилась, хоть и беспокоилась из-за завтрашней работы. Если она всю ночь просидит в коридоре, то не справится.
– Просто посиди до полуночи. Если я выживу до двенадцати, то проклятие спадет. Ладно? Пожалуйста, ты единственная, кому я могу доверять.
– Ладно. – Мягкосердечная Чжун Кэ посмотрела на умоляющего ее Лу Чжэнаня и наконец согласилась: – Я посижу у двери твоей комнаты до двенадцати часов, а ты запри окно, чтобы никто точно не смог пролезть. Теперь ты успокоился?
– Большое спасибо, милашка Чжун Кэ! Если я выживу, то навеки стану твоим должником! – На лице Лу Чжэнаня расплылась улыбка облегчения. Но он и не подозревал, что улыбался в последний раз в жизни.
Глава пятая
Кровавая ночь
![]()
