Читаем без скачивания Иная жизнь - Владимир Ажажа

Их автоматические зонды-разведчики и корабли значительно совершеннее наших технических средств, но имеют с ними и много общего - также требуют определенного ухода и ремонта и, как наши самолеты или автомобили, могут терпеть аварии, разбиваться и гибнуть.

Судя по показаниям очевидцев, нашу планету посещают представители разных цивилизаций. Они разнятся своими размерами - от карликов до великанов, внешним видом, строением ряда органов и другими деталями, но все их разновидности человекоподобны.

Их одежда, говорят свидетели, напоминает наши скафандры и комбинезоны. При общении с землянами они пользуются либо жестами, либо передают информацию телепатическим путем. Некоторые люди утверждают, что при определенных обстоятельствах им пришлось побывать внутри кораблей инопланетян, и описывают их интерьер: кабины, пульты управления с множеством кнопок, тумблеров, лампочек.

Концепция посещения Земли инопланетными кораблями заманчива по многим причинам. Она легко воспринимается, ибо не противоречит нашему миропредставлению и объясняет природу многих загадочных явлений, которые мы относим к категории НЛО. Кроме того, она созвучна с нашими желаниями, стремлениями и соответствует нашим представлениям о будущих космических полетах. Тем более, что мы, человечество, уже сами вышли в Космос. Поэтому тяга многих людей к тому, чтобы узнать побольше о подобных проявлениях, вполне закономерна.

Возникает вопрос, почему при столь частых посещениях нашей планеты инопланетяне до сих пор не установили с нами тесных и открытых контактов, скажем, на уровне послов или торговых советников?

Некоторые уфологи считают, что такие контакты уже имели место с некоторыми представителями отдельных государств, но содержатся в строжайшей тайне. И вообще государственные институты всеми средствами стараются сохранить в тайне все, что в какой-то мере связано с проблемой НЛО.

В качестве иллюстративного материала приводил я и классификации разновидностей НЛО. Полезность такой работы тогда не вызывала сомнений. Она должна была помочь разделить разнородные явления на несколько однородных групп, каждая из которых могла затем исследоваться своими специфическими методами.

Низкий КПД такой классификации оказался в том, что она основывалась только на внешних характеристиках НЛО, а не на природе исследуемого объекта. Внешнее сходство таким критерием являться не может, иначе бы и Луну, и уличный фонарь отнесли бы к одной и той же категории - оба круглые и оба светятся.

Уважаемый читатель! Стань на минуту слушателем. Фактически я знакомлю тебя пойми, это не фамильярность, а обращение к другу - с моим уфологическим детством, с содержанием лекций, которые распространялись по нашей стране в тот же период, что и песни Владимира Высоцкого. Вот кого я боготворил, ни разу, к сожалению, не встретившись лично.

Своим неподражаемым баритоном он помогал мне чувствовать себя мужчиной: "Туда пятьсот, сюда шестьсот!" И, ступая по одной планете с такими парнями как Высоцкий, Окуджава, Урбанский, я чувствовал себя надежно, как в едином слаженном экипаже, который не подведет и не продаст.

Когда, пробившись сквозь шипение глушилок, радио принесло сообщение "Би-БиСи" о смерти Владимира, я попросту не поверил. Это же нелепо! Тем более, что слухи о его смерти муссировались не раз. Но когда тот же канал повторил это в полночь, в сообщении я уловил привкус безысходной уверенности. И побрел из своего дома отдыха на берег Финского залива, утыканный большими и малыми валунами. Стояла спокойная белая ночь, но душа клокотала.

Хоть о камень башкою, хоть кричи - не кричи. Я услышал такое в июльской ночи, Что в больничном загоне, не допев лучший стих, После долгих агоний Высоцкий затих. Смолкли хриплые трели, хоть кричи - не кричи. Что же вы просмотрели и друзья, и врачи? Я бреду как в тумане, вместо компаса злость. Отчего, россияне, так у нас повелось? Только явится парень неуемной души И сгорит, как Гагарин, и замрет, как Шукшин, Как Есенин повиснет, как Вампилов нырнет. Словно кто, поразмыслив, стреляет их влет.

Стихи, к удивлению, просто лились из меня, успевай только записывать. Хорошо, что в куртке всегда был блокнот и авторучка.

До свидания, тезка! Я пропитан тобой,Твоей рифмою хлесткой и хлесткой судьбой.

Что там я... Миллионы, а точнее - народТвои песни-знамена по жизни несет.

Ты и совесть, и смелость, и лиричность, и злость.Чтоб и там тебе пелось и, конечно, пилось!

В звоне струн, в ритме клавиш, ты бессмертен и чист.До свиданья, товарищ, Народный артист!

Как и песни Высоцкого, мои лекции расходились и на магнитофонных пленках.

Неожиданно прозвучал однажды по телефону голос, принадлежащий "лицу кавказской национальности". "Дорогой Владимир Георгиевич! Вы мой спаситель. Вы меня вытащили из лап смерти. Я хочу Вас поблагодарить, сделать что-нибудь приятное". Это звонил заместитель председателя Совета Министров Абхазской автономной республики Шота Мамович Шакая. После операции на сердце, находясь в Кремлевской больнице, он мучительно долго приходил в себя. У него пропал интерес к жизни, к газетам и телевизору, он даже перестал есть. И вот кто-то дал ему прослушать четырехчасовую пленку с моей записью. Он попросил еще раз, потом еще, проявив жгучий интерес. Дело пошло на поправку, а кончилось тем, что по правительственной телеграмме я был командирован Министерством судостроения, в систему которого входил НИИ, где я работал, в Сухуми, где на три дня попал в супергостеприимные объятия возродившегося к жизни государственного человека. Но продолжим лекцию.

Выход в космос изменил мировоззрение человечества. Сегодня уже не кажется невероятной идея множественности обитаемых миров, за которую отправили на костер Джордано Бруно.

Вот как излагал свой взгляд астроном К. Фламмарион: "Обитаемость планет является единственным объяснением их существования, и ни строение планет, ни какие бы то ни было другие условия не могут помешать развитию на них жизни".

У мыслителей с широким кругозором никогда не возникало сомнений по поводу распространенности жизни во Вселенной. Ф. Энгельс полагал, что Разум, затухая на одном небесном теле, неизменно возрождается на другом. В этом постулате заложена не только идея перманентного существования и распространения Разума в Космосе, но и мысль о том, что Разум (сознание) всегда присутствовал во Вселенной наряду с Материей и неизвестно, что из них первично, а что вторично. Даже мы с вами, доморощенные философы несравнимо более низкого ранга, воспитанные на ленинской теории отражения, понимаем сегодня, что искра разума может привести в движение массив материи, а искусственно сконструированная в голове идея, не диктуемая бытием, природой, может изуродовать это самое бытие.

"И о каком "одиночестве" человечества перед "жерлом вечности" можно - со столь озабоченным видом!- рассуждать после того, как стали известны космологические взгляды Циолковского и Вернадского",- пишет доктор философии Г. И. Куницын.

Высочайшего звучания гипотеза множественности миров достигла у К. Э. Циолковского. Наша эпоха рекламирует Циолковского как родоначальника теории и практики ракетоплавания. Да, это так. Но это далеко не все. И, на мой взгляд, Циолковский-философ неизмеримо выше, чем Циолковский-изобретатель и расчетчик. "Для меня ракета не самоцель, а лишь средство для достижения иных миров".

В этой фразе весь Циолковский. Иные миры - вот куда устремлялся наш великий соотечественник и душой, и телом.

Мне, например, неизвестны другие мыслители подобного масштаба, способные спокойно оперировать категориями в миллионы и миллиарды лет. Циолковский понимал, что на своей планете человечество обречено экологически и демографически и его спасение - в переселении на другие небесные тела. Заботясь о нашем будущем, он всячески обосновывал эту грядущую эвакуацию, выбрав средством передвижения ракету и спрогнозировав условия перелета, обитания и даже общественного устройства в "иных мирах". Он рассчитал средний жизненный цикл цивилизаций в Космосе. От момента зарождения до момента затухания средний возраст цивилизации, по Циолковскому, составляет миллион миллионов лет, то есть десять в двенадцатой степени.

Циолковский выдвинул жизненную цель, объединяющую ныне разрозненное и, по сути, не имевшее до этого общего ориентира человечество: покинуть "колыбель", "расцвести" на других планетах.

Чем дальше время уносит от нас живого Циолковского, тем ярче высвечивается содеянное им. К нашему общему стыду почти не переиздано его философское наследие, которое логично было бы объединить единым названием "Космическая философия". В тощих брошюрах, изданных на грубой бумаге малыми тиражами за счет автора, гипотеза множественности миров представлена очень ярко. "Причина космоса", "Воля Вселенной", "Неизвестные разумные силы", "Монизм Вселенной", "Научная этика" - вот названия некоторых из них.