— Если хочешь, то можешь вернуться. Мы не так уж и далеко отошли.
— Не хочу.
Впервые Анисе показался Марии таким хмурым и недовольным. Не понимая с чем это связано, она искренне считала что всё из-за того что та забрала его своим вынужденным уходом с праздника.
— Я знаю, что ты его ждал. Прости, что из-за меня всё так быстро закончилось.
— Это было моё решение. Уж лучше я проведу время со своим товарищем, нежили в очередной попойке.
— Тогда почему злишься?
Ответа не последовало. До самого «Черного тетерева» они шли в абсолютной тишине. Стоило им отойти от костра и веселой толпы, как сразу же почувствовалась зябкая осенняя погода.
— Взять вина? — взглянул на неё Анисе, стоило им зайти внутрь.
— Я пасс. Прости, но за эти дни с меня уже довольно выпивки. Хочу чего-нибудь легкого, — подошла к стоящему за стойкой хозяину. — Какие у вас есть фрукты?
— Инжир, дыни, виноград и персики.
— Давайте дыню. Сто лет уже их не ел.
Отправляя Анисе вперёд, Мария решила перевести дух, дожидаясь, когда хозяйка нарежет для неё дыню.
Взяв увесистую тарелку, она с аппетитом размяла на языке мягкие кусочки, проглатывая сладкий сок:
«Скоро… уже совсем-совсем скоро я наконец-то смогу усмирить всю эту боль и пустоту. Уже через несколько часов можно будет отправиться в путь, что станет самым значимым и важным в моём нынешнем положении. Именно он должен ознаменовать толи конец моей жизни, толи её абсолютное начало…»
Поднявшись наверх, она застала Анисе стоящим у окна. Прежде ей казалось, что он чем-то похож на Франциско, но проведя с ним, столько времени, отчетливо поняла, что это совсем не так. Этот мужчина в корне отличался от её рыцаря. Причём, практически всем, чем только можно было. Он иначе говорил, иначе смотрел, иначе улыбался.
Всё. Абсолютно всё в нём было другим. И больше всего её пугало именно то, какие ощущения он в ней пробуждал…
— Вкусно? — обернулся чуть улыбаясь.
— Очень.
— Угостишь?
Беззаботно улыбнувшись, Мария подошла к нему, протягивая на треть опустевшую тарелку:
— Бери, сколько хочешь. Она твоя.
Наблюдая за тем, как он отправляет в рот дыню, слизывая с пальцев стекающий сок, она почувствовала, что невольно каменеет. Впервые, за столько времени, находясь под властным давлением его взгляда, Мария ощутила себя добычей в лапах хищника.
Не понимая, что происходит, она снова ощутила странную дрожь в теле…
Горячая и влажная, она пробивала её насквозь, словно Мария впервые за всё время стала по настоящему пьяной…
Его удивительные змеиные глаза, напрочь лишили её воли. Она даже не смогла пошевелиться когда, Анисе забрал из её рук тарелку, убирая на стол.
Не смогла сделать и вздоха, когда он привлёк её к себе, впиваясь в холодные губы, собственническим поцелуем. Сильные руки стальными обручами обхватили хрупкие плечи, словно боясь, что она в любой момент попытается его от себя оттолкнуть.
Но она не смогла бы этого сделать, даже если бы до ужаса захотела!
Его напор чуть смягчился, но вместо желаемой свободы, Мария с ужасом ощутила, как Анисе слегка приоткрыл рот, проводя кончиком языка по её стиснутым губам.
Горячие руки опустились к пояснице, властно прижимая её к себе. Мария попыталась отстраниться, но широкая ладонь перехватила затылок, возвращая её к их несостоявшемуся поцелую.
Понимая, что он уже ни за что на свете не подарит ей подобной возможности, тело забило нервной дрожью. Она почувствовала, что в этот самый момент, абсолютно не принадлежит самой себе, превращаясь в его крепких тисках в безвольную жертву.
— Не бойся… — хрипло прошептал Анисе, водя подбородком по виску, что казалось, отстранись она сейчас и тот просто умрёт…
В одно мгновение эта дурманящая близость переплелась с тонким ароматом жасмина порабощая её измученный разум… Подчиняя тело….
Сама не понимая, что делает, Мария послушно вскинула голову, предоставляя свои губы в его полное распоряжение. Истомно прохрипев, получив желаемое, Анисе неторопливо накрыл её губы изнуряющим поцелуем. Понимая, что отпора больше не будет, он снова прикоснулся к ним языком, настойчиво проникая внутрь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
От его прикосновений кровь начала двигаться быстрее. Вниз и вверх, ударяя в голову самым настоящим безумием!
Это было какие-то совершенно новые, пугающие, необъяснимые, но невероятно приятные ощущения. Мир вокруг неё тот час начал меркнуть концентрируясь на целующим её мужчине. На его руках, губах, груди, коже, запахе, вкусе…
Слегка пройдясь по сладкой кромке рта, чувствуя, как его встречает горячее дыхание, наконец-то проник внутрь, нежно касаясь её нерешительного языка. Стараясь не напугать своим напором, он приподнял Марию за бёдра, неспешно укладывая в кровать.
Она даже не поняла, как так оказалось, что уже лежит на холодных простынях, а он обжигает её тело своим неистовым жаром. Беспомощно застонав, обвивая его шею, Мария зарылась пальцами в густые волосы, ещё больше прижимая Анисе к себе. Его горячий язык, требовательно блуждал по её рту, изучая каждый его уголок, заставляя сходить с ума от удовольствия.
Позволяя Марии жадно глотнуть натёртыми губами пропитанный жасмином воздух, Анисе неторопливо опустился к её шее, накрывая бешено-пульсирующую жилку тягучим поцелуем. Слегка прикусил, царапая острыми зубами покрытую мурашками, нежную кожу и тут же провел языком по пылающему укусу, слыша её протяжный, хриплый стон.
Утопая в его знойных поцелуях, она лишь на мгновенье пришла в себя, раскрывая сонные глаза.
Возвышаясь над ней, нетерпеливо стягивая с себя рубашку, Анисе смотрел на неё помутневшим от возбуждения взглядом, точно зная, что между ними сейчас случится.
Глава 5
— А! — завопила Мария, поддаваясь вперёд.
Резкое давление в левой лопатке с такой силой сжало ей мышцы, что показалось, ещё немного, и они порвутся!
Но не успела она прейти в себя как всё её тело, тут же стянуло тугим, болезненным жгутом, приводя в чувства.
Испугано оттолкнувшись от Анисе, ничего не объясняя и даже не говоря, Мария схватила свой кошель и куртку убегая из комнаты. Быстро спустившись, направляясь к конюшне, выводя своего скакуна, Мария заскочила на него до того как послышались чьи-то поспешные шаги. Пуская того рысью она, навсегда покидала этот город и всех его жителей.
Не в состоянии усмирить влипающее в рёбра сердце, Мария гнала что есть мочи.
Ей казалось, что после случившегося Анисе непременно последует за ней!
В голове крутился немыслимый ураган из мыслей и страхов. Казалось, ещё немного и она просто сойдёт с ума, совершенно не понимая какого Дьявола это было?!
Тело совершенно не слушалось! Голова не работала! В одно мгновение из неё будто всю волю высосали!
И даже сейчас от одних только воспоминаний о его поцелуях, кровь начинала бурлить, требуя, во что бы то ни стало закончить начатое!
Кожа тут же начала пылать в местах его прикосновений, заставляя вспомнить, как это всё было вкусно… Как немыслимо приятно…
Грудь заныла, между ног болезненно свело и казалось, она вот-вот взвоет от отчаяния! Ещё никогда прежде, ни один мужчина не заставлял её испытывать ничего подобного. Даже инкуб и тот не имел такой ужасающей власти над её телом!
А тут… если бы не Печать… Если бы не эта проклятая Печать она бы наверняка провела эту ночь в объятьях Анисе!
Горячих, жадных, приятных…
В голове невольно начали всплывать образы их раскалённых, лоснящихся тел…
Вкус его губ…
Прикосновение языка к своей шее…
Аромат жасмина и дыни…
Зарычав от безысходности, стиснув зубы то противного песочного скрежета, Мария направила коня к реке.
Поспешно скинув с себя всю одежду, нервно растирая ноющие от поцелуев губы, она вошла в ледяную воду.
