— Только ответь на вопрос.
— В самом деле, Шэп. Не будь свиньей!
— Хрю-хрю.
Джоанна терпеть не могла, когда Шэп становился игривым. «Это так ему не идет», — подумала она. Он ей нравился гораздо больше, когда был серьезным, скромным и прямолинейным.
— Я уже объясняла тебе, — устало протянула Джоанна и на этот раз еще сильнее оттолкнула Шэпа. Затем, воспользовавшись моментом, выскользнула на середину холла, чтобы он больше не смог загнать ее в угол.
— Здравствуйте, мистер Манро, — в один голос поприветствовали Шэп и Джоанна преподавателя по французскому, который проходил мимо них, по всей вероятности, направляясь в учительскую.
Мистер Манро — преподаватель средних лет, с брюшком — кивнул им в ответ, улыбнулся и довольно быстро скрылся из вида.
— Мне нужно позаниматься в пятницу вечером, — солгала Джоанна. — Я так много пропустила занятий, пока лежала в больнице, и моя мама настаивает на том, чтобы уикэнд я проводила за учебниками. В этом вся причина, Шэп. И не нужно обижаться. — «Интересно, он купился на эту историю? Да, кажется, да».
— Ну, ладно, — согласился Шэп, пнув при этом стену мыском коричневого ботинка, от чего на линолеум посыпалась штукатурка. — Слушай, а почему бы мне не приехать к тебе в пятницу вечером? Мы бы вместе позанимались.
— Ни в коем случае, — на лице Джоанны вспыхнула такая же чертовская улыбка, как и на лице Шэпа. — Если ты ко мне приедешь, то мы не будем заниматься, и ты это прекрасно знаешь.
— Ну, мы могли бы хотя бы попробовать, — предложил он. — В самом деле, Джоанна?
— Нет. И еще раз нет, — повторила Джоанна. — Ни в коем случае, по крайней мере, не в этот уикэнд, хорошо?
— Ладно…
Ей нравилось, когда лицо Шэпа приобретало такое серьезное выражение.
— Я серьезно, — сказала она. — Я хочу закончить школу вовремя. И совсем не горю желанием проходить дополнительный семестр из-за этой дурацкой аварии. Я должна наверстать материал. Понимаешь?
— Конечно, понимаю, — ответил он, немного просветлев. — Конечно.
Джоанна посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что в коридоре никого нет, и быстро поцеловала Шэпа в щеку.
— Спасибо, — прошептала она.
«Как мне нравится, что он такой легковерный, такой доверчивый, — подумала Джоанна, натягивая куртку. — А мне еще просто повезло, что Декс живет в другой части города. Это намного упрощает мою задачу держать их на расстоянии и сделать так, чтобы они не узнали друг о друге».
Джоанна понимала, что совсем скоро она порвет с Дексом. И вообще, ей до него не было никакого дела. Но сейчас Декс был очень полезен. Он служил своего рода ниточкой, дергая за которую, можно было подогревать интерес Шэпа к себе и изредка доставлять ему чувство дискомфорта. Положа руку на сердце, Джоанне казалось очень забавным иметь сразу двух бойфрендов. Это все равно что держать на вешалке два зимних пальто и надевать их попеременно.
В пятницу вечером Джоанна заехала за Дексом. Он запрыгнул в машину, что-то осторожно пряча за спину. Затем резко наклонился к ней — и что-то серебряное сверкнуло в его руках.
— Декс! — выдохнула она, от неожиданности подпрыгнув.
Машина вильнула в сторону.
— Сюрприз! — выпалил Декс, приколов к пальто Джоанны букетик цветов.
— Ой, — воскликнула она, — как мило!
Они подъехали к маленькому танцклубу.
— А почему он называется «Лай»? — спросила Джоанна, аккуратно закрывая свой «БМВ».
— Увидишь, — коротко бросил Декс, вылезая на негнущихся ногах из машины.
Как только они зашли внутрь, Джоанне сразу стало понятно, почему у клуба такое странное название — на всех стенах были нарисованы громадные собаки.
— Какое безвкусное место, — покачала она головой, внимательно рассматривая ужасную нарисованную собаку и маленький танцпол с мигающей цветомузыкой. — А откуда тут взялась это ужасная голова лося? — спросила Джоанна. — Ведь лоси не лают.
— Я знал, что тебе понравится это место, — засмеялся Декс.
«Как у него ввалились щеки! Особенно это заметно, когда она смеется, — отметила про себя Джоанна. — И все-таки он очень изменился».
— Здесь очень хороший звук, — заявил Декс, подводя Джоанну к танцевальной площадке. — И не очень много народа.
На площадке под медленную мелодию Глории Эстефани двигались всего лишь шесть или семь пар. Взгляд Джоанны упал на противоположную стену, на которой была нарисована до жути безобразная немецкая овчарка. Ее изобразили стоящей на задних лапах с запрокинутой мордой, а из приоткрытой пасти, казалось, в любую секунду готов был вырваться протяжный, холодящий душу вой.
— Пойдем, потанцуем, — перекрикивая музыку, предложила Джоанна Дексу. — В любом случае это лучше, чем пялиться на эти художества.
Декс взял ее за руку. И снова его рука оказалась ледяной. Он улыбнулся Джоанне прежней, хорошо знакомой улыбкой. Но было в ней что-то безжизненное, словно эта улыбка стоила ему неимоверных усилий.
Да, все-таки он стал совершенно другим, — в очередной раз подумала Джоанна, когда они начали танцевать. Поначалу они без конца сталкивались с другими парами, пока не нашли для себя свободное пространство. — Декс был всегда энергичным, артистичным, и все вокруг ему казалось интересным, привлекательным.
А сейчас он танцевал с ней как-то несмело и нерешительно, движения его были вялыми, ноги — еле передвигались.
Медленная мелодия незаметно менялась, пока не превратилась в мелодичный напев в ритме сальсы.
Декс ближе притянул к себе Джоанну, поддерживая ее холодными руками. И опять она почувствовала этот запах. Затхлый запах. Запах гнили.
— Декс… Ты пользуешься одеколоном или чем-нибудь в этом духе?
— Что? — он силился расслышать ее слова, но они утонули в звуках оглушающей музыки.
— Ты пользуешься одеколоном? — повторила Джоанна свой вопрос, на этот раз прокричав его у самого уха парня.
В ответ он скорчил рожу.
— Конечно, нет. — Он засмеялся.
Этот смех показался ей неприятным, отталкивающим.
«Я никогда раньше не слышала, чтобы он так смеялся, — подумала Джоанна, всматриваясь в его лицо. — И вообще, Декс ведет себя так странно, словно это совершенно незнакомый мне человек. Как же он изменился!»
И вдруг Декс, перестав танцевать, резко поднес руку ко рту.
— Декс, что случилось?
Он не ответил. Может, опять не расслышал ее слова из-за громкой музыки.
Цветомузыка сделала Декса практически неуловимым. Одна секунда — и яркий красочный свет падал на его красно-коричневую рубашку, которую он носил поверх поношенных джинсов. Другая секунда — и Декс растворялся в темноте. В следующий момент Джоанна заметила, как какая-то темная фигура, прикрывающая рот рукой, отделилась от танцующих и на негнущихся ногах стремительно удалялась от танцевальной площадки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
