дня, — успокоил Энцо. — Справитесь?
12. Панические мысли и светлая идея
— Добрый день, герр Кламмвассер, — произнесла я в воскресенье утром и улыбнулась собственному отражению. Слова прозвучали натянуто, а улыбка была такая, будто у меня болят сразу все зубы.
— Добрый день! — сделала я еще одну попытку. Чуть лучше.
Может, добавить энтузиазма? Я растопырила средний и указательный пальцы в виде буквы «V» — «победа».
— Добрый день! Йо!
Ох, я, кажется, где-то говорила, что, сидя в инвалидной коляске, нельзя ничего испытать? За это время у меня собралось материала на целый роман, и в следующую бессонную ночь я тут же опубликовала свой шедевр.
Мы ночевали у Фло, и в мечтах передо мной мелькали газетные заголовки: «Щекочущий нервы детектив Серафины Скриптум о борьбе с наркотиками, написанный на основании собственного опыта». На встречи с читателями меня сопровождали два охранника, чтобы защитить от посягательств мафии. На них были черные костюмы, темные очки и по автомату Калашникова в каждой руке.
В реальной жизни у меня тоже имелись охранники — Алекс и Энцо. Утром они провожали меня от Фло домой. К сожалению, автоматов у них не было. Из соображений безопасности я решила не открывать шторы, но это могло показаться подозрительным. В конце концов шторы я открыла, но, следуя совету Фло, старалась держаться подальше от окна. От мамы с папаем я бы тоже держалась подальше, чтобы они ни о чем не догадались. За обедом я не смогла проглотить ни кусочка, хотя папай приготовил мое любимое блюдо — бразильские фасолевые тефтельки с рисом. Я ковыряла в тарелке, опустив голову, и старалась избегать тревожного взгляда папая.
— Ты что-то сегодня бледная, Кокада. Все в порядке?
— Нога ноет, — пробормотала я и чуть не расплакалась. К счастью, за меня это сделал Леандро. От фасоли у него вздулся животик, он расхныкался, и папай переключился на него.
— Нам необходимо развеяться, — заявила Фло после обеда и уговорила меня прокатиться с ней к каналу.
На улице было не слишком жарко, и свежий воздух быстро выдул из моей головы тяжелые мысли. Фло крутила педали велосипеда, а я нажимала на кнопки инвалидной коляски. Мы так неслись по набережной, что я чуть не сбила с ног одну девушку.
— С ума сошла? — взвизгнула та. — Это же опасно!
«Не так уж и опасно, — подумала я. — Надеюсь, Крысолова мы здесь не увидим».
Дедушка часто говорит, что надежда умирает последней.
На углу нашей улицы мы встретили старушку с четвертого этажа. Она несла корзинку с цветами. Рядом с ней остановился белый фургончик, и сами понимаете, кто из него вышел. Гамбургский Крысолов! Мне тут же захотелось прибавить скорость и размазать его по асфальту. Тогда его отправят в больницу, и можно будет вздохнуть свободно. Одновременно у меня вдруг появилось ощущение, словно всю меня заковали в гипс. Фло изо всех сил вцепилась в руль велосипеда.
— Привет, подружки, — кивнул нам Крысолов. Не успели мы ничего ответить, как он повернулся к старушке: — Добрый день, фрау Демтредер! Сильная была ночью гроза, верно?
— Да уж, — вздохнула женщина. — Почти все мои цветы погибли. Пропал мой садик!
— Давайте помогу донести, — потянулся к корзине Крысолов.
Сама любезность, будто крысенка не обидит.
Сердце у меня колотилось как бешеное, а во рту было так сухо, будто я сжевала три кило промокашки. В фильмах и книгах злодеи всегда переводят старушек через дорогу.
— Вот спасибо! — обрадовалась соседка. — Вы настоящий джентльмен!
— Для меня это одно удовольствие.
Крысолов подхватил корзину и улыбнулся мне:
— Крутая тачка! Откуда она у тебя?
— Один автогонщик подарил, — я изо всех сил старалась, чтобы мой голос не дрожал. — Он ее… немножко причесал…
— Причесал? — ухмыльнулся Крысолов.
Мне хотелось смотреть ему прямо в глаза, но всякий раз я вздрагивала и отводила взгляд в сторону. Опять эта ухмылочка — определенно натянутая! И этот выжидательный взгляд… Он меня оценивает? Пытается прочесть мои мысли? Подозревает, что я тайком слежу за ним?
Только без паники, сказала я сама себе. Самая обычная беседа с соседом. Подумаешь: опасный наркоторговец, занимается контрабандой кокаина, а вчера ночью угрожал кому-то охотничьим ножом, а то и прирезал бедолагу! Возьми себя в руки, Лола, и отвечай!
Но мысли у меня в голове метались, как насмерть перепуганные куры в курятнике при виде лисицы.
— Да, причесал, — с трудом выдавила я. — Теперь моя инвалидная коляска ездит быстрее, чем разрешает полиция.
Я услышала, как рядом тихонько застонала Фло.
Старушка хихикнула, а Крысолов покачал головой:
— В таком случае, тебе лучше им не попадаться! — Он повернулся к Фло: — А как у вас? Заглушка от крыс справляется со своими обязанностями?
— Прекрасно справляется, — голос у моей подруги совершенно не дрожал. — Верно, Лола? — Я судорожно кивнула. — Еще раз большое спасибо за помощь. Желаем вам хорошего дня!
— И вам, барышни! — рот у него растянулся до самых ушей.
Сегодня на нем была надета коричневая рубашка с короткими рукавами, а под мышкой зажат какой-то продолговатый сверток.
Спина у меня взмокла от пота.
— Как ты думаешь, он ничего не подозревает? — прошептала я, когда мы оказались у двери Фло.
— Какой-то он странный, — согласилась Фло. — Будто у него не все дома. Но это, наверное, даже хорошо, — вздохнула она. — Но если честно, сейчас меня больше беспокоит Энцо. Не нравится мне, что у него появились всякие дурацкие идеи!
— А мне не нравится, что Крысолов разгуливает на свободе, — не отступала я. — Не хочу жить рядом с преступником. Кто знает, что у него на уме? Может, все-таки можно найти хоть какие-то доказательства?
— Нет, — покачала головой Фло.
Но я так не думала. Поэтому все воскресенье только и делала, что ломала над этим голову.
Бабушка Сола, которая тоже любит футбол, пригласила Фло на стадион, и они прихватили с собой Алекса. А нас с Энцо Джефф отвез в «Жемчужину юга».
В ресторане были заняты всего два столика. За одним сидела бразильская семья, а в углу ворковала влюбленная парочка. На улице было еще жарко, поэтому посетители собирались ближе к вечеру. К тому же, в девять на нашей сцене должна была петь Пенелопа вместе с Эдуардо Маседо. Бразильский музыкант уже сидел у барной стойки и обсуждал программу с мамой моей подруги. Пока папай смешивал для Джеффа коктейль, Энцо ткнул ресторанного критика в бок:
— Следи за моей приемной мамочкой, — сказал он. — Не то она соблазнит этого бразильского красавца. Может, незаметно подлить ему уксуса в пиво?
Джефф погрозил моему приятелю пальцем, и
