что, поскольку Богу было угодно сделать бесполезной его руку, пораженную параличом, его тело было пригодно теперь только для того, чтобы лечь в могилу. Бергстрём спросил Сведенборга, не хочет ли он причаститься Святых Даров, и кто-то предложил позвать Аарона Матесиуса, официального священника шведской Церкви. Но Сведенборг отверг кандидатуру Матесиуса, поскольку он распространял слухи о том, что Сведенборг сумасшедший, и согласился принять пастора Ферелиуса, несколько раз навещавшего его во время болезни.
Когда Бергстрём вернулся в сопровождении священника, Сведенборг встретил их веселой улыбкой: «Добро пожаловать, уважаемый сэр! — сказал он Ферелиусу. — Бог ныне избавил меня от злых духов, с которыми я боролся несколько дней. Теперь ко мне вернулись добрые духи!»
«Вы полагаете, что умираете? — обратился к нему Ферелиус, и Сведенборг ответил: «Да».
Готовясь к совершению причастия, Ферелиус спросил умиравшего, не хочет ли он перед смертью отказаться от чего-то написанного им, поскольку многие полагают, что целью обнародования им нового религиозного учения было единственно жажда личной славы.
В ответ Сведенборг приподнялся в постели и, положив здоровую руку на грудь, сказал со всей решительностью примерно следующее: «Мною не написано ни одного слова лжи, я всегда говорил только правду. Если вы по-прежнему останетесь верны Господу и пребудете всегда в служении Ему единому, отвергая всяческое зло, как грех против Бога, и если вы будете снискивать и желать исключительно Слова Божьего, которое я призываю здесь в свидетели того, что все сказанное мною, от первого и до последнего слова, пребывает в согласии с Божественной Истиной, то и вам также откроется истинность всего того, что сказано было в моем учении. Как несомненно то, что вы видите меня сейчас своими глазами, так несомненна и истинность всего того, что было мною написано… Когда вечность примет вас, то вы сможете увидеть».
Затем Ферелиус спросил умирающего, желает ли он причаститься Святых Даров, и тот ответил: «С благодарностью». Еще он добавил, что, будучи обитателем иного мира, он не нуждался в этом обряде, но что он совершит его ради того, чтобы показать тесную связь, которая существует между Церковью вверху и здесь внизу. Священник спросил его, считает ли он себя грешником. «Конечно, пока я влачу это греховное тело», — ответил Сведенборг.
Затем с большой преданностью, сложив руки и обнажив голову, он прочел исповедание грехов и приготовился к принятию Святых Даров. Он попросил священника «произнести только благословение и прочее предоставить ему, ибо он очень хорошо знал, что это значило».
Ферелиус так и поступил. В благодарность за его внимание Сведенборг подарил ему один из немногих оставшихся у него экземпляров «Небесных Тайн» и посоветовал ему принять учение Нового Иерусалима, «невзирая на возможное сопротивление людей, в особенности Аарона Матесиуса».
На следующий день, 29 марта — в предсказанный день — чета Ширсмитов и Элизабет сидели у его постели. Подходила к концу тихая весенняя суббота. Вскоре колокола Лондона должны были зазвонить к вечерне, заглушая птичий щебет в соседнем парке Клеркенвелл.
Сведенборг услышал бой часов и спросил, который час пробило. Когда ему ответили: «Пятый», он сказал: «Хорошо. Я благодарю вас. Да благословит вас Бог!». Он тихо вздохнул и скончался.
Слуга Господа завершил свою миссию и покинул этот мир. На столе остались лежать его перо и лист бумаги с незаконченным посланием: «Приглашение к Новой Церкви, обращенное ко всему христианскому миру, и призыв к людям пойти встретить Господа… Отныне они не должны зваться евангелистами, протестантами и еще менее лютеранами или кальвинистами, но Христианами».
Похороны Сведенборга состоялись 5 апреля 1772 г. в шведской лютеранской церкви Ульрики Элеоноры. Панихиду отслужил пастор Ферелиус — это была его последняя официальная служба перед возвращением на родину. Хор пропел шведский гимн, когда тело покойного, запечатанное в трех гробах — один из них свинцовый, — опускали в нишу под алтарем. Церковь была полна народу. И все же не Лондон стал местом окончательного успокоения останков великого ясновидца.
В 1908 г. по просьбе шведского правительства прах Сведенборга был перенесен в Швецию и с тех пор покоится в кафедральном соборе Упсалы рядом с могилой его великого современника Карла Линнея.
Захоронение там является привилегией королей, архиепископов, великих полководцев и народных героев. Весьма немногие шведы удостаивались такой чести.
Мыслитель оставил миру величайший духовный багаж, составляющий около десяти томов книг, которые содержат Новое Господнее Откровение, богословские труды и описание многочисленных опытов своего пребывания в духовном мире. Важность этого наследия для человечества поистине неоценима.
СВЕДЕНБОРГ: ПРИЖИЗНЕННЫЕ ПОЛЕМИКИ И ПОСМЕРТНЫЕ ВЕРДИКТЫ
[Видения из другого мира, полученные им благодаря этим способностям], даны сейчас вместо чудес, и если бы их не было, то люди не постигали бы качества, книгам этим присущего, не покупали бы их, не читали бы их, совершенно их не понимали бы, и не проникались бы ими, и им бы совершенно не верили бы, одним словом — оставались бы в полном неведении относительно предмета (там излагаемого). Те же, кто мнят себя образованными, те их просто отвергнут (в любом случае).
Э. Сведенборг
Иммануил Кант и Эммануил Сведенборг. Иммануил Кант (1724–1804) — мыслитель, безусловно, входящий в «пятерку» наиболее выдающихся философов в истории человечества; современник Сведенборга. Кант обозначил — на уровне высокой метафизики — конечные пределы человеческого знания и познания: тот рубеж, который разум людей не может, не способен, а поэтому не должен превосходить. В этом ракурсе и нужно истолковывать его полемики с по-своему не менее великим шведом.
Сама тема — Кант и Сведенборг может быть с избытком исчерпана раскрытием истории создания и содержания одной-единственной работы Канта. Она была написана им в конце 1765 г., а в 1766 г. опубликована анонимно в Кёнигсберге под названием «Грезы духовидца, поясненные грезами метафизики». Данная работа и была направлена против Сведенборга, представляя собой не просто радикальную критику, но даже — по сути — язвительный разбор как его теоретических взглядов, так и его практической деятельности. К этой работе, правда, следует присовокупить еще один, совсем небольшой, текст — письмо Канта к его знакомой фрейлейн Шарлотте Амалии фон Кноблох, также целиком и полностью посвященное Сведенборгу и некоторым подробностям, касающимся непосредственно его «общения» с духами [49]. Датировано оно более ранней, чем «Грезы духовидца», датой — 10 августа 1763 г. На этот счет биографы Канта высказывали и продолжают высказывать самые разные точки зрения, и, соответственно, датировалось это письмо также по-разному главным образом из-за неразборчивости числа и года его написания самим Кантом. Чаще всего исследователи ссылаются здесь на К. Фишера, который в двух посвященных
