нужны были жетоны, но идти пешком разыскивать станцию метро не хотелось, и Антон решил в последний раз попользоваться машиной убитого милиционера. Он вернулся в проходной двор, сел за руль и на какое-то время задумался.
Мечта его осуществилась как-то на удивление легко: рядом на сиденье лежал миллион долларов, но развернуться во всю ширь здесь было невозможно. Это напоминало ситуацию с покупкой охотничьего ружья: он держал его в руках, но, чтобы насладиться стрельбой, надо было еще добраться до леса.
Тягостные мысли о том, что ждет его в случае поимки, возвращались к Скоробогатову все чаще и чаще – сказывалась усталость. Он нисколько не раскаивался и не жалел о случившемся. Смущало Антона лишь то, что неудачи преследовали его одна за другой: разбитая машина, милиционер, а теперь вот Петухов. В самом начале ему казалось, что достаточно придерживаться разработанного плана, и все само пойдет как по маслу. Однако на деле оказалось иначе: для воплощения плана требовалось как минимум везение, а у него неприятности шли за неприятностью, и то, что он до сих пор оставался на свободе, Антон приписывал исключительно своей энергичности.
Откупорив водку, Скоробогатов отпил два глотка прямо из горлышка и пристроил бутылку на сиденье. Горячая волна пролилась по пищеводу, и почти мгновенно в голову ударил хмель.
Решение выпить пришло к нему как-то неосознанно. До сих пор Антон крепко держал себя в руках, но душевные силы уже были на исходе, ему требовался отдых от собственных мыслей, которые вертелись в основном вокруг возможного наказания, и чем больше Скоробогатов думал об этом, тем труднее ему было сохранять спасительное хладнокровие.
Отхлебнув водки, Антон почувствовал некоторое облегчение. Он словно обрел наконец искомое равновесие: нервы успокоились, проблемы разом потускнели и стали казаться вполне преодолимыми, а внутри сделалось тепло и комфортно.
Отпив еще два глотка, Скоробогатов увидел, как из подъезда дома вышла молодая женщина. Она остановилась у двери, раскрыла зонтик и рассеянно оглядела двор. По лицу ее было видно, что она никуда не торопится и, скорее всего, выбралась из дома под дождь от скуки или в магазин за какой-нибудь необязательной мелочью.
Проходя мимо машины, женщина замедлила шаг, покопалась в сумочке и достала сигарету.
– Спичек не найдется? – нагнувшись к окошку, спросила она. Антон опустил стекло до конца, достал зажигалку и дал ей прикурить. Попутно он определил ее примерный возраст – где-то около тридцати.
– Могу и выпить дать, – скорее в шутку сказал он.
– Да? – Женщина оценивающе посмотрела на молодого искусителя, выпрямилась, но уходить, похоже, не собиралась. Предложение, очевидно, застало ее врасплох, и теперь она придумывала ответ или решала, как подостойней согласиться и под каким соусом это сделать.
– А я как раз за пивом собралась, – как можно равнодушнее сказала она.
– У меня водка. – Скоробогатов открыл правую дверцу и жестом пригласил ее сесть в машину. – В такую паршивую погоду надо пить только водку.
Наконец, решившись, она обошла машину, села на переднее сиденье и тут же представилась:
– Меня зовут Валентина. Я вообще-то водку не очень-то, но за компанию… с таким симпатичным молодым человеком выпью. – Антон протянул ей бутылку, Валентина взяла ее, повертела в руке и вернула: – Я так не могу. Может, пойдем ко мне? Дома все-таки лучше, я закуску приготовлю. К тому же соседи…
Скоробогатов согласился не раздумывая. Такой расклад его очень даже устраивал, тем более что Петухов мог загулять у какой-нибудь новой знакомой на несколько дней, а, значит, ему пришлось бы все это время где-то скрываться. Антон даже обрадовался и подумал: «Ну хоть здесь-то повезло», – но не стал подавать виду, что приглашение прозвучало как нельзя более кстати.
– Пойдем, – сказал он, стараясь выглядеть степенным и опытным соблазнителем. – Я к другу приехал, а он куда-то забурился. В случае чего у тебя можно будет переночевать?
– Ого! – хохотнула Валентина. – Быстрый какой. Ну ладно, ладно, пойдем. Там разберемся.
Однокомнатная квартира Валентины в типовой блочной многоэтажке выглядела примерно так же, как и собственное жилье Скоробогатова: обычный набор гостиничной мебели с полкой любовных и детективных романов в ярких обложках, та же постсоветская «роскошь» – большой морозильник, видеодвойка, утюг «филлипс» и календарь с коротконогой плоскогрудой японкой в японском же традиционном интерьере. Незначительная разница была лишь в обоях, цвете мебельной обивки да в чисто женской мелочовке, разбросанной по комнате. Здесь так же сверху давил потолок, до которого, подпрыгнув, легко можно было достать рукой, и под ногами поскрипывал преждевременно рассохшийся березовый паркет.
Оказавшись на своей территории, Валентина почувствовала себя увереннее. Она усадила гостя на деревянную кровать, включила телевизор, чтобы как-то скрасить самую трудную – ознакомительно-подготовительную часть вечера, а сама принялась хлопотать вокруг стола. При этом хозяйка пыталась играть еще какую-то, не совсем понятную Антону роль: то ли капризной девочки, что в ее возрасте выглядело нелепо, то ли недоступной девы, чтобы как-то сгладить впечатление от скоропалительного знакомства. Похоже было, что Валентина набивала себе цену, но почему-то неумело, словно делала это впервые, чему достаточно опытный Скоробогатов поверить никак не мог.
Синий чемоданчик Антон машинально положил на колени, затем поставил между ног, но подумал, что это выглядит подозрительно, и убрал его за кровать.
– У тебя там что, деньги, что ли? – шутливо спросила хозяйка квартиры, не подозревая, что своим вопросом так напугает гостя.
– Почему деньги? Документы, – поспешно проговорил Скоробогатов.
– А чего ты жмешься к нему, как к женщине? Не бойся, я гостей не обкрадываю, – усмехнулась Валентина и добавила: – Сними куртку, не на вокзале.
– Я и не боюсь, – справившись с замешательством, ответил Антон. Он вышел в прихожую, разделся и ощупал пистолет в кармане куртки. Затем вернулся и как можно веселее сказал: – Давай рюмки. Скоро спать ложиться, а мы еще ни в одном глазу.
– В командировку к нам? – не отреагировав на шутку, спросила хозяйка квартиры. Она открыла выставочную полку облезлого серванта и достала оттуда посуду.
– Да. По коммерческим делам. Документы кое-какие надо оформить. – Скоробогатов кивнул в сторону чемоданчика с деньгами и про себя порадовался, как ловко
