вновь быть похищен.
Ну, саму встречу можно было бы отнести к серии деловых, а потом мы поднялись на второй этаж на ужин. Но еще до начала ужина каждый из трех советских лидеров сделал длинное заявление, в котором осудил Никсона за эскалацию напряженности во Вьетнаме и заявил о солидарности с вьетнамским народом. Никсон иногда что-то вставлял, очень кратко и очень твердо, но не вдаваясь в подробные опровержения. Потом, после того как они отбушевали часа три, встреча казалась бесконечной, они почувствовали, что выполнили свой советский долг.
Чтобы они могли отправить стенограмму в Ханой. Затем мы отправились ужинать наверх.
Затем разговор сразу же перешел на остальные вопросы, из которых в то время самым важным было соглашение по ОСВ. И тогда Брежнев предложил, чтобы мы с Громыко, руководствуясь духом этого события, немедленно начали переговоры. И вот нас отправили обратно в Москву на переговоры, хотя было около двух часов ночи. Затем мы начали переговоры, скажем, в три тридцать. Никсон и Брежнев легли спать.
Короче говоря, Брежнев объявил, что ввиду того удивительного духа, который существовал после трех часов дикости, мы сделаем прямо противоположное тому, что они подразумевали. Они подразумевали, что полностью поддерживают вьетнамцев. И вот в один волшебный момент они предложили: «Давайте поедим». И, принявшись за еду, они сказали: «Ну, давайте теперь перейдем к тому, что нужно сделать». И тогда Брежнев сказал: «Пусть Генри Киссинджер и Громыко отправляются прямо сейчас». Именно тогда мы и уехали. Я знаю, что солнце уже всходило, когда мы добрались до Кремля. По какой-то причине мы вернулись в Кремль, чтобы вести переговоры, и мы были там в течение еще двух часов. И после этого два почти полных дня переговоров.
Итак, подводя итог, вся встреча на высшем уровне прошла довольно успешно.
Она была очень успешной.
Вы знали, что она будет настолько успешной, насколько она была в действительности?
У нас была подготовлена большая повестка дня со всем тем, о чем мы договорились за год с русскими. Логично было подумать, что они захотят уравновесить то, что мы сделали в Китае, показав, что они являются более жизнедеятельным партнером. Таким было их отношение, когда началось наступление во Вьетнаме. Как только мы приняли решение о блокаде Вьетнама, то вопрос о встрече в верхах выглядел очень блекло. Затем, когда они предпочли проведение подготовки к встрече на высшем уровне, предполагалось, что они хотят достичь крупных соглашений. Но если вы посмотрите на последовательность событий на московской встрече на высшем уровне, то другие соглашения, а их было шесть или семь, были успешно завершены только после того, как случилась эта словесная атака. А потом у нас было еще одно заседание поздним вечером на завершение переговоров по договору об ОСВ оставшейся последней ночью.
Значение этого соглашения состояло в том, что оно стало первым ограничением наступательных вооружений, которое было согласовано в ходе переговоров. Это привело к интенсивной дискуссии в Соединенных Штатах, но фактическая ситуация состояла в том, что Советы до этих переговоров производили 250 ракет в год. Мы не добавляли ни одной ракеты в наш арсенал, потому что пришли к выводу, что у нас было достаточно оружия для достижения любой рациональной стратегической цели. Мы полагали, что ничего не добавим к нашему военному потенциалу существенным образом, просто умножая количество, и что было бы гораздо лучше сосредоточиться на повышении качества.
Таким образом, грубо говоря, смысл этого соглашения заключался в том, чтобы заморозить количество ядерных наступательных вооружений на уровнях, которых мы достигли на то время. Оно было сделано как пятилетнее временное соглашение на промежуточный срок, в течение которого можно договариваться о более сложном соглашении, охватывающем каждый вид ядерного оружия и учитывающем новые технологии. Но это был важный первый шаг к снижению международной напряженности.
Дополнительно было принято соглашение, которое было разработано как постоянное соглашение об ограничении противоракетной обороны. Нужно понимать, что для Никсона эти уступки в ограничении были почти полностью чисто теоретическими, так как не было возможности заставить конгресс увеличить количество. Давление со стороны конгресса было все в обратном направлении.
Кроме того, помимо космических, экономических и прочих соглашений, было отдельное соглашение, отражавшее убеждение администрации Никсона относительно принципов международного поведения. Этим заявлялись ограничения или сдерживающие элементы, которые страны должны соблюдать при использовании в своих интересах таких ситуаций, как свержение правительств и предотвращение агрессии. Допустим, многие из них были сугубо теоретическими, но у них было одно преимущество, состоящее в том, что в условиях кризиса мы могли бы взять одно из тех положений, если бы Советы нарушили его, и указали им на то, что они нарушают соглашение, заключенное между двумя президентами.
Так что встреча в верхах между Никсоном и Брежневым в 1972 году, проходившая в самый разгар вьетнамской войны, продемонстрировала одну из главных тем администрации Никсона. Даже хотя мы участвовали в войне во Вьетнаме и даже хотя страну раздирал вопрос о том, как эффективнее всего положить конец этой войне во Вьетнаме, мы увидели возможность переговоров по соглашениям о мире во всем мире. И были обозначены конкретные шаги в направлении к этому. Тот факт, что нам удалось совместить эти две акции с Китаем и Советским Союзом за один относительно короткий период времени всего в несколько месяцев, символизирует концептуальный характер внешней политики, которую проводил Никсон.
Поговорим о подоплеке разрядки. С учетом того, что эти переговоры и соглашения действительно поставили американо-советские отношения на совершенно иной путь, чем тот, на котором они находились раньше.
Важное советское решение начать разговор с нами появилось в предыдущем году. Как я уже сказал, когда мы открылись Китаю, мы не были уверены в том, станут ли Советы усиливать напряженность, оставят все как есть или, возможно, станут двигаться в другом позитивном направлении, включающем встречу в верхах, переговоры по ОСВ и Берлину.
Я думаю, что мы были бы заинтересованы в том, чтобы узнать мнение К.Т.[2] относительно того, какой была стратегия детанта, является ли она политикой кнута и пряника или увязки и как вы все это осуществили? И когда она подверглась критике, в чем заключались нападки на нее? И в чем состояла цель разрядки или каким мог бы быть способ, которым, как мы думали, можно было бы добиться прогресса, используя разрядку? Хорошо ли историки разбираются в вопросах разрядки?
Я не думаю, что Никсон когда-либо использовал слово «детант». Это слово, которое было использовано другими. И
