было боевой магии и оружия почти не имелось. Тяпки и лопаты против боевых заклинаний вражеского клана слабая подмога.
Паника охватила меня с головой.
Причина нападения была непонятна. Ведь мы делились семенами со всеми, кто обращался за помощью, никому не отказывали. Тем не менее эти кланы посчитал нас угрозой и решили уничтожить.
Мужчин точно не оставили в живых. Я не знаю, убивали ли котят, но пожилых женщин уничтожили, оставив всего лишь трех самочек. Их, как и меня, забрали с собой. Молодых кошек использовали ещё и в качестве вьючных животных, загрузив добычей из крепости. Наверняка захватчики не смогли вынести всё сразу и, вероятно, вернутся позже, чтобы забрать остальное.
Мне, как ни странно, в этом плане повезло. Скрутили меня крепко, но ничем не нагружали, погнав куда-то на северо-восток и приставив крепкую охрану. Ни днем ни ночью четверо оборотней не спускали с меня глаз. В туалет приходилось ходить под пристальным вниманием четырех мужчин. Удовольствие, я скажу вам, было ниже среднего. Повезло, что хоть руки спереди завязали, но узлы и сами веревки тщательно исследовали вечером и несколько раз за ночь.
На третий день я уже не делала попыток развязать узлы по той причине, что самостоятельно вернуться из степи точно б не смогла. Ни еды, ни воды в округе не наблюдалось. Пили мы то, что несли кошки Клыкастых в бурдюках на своих спинах. А это не так-то много. В сутки удавалось выпить не более поллитра воды сомнительного качества.
Кормили скудно, но из-за протухшей воды у меня началось расстройство желудка. Как вы понимаете, никто ждать, пока я выздоровею и выберусь из чахлых кустов, используемых вместо туалета, не собирался. Мое нижнее белье и джинсы на четвертый день похода ужасно воняли. Внутренние части бедер щипало от натертостей. Я вся благоухала так, что находиться со мной могли только те, кто был обязан охранять.
Обоняние у оборотней гораздо лучше, чем у человека. Если мне самой не нравилось, как пахло, то что говорить об охранниках, но они терпели. Вообще-то сами виноваты, что не останавливались, когда я просилась в туалет, и подгоняли палками. Могли же сообразить, что их желудки покрепче, а я человек, и от тухлой воды заболею.
На пятый день, когда показались холмы, поросшие редким лесочком, я пребывала в полубессознательном состоянии. Солнце за эти дни напекло мою дурную головушку. Минимум воды и еды сказались на самочувствии. Не полегчало, даже когда меня загнали в реку мыться. Я пыталась как-то очистить, простите, засранные штаны, но там все давно впиталось и присохло. Да и завязанными руками сложно промыть одежду и волосы.
Ещё очень пить хотелось. Пройдя чуть выше по течению, я напилась прямо из реки. То, что в этой реке наверняка миллион микробов, старалась не думать. Быстрее сдохну. Во время перехода было время подумать о новом мире, куда меня занесло, о магии и всех своих глупых мечтах. Я же не просто занималась прогрессорством, а втайне надеялась, что какой-нибудь симпатичный оборотень в меня влюбится.
Спустя несколько месяцев я даже возмущенно намекнула Марти, что коты меня как особь женского пола не воспринимают. Защитник тогда сильно удивился и просветил, что наши расы вообще-то несовместимы в плане потомства. Тогда же он и начал намекать, что, по-хорошему, мне бы к людям нужно перебраться и начать учиться их магии. И снова я, как дура, прикидывала и планировала свое будущее с учетом пользы для оборотней. Мол, научусь чему-нибудь полезному у людей. Принесу котам и… «будем мы жить долго и счастливо».
Почему я такая идиотка?
Клан захватчиков, куда меня привели, решил, что я их секретное оружие. Вот только они не знали, что моё магическое умение заключается лишь в навыке красить ногти и печь блины без пригорания. А оборотням для своих злодеяний требовалось нечто более грандиозное, чем идеальные блинчики.
Вначале я подумала, что освобождают меня, когда они сорвали веревки. Но затем поняла, что просто те заменили на крепкий поводок, прицепив солидный ошейник на шею.
Привели меня к неглубокому оврагу, где лежали чьи-то кости, словно обеденный стол для хищников. Я уже начала опасаться, что могу стать следующим куском их меню, но вождь решил, что я пригожусь для других целей.
Собственно, после того как они приковали меня за ошейник к цепи, все охранники ушли, оставив наедине с природой и своими сомнениями. Я так и лежала на земле, размышляя, что мои способности оказались не такими уж и магическими, если не могу снять себя с цепи даже с помощью магии рун.
Чувствительность в руках полностью ещё не вернулась. Запястья ломило, кожу на них пекло от натирания, и в целом больше хотелось просто сдохнуть, чем что-то делать. Так я и провалялась до утра, не двигаясь и не пытаясь проверить на прочность крепление цепи или ошейника.
На рассвете в низину спустился туман, стало промозгло и холодно. Желудок скрутило не то от голода, не то от той паршивой воды, выпитой мной в реке. Чтобы как-то согреться, я попробовала размяться и стала бродить вдоль ручья, насколько позволяла длина цепи. Это было примерно метра три в каждую сторону.
Через некоторое время мне стало казаться, что возле камня, куда впаяно кольцо цепи, немного теплее. Не доверяя чувствительности рук, я решила проверить щекой, прислонившись к камню. Так и оказалось, в одном месте мерцала белая искорка размером с булавочную головку, и от неё шло небольшое тепло. Увлечённая исследованием этого необычного явления, я не заметила, когда подошли оборотни.
— Ха! У нас будет отличный источник, — обратился вождь к своему сопровождению. — Видите, она уже сама к нему прилипла.
Оборотни ободряюще загудели, радуясь непонятно чему. Я так поняла, что эта искорка и моё тело вместе должны дать что-то нужное оборотням. Не просто нужное, а настолько ценное, что
