— Клер, если вы собираетесь переводить мать в федеральную больницу, лучше написать заявление заранее, — предупредила миссис Провеет. — У них там очередь.
Это было два дня спустя после возвращения в Хьюстон, в пятницу вечером, когда Клер пришла навестить мать.
— Я просто не могу отправить маму туда, Эми.
— А что еще вам остается?
Клер устало прислонилась к стене.
— Не знаю, — сказала она упавшим голосом. Ничего не изменилось. У нее по-прежнему нет выхода. Есть, пробился слабый внутренний голосок. Ты просто не хочешь воспользоваться им. Клер тут же отмела эту мысль прочь. Она не может выйти замуж за Каллахэна только для того, чтобы обеспечить будущее матери: она исковеркает свою жизнь.
Сбивчивые мысли преследовали Клер всю дорогу домой. Она опять долго не могла уснуть. На следующее утро, пытаясь как-то отвлечься, Клер решила прогуляться. Погода стояла чудесная — еще один ясный, холодный денек. Клер надела спортивный костюм, кроссовки, завязала волосы в конский хвост и разыскала шерстяные наушники. Когда она собиралась выйти из квартиры, зазвонил телефон.
У Клер не было автоответчика. Для нее это был предмет роскоши, поэтому она не считала возможным тратить на него деньги. Она немного помедлила. Может, наплевать на звонок? А вдруг это что-то важное?
— Алло? — сказала она, снимая трубку.
— Клер?
Она узнала голос.
— Здравствуйте, Ник, — холодно отозвалась она, пытаясь не замечать гулкий стук сердца.
— Я не вовремя?
— Да. Я как раз собиралась уходить.
— В таком случае я не задержу вас долго. Я только хотел узнать, не хотите ли вы пойти со мной на концерт сегодня вечером. В программе Моцарт. Вы любите Моцарта?
Клер любила Моцарта. И билеты на симфонические концерты тоже относились к предметам роскоши.
— Спасибо, я не пойду.
— Очень жаль. Но раз вы не можете…
— Я же говорю, что не могу.
Он хмыкнул.
— Вижу, вы все еще выпускаете коготки.
— Ваши шутки дурного свойства, мистер Каллахэн, — сказала она, чувствуя, что свирепеет с каждой минутой.
— Хорошо, может быть, в другой раз.
— Послушайте, Ник…
— Тогда до понедельника. До свидания, Клер.
Он повесил трубку, но Клер еще долго стояла, тупо глядя на телефонный аппарат. Очевидно, утверждая, что любит, когда ему бросают вызов, Каллахэн подразумевает нечто подобное. Похоже, Ника абсолютно не смутил ее сегодняшний отказ. Его этот разговор даже развеселил. Но самое ужасное, что ей очень, ну просто очень хотелось пойти с ним на концерт.
* * *
В воскресенье у Китти сломался телевизор. Дежурная медсестра позвонила Клер около полудня.
— У вашей матери истерика из-за того, что телевизор не работает.
Клер обреченно вздохнула.
— Разве она не может смотреть телевизор в комнате отдыха?
— Она не желает. Миссис Кендрик хочет, чтобы у нее был свой собственный. Когда я попыталась проводить ее к общему телевизору, ваша мама толкнула меня. Придется ремонтировать ее телевизор, мисс Кендрик.
Ремонт телевизора требовал денег. Денег, которых у нее не было.
— Не беспокойтесь, миссис Кении. Я привезу ей свой телевизор. Мне потребуется примерно час, хорошо?
Через полтора часа Клер вынула из багажника автомобиля свой портативный телевизор и внесла его в палату Китти. Она была готова услышать жалобы и даже вопли, но вместо этого нашла мать в совершенно счастливом состоянии. Кити, сидела уютно устроившись в большом кресле перед новым цветным телевизором.
— Мама?! — изумленно окликнула ее Клер. Китти обернулась. Ее зеленые глаза светились от удовольствия.
— Видишь мой новый телевизор? — с гордостью сказала она.
— Откуда он взялся? — недоуменно спросила Клер. Но мать была уже полностью поглощена фигурным катанием. Дежурная медсестра пожала плечами, когда Клер попыталась расспросить ее.
— Понятия не имею. Телевизор доставили пятнадцать минут назад.
— Кто его привез?
— Не знаю.
— Разве они ничего не сказали?
Миссис Кении нахмурилась.
— Нет. Я подумала, что это ваш.
Клер поняла, что телевизор прислал Ник. Откуда он узнал, что у Китти сломался телевизор, — оставалось загадкой.
— Я не могу допустить, чтобы моя мать пользовалась чужой вещью.
Медсестра посмотрела на Клер, как на сумасшедшую, но ничего не сказала.
Клер, несмотря на протесты матери, заменила новый телевизор своим портативным. Она с трудом дотащила телевизор до машины, намереваясь завтра вернуть его Нику. Но, когда на следующее утро она позвонила ему, тот все отрицал.
— Отлично, — огрызнулась Клер, — в таком случае я привезу телевизор на работу и поставлю на ваш стол.
Разумеется, она понимала, что не сделает этого. Совсем ни к чему, чтобы коллеги узнали о том, что произошло.
Два дня спустя, собираясь ехать на работу, она не смогла завести машину. От отчаяния Клер была готова разрыдаться на месте. Господи, ну за что мне такое наказание! Она поднялась к себе в квартиру и позвонила на станцию техобслуживания.
Механик приехал через пятнадцать минут. Повозившись с машиной, он вытер рукой лоб.
— Мне очень жаль, мисс Кендрик, но похоже, у вас полетел генератор.
— Сколько это стоит?
Услышав сумму, она внутренне сжалась. Ремонт машины съест все ее скромные сбережения — деньги, которые она откладывала на новые шины. Но, что ей остается делать?
В этот день Клер попросила Риту подбросить ее на работу. Клер охватило чувство беспомощности. Внезапно все оказалось слишком дорогим для нее. Она чувствовала себя, как тот голландский мальчик из легенды, который пытался пальчиком заткнуть дырку в плотине.
Вечером Рита заехала за ней, чтобы отвезти домой.
— Ты замечательная подруга, — сказала Клер, устраиваясь на переднем сиденье маленькой спортивной «мазды».
— Перестань, Клер. Это пустяки.
— Вовсе нет.
— Когда будет готова твоя машина?
— Завтра.
— Я подброшу тебя туда.
На следующий день, когда они приехали на станцию техобслуживания, Клайд, механик, протянул ей копию заказа.
— Я сделал все, что вы просили. Вы правильно сделали, что заказали полный ремонт, — сказал он, сияя, улыбкой.
— Полный ремонт? Что вы хотите сказать? — спросила Клер срывающимся от тревоги голосом.
— Ну, как — поставил новые шины, заменил изношенные ремни, починил генератор, подрегулировал все, что нужно… — Улыбка сползла с лица Клайда, когда он увидел выражение лица Клер.
— Клайд, я не поручала вам этого.
Он почесал затылок, в его простодушных светло-голубых глазах мелькнуло недоумение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
