– У вас такая тонкая талия, – большие ладони легли на ее утянутую в китовый ус талию. – Не иначе вы пожаловали прямиком из времен королевы Виктории?
Елена повернулась к произнесшему слова мужчине и не сдержала улыбки. Она смотрела в породистое лицо Анастаса. Прекрасный образчик классической мужской красоты. Да, Гели права, такого приятно соблазнять.
– Вы, правда, восхищены или просто не любите долгих ухаживаний? – Елена непринужденно улыбнулась, что при корсете было непросто. Понадобилось больше часа, чтобы упаковать ее в него. Боже, неужели с этим справлялись простые горничные? Елена припомнила что женская прислуга того времени могла дать фору нынешним тяжеловесам, а иные дамы и вовсе призывали на помощь мужей и любовников.
Ведьма одарила мужчину дразнящей улыбкой и прошла к стенду с корсетами. Анастас последовал за ней как щенок.
Рыбка проглотила крючок. Подсечь. Вытащить.
Съесть.
– Вы собрали отличную коллекцию, – похвалила она, когда он стал рядом. Она наслаждалась исходящим от него темным экзотическим ароматом.
– Это только часть. Моя родственница оставила больше сотни, и они до сих пор хранятся в загородном доме. – Он посмотрел на Елену. – Почему вы молчите?
– Развейте мои сомнения. Рассказывая о коллекции, вы рассчитывали заманить меня к себе под благовидным, но открывающим ваши намерения предлогом, или я настолько извращенна и везде вижу намеки на то, чего нет? Вот, теперь вы молчите.
– А вы бы хотели, что бы я вас заманивал? – вкрадчиво спросил Анастас, понизив голос.
– Когда я вижу красивую деталь туалета, мне страстно хочется примерить ее, – хриплым шепотом поведала ведьма.
– Нет ничего проще, я сам помогу вам со шнуровкой. Я, знаете ли, отличная горничная.
– Только если на вас будет форменное платье и белый передник, – Елена шутливо ударила веером по кончикам его пальцев.
Елена перешла к следующему стенду.
Последние пять дней она появлялась там, где был Анастас, ненавязчиво попадаясь ему на глаза, при этом, не приближаясь и не заговаривая с ним. «Случайно» выходило так, что она обедала в том же ресторане, бывала в той же библиотеке, и даже присутствовала на одном из небольших приемов. Елена была в достаточной степени авантюристкой, чтобы наслаждаться новизной и страхом быть разоблаченной. И ей льстило то что сделанная ею личина не вызывает никаких подозрений.
Наконец ее игра дала результаты – Анастас сам подошел к ней, заинтересовавшись симпатичной, но незнакомой ему женщиной. Весьма довольная собой Елена обвела зал рассеянным взглядом и с трудом подавила дрожь, заметив высокую, подозрительно знакомую фигуру. Ее щеки обожгло жаром, и она машинально прижала к ним руки.
– Вам плохо? – участливо спросил Анастас, поддерживая ее под локоть.
– Здесь столько прекрасного, просто в жар бросает, – пошутила она, изящно прикладывая руку ко лбу и уже достоверно изображая предобморочное состояние.
– Я принесу вам воды, – Анастас отошел, оставив ее рассматривать коллекцию платьев дома Бризак.
Елена вздохнула чуть свободнее, но обернувшись, нос к носу столкнулась с преследующей ее тварью. Демон облачился в длинный плащ песочного цвета, коричневые брюки и жилет, ветхую белую рубаху и перчатки без пальцев. В руке он держал видавший виды цилиндр, тоже коричневый. Елена нашла его вид своеобразной смесью английского джентльмена и американского бомжа. Ведьма подумала, что никогда не видела цилиндров коричневого цвета. Это показалось ей странным. Вообще странно, отчего она обращает вниманием на такую мелочь.
Демон надел цилиндр и посмотрел на ведьму. Современная стрижка отлично подходила к архаическому наряду. Потрепанная одежда и молодость. Как новенькая монета в руках бедняка.
Когда он шагнул ближе, чуткий нюх ведьмы услышал исходивший от него запах: лен, мыло и кожа. Едва уловимые ноты амбры, сандала и муската.
– Ведьма, мужчин привлекает кроткий характер, а не большая грудь, – заявил он. – Зря тратите ингредиенты на чары облика. Смирение, лишь смирение. Сага блеска влаги, вам нужно читать катехизис на ночь, а не баловаться колдовством.
– Не вам учить меня покорности. И позвольте напомнить, мы недостаточно знакомы для столь двусмысленных прозвищ. Скажите лучше как вы оморочили охранника, сюда бомжей не пускают. – Елена пожала плечами в ответ на его демонический взгляд. – Это правда, вы выглядите как бомж, ограбивший провинциальный театр.
– Колесо судьбы движется.
Он намекал на отсутствие подвижек в поисках нужных чар.
– Если хотите большего, можете заняться этим сами.
– Что-то вы расхрабрились. Кто встанет между вами и смертью, если я решу уничтожить вас?
– Вы не называете имени, чтобы я не испугалась и не умерла от переизбытка трепета перед вашим величием? Коль вы так сильны, будьте добры, освободите меня от постылого существования.
– У нас сделка, ведьма, – его лицо оказалось непозволительно близко к ее, глаза цвета янтаря сузились. Она подавила дрожь и не отстранилась. Внутри страх мешался с адреналиновым всплеском.
– В сделке обе стороны заинтересованы, в нашем случае эксплуатация.
– Тогда позвольте я вас заинтересую. Коль не прекратите попусту болтать и нервировать меня, я посажу вас на цепь в одном уютном подвальчике, и вы сгниете там, в зловонии своих испражнений.
Демон издевательски поклонился и исчез.
Зябко передернув плечами, Елена стала высматривать в толпе Анастаса, надеясь, что он ничего не видел. Почти неделя была потрачена на расшаркивания и предварительные игры, и Елена не может позволить себе ошибиться. Слишком многое поставлено на карту. Время идет, а никакой информации, никаких доказательств или опровержения не получено. Убийца затаился, и новых жертв нет, но кто знает, когда последует следующий удар?
Глава 6. Ярмарка тщеславия
… и если где-то в глубине ее сердца и имелась маленькая царапинка, то она считала, что не стоит расковыривать ее из вежливости к незнакомым людям.
Гордон Далквист «Стеклянные книги пожирателей снов».
В день Отцов-основателей наш Дом традиционно давал бал для самых влиятельных и богатых представителей расы. Остальные Дома ограничивались приемами и зваными ужинами для семьи и близких друзей, но как правило после того как они отметятся у нас, поскольку на балу бывала Королева. Раньше мероприятием ведала моя мать, и это было воистину грандиозное событие. В чем, в чем, а во вкусе и чутье отказать ей было нельзя. Помнится, на одном из таких торжеств я впервые увидела нотту из йорт, и это был потрясающий контраст с запуганными женами «старых львов».
Это дня ждали, к нему долго и тщательно готовились, заказывая одежду и аксессуары еще с весны. Вот уж неудача, убийца не нашел более подходящего времени, свирепствуя с начала светского сезона, когда весь цвет общества на несколько недель собрался в городе. В нашем городе.
Выбираясь из машины, и очень стараясь не испортить платье, я увидела раздосадованную молодую женщину, спешащую к стоянке. Похожая на птицу в стремительном полете, в котарди обильно украшенном вышивкой – павлинами на белом фоне, – она игнорировала спутника пытающегося успокоить и вразумить ее. С некоторым опозданием я поняла, что это бывшая любовница Гая, мать его внебрачного ребенка. Таких приметных каштановых кудрей нет больше ни у кого.
Я повременила с выходом. Как подсказывала интуиция, мне могло перепасть только за то, что я попадусь на ее пути. К чему мне испорченная прическа в самом начале вечера?
– … а на что ты рассчитывала, являясь сюда без приглашения?
– Я мать его ребенка, – она указала веером на свою грудь, – мне приглашения не нужны.
– Ты его бывшая любовница, капризная и не знающая когда надо закрыть рот, – сказал, как отрезал мужчина. – Если ты хотела поговорить, то выбрала не удачный момент – здесь его семья, и вокруг очень много свидетелей. Такие вопросы публично не обсуждают.
– Он почти согласился оставить меня и поговорить после, – она сжала губы. – А потом слуга сообщим ему какие-то новости, и он выпроводил меня прочь. Будто я рабыня, являющаяся по его зову!
