Человек, которого послали с ней встретиться, приехал вскоре после самой Джек, но далеко не сразу вошел в заведение. Вместо этого мексиканец вышел из машины и закурил, опираясь на капот. Джек мгновенно его вычислила. Он выглядел как любой другой местный во время обеденного перерыва, но слишком уж часто бросал в сторону Джек изучающие взгляды. Она заставила себя проявить терпение и дождаться, когда он сделает первый шаг.
В кафе напротив было полно народу: благодаря удобному расположению прямо на берегу, туда постоянно заходили работники порта и отдыхающие с остановившихся в Гуаймас круизных лайнеров. Джек как раз собиралась с деловым видом перелистнуть страницу, продолжая изображать чтение газеты, когда увидела, как в кафе зашла симпатичная блондинка. Она искала свободный столик на улице. Девушка была от Джек в каких-нибудь двадцати метрах. Джек прищурилась, чтобы рассмотреть ее получше.
– Тоже мне шутки… – пробормотала она, не веря своим глазам.
Официант с подносом загородил Джек обзор:
– Мисс, я могу принести Вам еще кофе?
– «Пина колада», три вишенки, – нетерпеливо бросила Джек, выгибая шею и свешиваясь со стула, чтобы не потерять девушку из виду.
– Мы такое не подаем, мисс, может быть, Вы…
– Может быть, Вы уже отойдете, а? – оборвала его Джек. – Просто местного пива, пожалуйста.
Воспоминания нахлынули так стремительно, что у Джек закружилась голова. Так близко она не видела Кэссиди Монро уже несколько лет, но у нее не было сомнений, что это та самая девушка, о которой она впервые заговорила с Монтгомери Пирсом лет десять тому назад.
Последний раз Джек довелось столкнуться с ЭТС два года назад, и это была Лука Мэдисон aka Домино. Та встреча едва не стоила Джек жизни. Тогда она работала на сенатора Терренса Барроуза, сомнительного кандидата в президенты, обладавшего, ко всему прочему, огромной властью. Сенатор пытался раздавить ОЭН. Для Джек то задание оказалось немыслимым провалом. Вмешалась Домино – и чуть было не вынудила Джек убить собственного клиента. К счастью, репутация ее не пострадала: Барроуз оставил в тайне факт ее участия в операции.
Последний раз Джек удалось так близко подойти к Кэссиди в штаб-квартире ОЭН в Колорадо. Они никогда не были представлены друг другу – ни формально, ни как бы то ни было еще – да и пересекались крайне редко: Джек окончила учебу раньше, чем Кэссиди перевели в здание старших курсов. Но Джек приглядывалась к девочке с того самого дня, когда увидела ее впервые, Кэссиди тогда было всего одиннадцать.
Ее потенциал был заметен уже тогда; Джек сразу дала Монти знать о своих соображениях насчет врожденного инстинкта убийцы у крошки Кэссиди.
С тех самых пор Джек наблюдала, как росла Кэссиди, как она превратилась в красивую женщину и способную оперативницу. Всякий раз попадая в штаб-квартиру ОЭН – приехав на обсуждение или за новым заданием, Джек заходила взглянуть на своего белокурого ангела. Случалось, она пересекала всю страну, а иной раз и летела через Атлантику, чтобы послушать, как Кэссиди играет на скрипке. Уже в восемнадцать талант и мастерство Кэссиди признавали лучшие музыканты. Последний раз Джек видела ее около года назад, и то с большого расстояния. Со своего места на балконе она могла только по инструменту и цвету волос выделить Кэссиди среди других музыкантов в оркестре.
А вблизи… Джек ее не видела уже лет восемь. Она ждала распоряжений по тому роковому заданию, которое было для нее последним как для оперативника ОЭН, стояла у окна кабинета Монти Пирса и смотрела, как на площадке у гимнастического зала тренировали группу старших курсантов. Она рассмеялась, увидев, как Кэссиди шлепнула по заднице своего инструктора Дэвида Атэра – и, между прочим, ей это сошло с рук.
И теперь вот она – на той стороне улицы. Еще более обворожительная, чем помнила ее Джек, и уж наверное намного более опасная.
Что привело тебя сюда, Кэссиди? Джек подвинула свой стул так, чтобы за колонной ее не было видно из кафе напротив, но при этом ничто не преграждало обзор тому, с кем она должна была встретиться. С какой целью ты здесь? Задание? Развлечения?
Джек интересовалась Кэссиди не столько потому, что ее обязывала работа или нужно было знать, каковы планы ОЭН, сколько по личным причинам. Что-то в Кэссиди всегда интриговало, привлекало ее, и это притяжение стало лишь сильнее, когда Джек увидела, в какую роскошную женщину превратилась Кэссиди. Ей сейчас, должно быть, около двадцати пяти… Некогда талантливый белокурый подросток, Монро расцвела, теперь это была сногсшибательная красотка с высокой округлой грудью и чувственными губами, созданными для поцелуев. Она была на пике физической формы – рельефные бицепсы, идеально плоский живот и подтянутые ножки, стройные и, что называется, «от ушей».
Джек искренне наслаждалась этим зрелищем и даже немного расстроилась, когда человек, который ее изучал, выбросил окурок и, наконец, направился к ее столику. Мексиканец средних лет, с лицом, изрытым темными кратерами шрамов от угрей.
– Почему Вы ищете Энрике?
– Я уже говорила, что меня нанял его русский друг, чтобы я кое-кого отыскала. Все остальное Вашего босса не касается.
Мужчина окинул ее презрительным взглядом.
– Нет, gringa, лучше говори начистоту. Он в игры не играет и не дает пощады лгунам.
– Мой человек.
Он поднялся, собираясь уходить.
– На этом месте завтра в шесть. Я отведу тебя к нему.
Во время этого краткого разговора Джек наблюдала за Кэссиди боковым зрением. К своему огорчению, Джек заметила, что не она одна отдавала должное красоте девушки. Больше половины мужчин и значительная часть женщин тоже не могли оторвать взгляда от Кэссиди, а парни, проходившие мимо кафе, сворачивали шеи и замедляли шаг.
Увидев, как Кэссиди завязала разговор с кем-то из местных, улыбаясь ему приветливой и многообещающей улыбкой, Джек почувствовала, как у нее затрепетало внизу живота. И тогда она поняла, как давно и как капитально запала она на эту девочку.
Джек столько лет ничего ни к кому не испытывала, и так к этому привыкла, что теперь не знала, что делать с эмоциями, вызванными появлением Кэссиди. Джек привыкла не доверять инстинктам. По крайней мере, когда это касалось женщин. Много лет назад она думала, что нашла любовь, и это заблуждение едва ее не погубило. Джек искренне жалела об этом, стоило лишь вспомнить, каким болезненным был процесс заживления ран – как физических, так и душевных. До встречи с Ванией в том клубе в Иерусалиме, женщины в ее постели менялись каждую неделю. Но потом потребность в этом отпала на целых восемь лет. Как и надежда на возвращение к нормальной жизни. Как и надежда однажды обрести счастье.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
