— А я по ним и не шляюсь.
— Это заметно. К твоему сведению, девочка, в рестораны обычно приходят мужчины, которые желают познакомиться с женщинами и провести с ними ночь, а ты для таких встреч не подходишь.
Я бы, конечно, мог заказать себе проститутку, но за деньги, если честно, спать не хочется. Хочется за бесплатно, так сказать, по обоюдной любви.
Бедный Толик, наверное, он тоже пострадал. Вот дурак — решил с училкой оттянуться! Вот сейчас пойду к Толику и предложу поменяться училками.
Может, твоя подруга больше понимает в сексе, чем ты.
Содрогаясь от отвращения, я процедила сквозь зубы:
— Послушай, будь человеком, дай поспать. Я уже от тебя и так всякого дерьма наслушалась.
— Да спи сколько влезет! Я тебя больше не хочу!
— Ну вот и замечательно!
Я с облегчением вздохнула и повернулась на бок.
— Послушай, а ты что, Вообще секс не любишь? — не унимался Александр.
— Нет.
— Так ты, может, фригидная?
— Фригидная.
— Получается, тебе вообще мужик не нужен?
— Получается так.
— Первый раз вижу фригидную бабу. Столько про них читал, но, честно говоря, никогда не верил, что они существуют в реальности.
— Ну так посмотри повнимательней и засыпай.
— А ты, девочка, много потеряла. Я вообще не представляю, как можно жить без секса. Ты же самый кайф упускаешь! А может, тебе нужно лечиться? Я слышал, что фригидность лечат гипнозом. Сходила бы ты к сексопатологу или психотерапевту.
— У меня последняя стадия, она неизлечима, — сказала я и притворилась спящей.
Александр задал еще несколько бестолковых вопросов и, не добившись от меня ничего вразумительного, оглушающе громко захрапел.
Я лежала ни жива ни мертва, обдумывая возможные варианты спасения.
Драный? Да, да, кажется. Драный, вспомнилась услышанная несколько дней назад кличка.
А может, действительно плюнуть на Таньку и потихонечку улизнуть отсюда, пока все спят? Нет-..
Не могу… А может.., а может…
Покосившись на своего мучителя, я встала и на цыпочках вышла в просторный холл. Дверь в гардеробную по-прежнему была приоткрыта.
«Казаки» стояли на месте, тускло поблескивая пряжками в серой полутьме. Я включила свет, присела на корточки и как завороженная уставилась на них. Новенькие совсем… Надевал-то, наверное, пару раз, не больше. Кожа хорошая, мягкая… «Казаки» — это, конечно, прошлый век, но смотрятся неплохо. Так, так, так… А что еще у нас тут есть? Пиджачок? Не люблю шарить по карманам, но, боюсь, все-таки придется… Бумажник, кредитная карточка, расческа… Ага, пистолет!
Немецкий, девятимиллиметровый, с обоймой на восемь патронов. Пожалуй, эту миленькую штучку надо прихватить с собой. Выбора, во всяком случае, не остается.
Прижимая пистолет к груди, я вернулась в комнату и потянулась за одеждой. Переливы мощного храпа начинали мне даже нравиться. «Спи спокойно, дорогой товарищ!» — тихонечко пропела я.
В эту минуту, безнадежно перечеркивая все мои планы, которые, кстати, до конца так и не сформировались, пронзительно заверещал мобильный телефон.
Не открывая глаз, Александр стал шарить рукой по полу.
— Какому хрену понадобилось меня будить в такую рань, — сонно пробормотал он и, приподнявшись на локте, тупо уставился на меня.
— Сиди тихо, дружок! — удивляясь собственной смелости, пролепетала я.
— Ты чо, по моим карманам лазишь? — беззлобно спросил он.
— «Ни чо», — передразнила я его и резким движением сняла пистолет с предохранителя. — Если ты сейчас сделаешь хоть одно движение, я буду стрелять.
Александр испуганно кивнул.
— Ну, здравствуй, Драный! — пытаясь сохранить самообладание, сказала я. — Ведь, кажется, так тебя называют твои дружки?
— Откуда ты знаешь мою тюремную кличку? — тяжело задышал Александр.
— Сорока на хвосте принесла, — усмехнулась я. — Драный от слова «отодрать»? Знаешь, наводит на мысли…
— Кто ты? — побагровев, перебил он меня.
— Я учительница начальных классов, разве ты уже забыл?
— Что-то ты не похожа на учительницу…
— Надо же, а совсем недавно ты говорил обратное. Ты называл меня училкой, советовал больше не шляться по ресторанам и рекомендовал посетить сексопатолога.
— Никакая ты не училка. Училки пистолетом пользоваться не умеют, а тем более не знают кликух. Что ты от меня хочешь?
— Я хочу, чтобы ты взял телефон, набрал номер милиции и честно признался в том, что несколько дней назад вместе со своим дружком убил американца по имени Джоуи.
Лицо Драного исказилось.
— А ты, оказывается, и есть та шлюха из гостиницы?! — выдохнул он. — И как это я сразу не догадался. Сука проклятая! — Рванувшись вперед, он попытался выбить пистолет у меня из рук. Но я вовремя отступила и сделала предупреждающий выстрел. Хлопок получился негромкий, как будто вылетела пробка из бутылки с шампанским.
— Меня не интересует, что ты обо мне думаешь.
Бери телефон и звони в милицию. В противном случае ты получишь пулю в лоб. Я шутить не умею и не хочу!
— Хорошо, я позвоню. Только сначала давай разбудим Толика.
— Ты что, рассчитываешь на его помощь? Напрасно! Я его убила…
— Ты, в натуре, чокнутая баба, — округлил глаза Драный. — И после этого ты хочешь, чтобы я позвонил в милицию?! Да тебя же первую заметут!
— Как бы не так! Никто не докажет, что этот труп висит на мне. Неужели ты думаешь, что менты поверят матерому уголовнику? Все убийства спишут на тебя, вот увидишь! Сначала ты убил американца и, по всей вероятности, его обворовал. Я даже не сомневаюсь в том, что у Джоуи была с собой крупная сумма денег. А затем ты не смог поделить бабки с подельником и шлепнул его.
Правда, красивая версия? Ментам, полагаю, она понравится.
— Ах ты, сука, — сквозь зубы процедил Драный. — А ты не боишься, что я скажу мусорам, что ты грязная дешевая шлюха?!
— А ты попробуй доказать, что я шлюха! Не выводи меня из себя! Бери телефон и звони в милицию, я не шучу, падла! — В критические минуты я позволяла себе подобные слова.
Драный отступил назад, повернулся и бросился в сторону балкона. Я — за ним. Квартира находилась на втором этаже, внизу — мягкая, свежевскопанная по указанию мэра земля, заботливо засеянная травкой. Даже нетренированный человек спрыгнуть мог без особого труда. Подстрелить Драного было проще простого: широкая спина этого борова так и просилась на мушку, но в последнюю секунду я испугалась ненужного шума и пистолет опустила!
Покинув балкон, я ворвалась в спальню, где на широкой кровати, обнявшись, лежали Танька с Толиком, включила свет и громко скомандовала:
— Быстро всем встать!
Полусонная Танька лениво оторвала голову от подушки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
