– А это что на ватке, – спросила я, чувствуя, что от прикосновения ватки становится легче. И щипать перестает.
– Это зелье, нейтрали… зует яд, оставляя лечебное… свойство, – простонал вампир, снова закусив палец. – Как же я ненавижу вас, мадам. Особенно сейчас… Вот если бы вы знали…
– А долго еще? – спросила я, глядя на чудовище с сочувствием. Это ж сколько сил нужно, чтобы сдержаться.
– Нет, – послышался глухой стон. Я посмотрела на руку, видя две маленькие точки, похожие на два расчесанных комариных укуса.
Я молчала, видя, как рыцарь отчаянно пытается отдышаться в сторонке, чтобы снова предпринять меры по спасению прекрасной дамы от самого себя.
– Вы почему молчите? – послышался сдавленный голос. Белоснежные клыки впились в собственный палец.
– Мне показалось, что вам неприятно со мной разговаривать, – еле слышно ответила я.
– Никогда не думал, что скажу это, – выдохнул и мотнул головой Рафаэль. – Но можете позадавать мне глупые вопросы? Так намного легче.
– А как Дэнфер будет учиться? А вдруг кто–то рядом порежется? – спросила я, видя, как покрасневшая кожа белеет и затягивается.
– Я предупредил Академию. Они обеспечат его специальным артефактом, – выдохнули мне, почти неглядя, водя ваткой по ране и припухшим окрестностям.
– А вам такой дать не могут? – спросила я осторожно.
– Я что? Студент? – послышался задыхающийся голос, а от раны остались две маленькие красные точки. – Это уникальная вещь, существующая в единственном экземпляре. Обычно его не выдают. Но я договорился.
Я промолчала, видя, как рука почти пришла в норму.
– А теперь медленно отползайте, прикрыв шею волосами, – послышался тихий вздох. – И, умоляю, не делайте резких движений.
– Почему? – шепотом спросила я, не понимая, почему он так смотрит на ножницы.
–Может …, – послышался странный тихий голос. Таким голосом мужчины обычно в любви признаются. Нежно, негромко на сладострастном выдохе. – Сработать…
Я опустила взгляд, видя, как изящно и плавно палец скользит по ножницам, собирая кровавую капельку. Этак капелька, словно драгоценный камень застыла на самом кончике пальца, пока горящие глаза безотрывно смотрели на меня.
Внутри что–то перевернулось, когда капелька устремилась к красиво очерченным полуоткрытым губам
Было в этом жесте что–то такое странное, волнующее, будоражащее, пробегающее мурашками по коже.
– Инстинкт… – прошептали мне, едва заметно улыбаясь страшной улыбкой. Вот тебе и Фиалочка! Букетик таких фиалочек и мою усохшую и обескровленную тушку найдут местные тимуровцы в кустах.
Словно зачарованный травоядный кролик, я смотрела, как приоткрываются красивые губы, чуть–чуть обнажая хищные зубы. И как кончик языка медленно слизывает капельку с пальца.
С таким выражением лица целуют любимых женщин, перед тем, как овладеть ими на любой подходящей для любви поверхности. В какой–то момент глаза закрылись, а пальцы что–то растирали друг об друга.
– Охотника, – послышался шепот.
В какое–то мгновение, он скользнул ко мне, а я застыла, понимая, что нужно было отползать, как мне и говорили! Светящиеся глаза красивого чудовища были достаточно близко, что я оцепенела.
По телу пробежали мурашки, когда я представила, что жить мне осталось одно мгновенье. И сейчас он вопьется в мою шею. О признаках еще тлеющей жизни будет напоминать моя дрыгающаяся нога. Но потом и она затихнет.
Я тут же начесала волосы руками на шею и стала медленно отползать, а потом осторожно по стеночке встала.
Он тоже встал, подошел к куче зелий и бинтов, достал из кармана какой–то флакончик и бросил его на пол. Флакон разбился. Облако сизого дыма окутало аптечку, а когда оно развеялось, все исчезло. И кровь на полу, и флаконы, и использованные бинтики.
– Мадам, я надеюсь, что инцидент с ножницами останется между нами, – послышался надменный голос.
– Хорошо, – пообещала я, глядя на красивый профиль, который искоса смотрел на меня. – Я так понимаю, что самое страшное уже позади?
– О, нет, – заметил Малеволент, держась от меня на почтительном расстоянии. – Самое страшное еще впереди.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава четырнадцать.
– Вы о чем сейчас? – спросила я из дальнего угла. И тут до меня донеслись далекие голоса: «Окружай замок! Берем штурмом! Выносите двери! Мы должны успеть спасти девушку!».
– Что это? – испуганно спросила я, слыша какие–то взрывы, от которых сотрясался даже пол.
– Штурмовики. Боевые маги, если тебе это о чем – то говорит, – спокойно ответили мне и плавно перевели взгляд чуть светящихся глаз. – Я думаю, когда до них дойдет, что дверь я не закрывал. У нас есть десять минут. Ровно десять минут.
«Дверь открыта! По одному! Рассосредоточиться!», – послышалось внизу.
– Так это и есть то страшное? – спросила я, видя, как за окном что–то полыхает.
– О, нет, мадам, – смерили меня снисходительным взглядом чуть светящихся глаз. – Учтите, нам сейчас придется снова разыгрывать влюбленную пару, а я могу…
В этот момент на его губах скользнула едва заметная улыбка.
– Не сдержаться, – улыбка тут же померкла. – У меня было слишком мало времени, чтобы прийти в себя. А все потому, что вы дергали рукой и кровь…
При слове «кровь» его голос дрогнул.
– Долго не хотела останавливаться, – вишневые глаза смотрели в сторону закрытой двери, ведущей в коридоре. – А теперь не мешайте, я думаю над тем, как изящно выйти из этой ситуации.
– Думайте, кто вам мешает! – буркнула я. – Не обязательно же целоваться на каждом шагу! Может быть… я буду как бы сказки ребенку читать? Или как бы уйду спать? Или буду сидеть в другой комнате. Нет, ну мало ли? Я же могу уйти спать пораньше?
– Ну, разумеется, – пожали плечами, глядя на меня взглядом: «Не мешай! Я тут серьезным делом занят!». – Только в таком случае, я не смогу гарантировать вашу безопасность.
– Какую безопасность? – удивилась я, забыв, что обещала не мешать. И тут я вспомнила про домашних питомцев. Если он сейчас про них, то я знаю, как с ними бороться. – Мне кажется, будет лучше, если я как бы раньше ушла спать.
Я сделала несколько шагов в сторону двери, как вдруг ее молниеносно перегородили, заставив меня отпрянуть. Ничего себе. Вот это скорость.
– Не вздумай отходить от меня ни на шаг! – яростно прошептали мне, захлопнув рукой дверь. Его лицо было так близко, что мне пришлось отклониться. – Не хватало, чтобы твой труп, найденный в замке, повесили на меня! Мы должны находиться в одной комнате! Ты должна быть в поле моего зрения!
– Не думаю, что они на такое пойдут! – недоверчиво заметила я, глядя на запястье. Сейчас оно выглядело так, словно и не было укуса. Только побаливало, как обычный синяк.
– Я сам их натаскивал. Поверь, я и не такое проворачивал, – не без гордости произнес Рафаэль. Вот тебе и Фиалочка. – Поэтому ты должна быть максимально близко. Чем ближе, тем лучше. И проявлять любовь для протокола. Так что не мешай, я думаю, как это реализовать так, чтобы ты была близко, при условии, что близко тебе находиться нельзя. И чтобы это было похоже на любовь.
– Тогда думайте быстрее, – прошептала я, понимая, что штурмовики вот–вот нагрянут сюда.
Хотя… Постойте! Кажется, я знаю, как это провернуть!
– Садитесь на стул! – потребовала я, видя взгляд, наполненный сомнением. – Закройте глаза и делайте вид, что вам очень хорошо!
– Это что еще за… – страшным голосом заметил вампир, когда я стала лезть под стол.
– Ты с ума сошла! А ну быстро вылезайте из–под стола! – послышался удар по столу кулаком. Я высунулась между его ногами. Вынырнула, как русалочка, глядя в изумленные глаза. Штаны под халатом! Хм, а он предусмотрел такое развитие событий.
Он догадался, что я хочу провернуть! Хотя, что не так? Мы муж и жена! У нас тут тихий семейный вечер! Да мало ли что я там под столом делаю! Может, у меня нож упал! И я теперь ищу! Или массаж стоп любимому супругу делаю!
