Перед входом в зал Джейн увидела у дверей леди Пентекост и Перри. Он был в черном фраке и черных атласных панталонах до колен. Несмотря на большое скопление гостей и гул голосов, он выглядел совершенно спокойным. К удивлению Джейн, Перри оживленно разговаривал с леди, стоявшей первой в веренице гостей, ждавших своей очереди поприветствовать хозяина и хозяйку.
– Ты прекрасно выглядишь, Перри, – улыбнулась Джейн, когда подошла ее очередь.
– Ну, ты, как всегда, преувеличиваешь, – вздохнул он, отводя гостью в сторону. – Мама отказалась от своей идеи пригласить дядю на роль хозяина дома, и теперь я должен всем улыбаться и беспрестанно кланяться.
– Похоже, Перри, ты винишь меня в том, что ты, а не твой дядя, принимаешь гостей? Боюсь об заклад, этот старый волокита еще отомстит мне, но я не могла допустить, чтобы он занял твое место, – сказала Джейн, отводя Перри подальше от чужих ушей.
– Так это была твоя идея?! – воскликнул Перри. Из его интонации было непонятно, рад он или недоволен. – В таком случае нам надо поговорить. И не забудь – один танец ты танцуешь со мной!
Как приятно видеть, что близкий тебе человек, вопреки проискам своей матери, справляется с возложенной на него обязанностью хозяина дома, радовалась Джейн, входя в зал, где уже собрались сливки местной аристократии. Она с радостью отметила произошедшую с Перри перемену и с благодарностью подумала о докторе Кэррингтоне, который смог снять с Перри груз беспокойства за свое будущее и вселил в него уверенность в себе.
Оглядевшись по сторонам, Джейн вздохнула с облегчением, увидев Генриетту Дилби. Девушка радостно кивнула и пошла навстречу.
– Хотя Перри чувствует себя гораздо уверенней после разговора с доктором Кэррингтоном, – начала мисс Дилби, когда им с Джейн, наконец, удалось найти два свободных стула у стены, – он все еще никак не решится на поездку в Лондон, чтобы показаться специалисту. Если ему хватит храбрости, то он поедет туда весной, – закончила Генриетта.
Интересно, что заставит Перри поехать в столицу – необходимость показаться врачу или нежелание расставаться с Генриеттой, которую дядя намерен будущей весной вывести в свет?
Джейн посмотрела на Генриетту оценивающим взглядом. Девушка до сих пор носила траур и была одета в то же жемчужно-серое платье, что и на вечере у миссис Вестбридж. Джейн искренне надеялась, что Генриетта не унаследовала от своей матери гордый нрав и позволит своему дяде к весне купить ей новые платья. Ее дядя вполне может позволить себе быть щедрым, а новые яркие наряды будут Генриетте, несомненно, к лицу.
– А как относится его мать к этой поездке? – спросила Джейн.
– Перри рассказал ей обо всем, умолчав, однако, о цели своей поездки. Сначала леди Пентекост была крайне недовольна тем, что ее сын обратился за советом к Кэррингтону, но потом расчувствовалась и даже послала доктору приглашение на бал, – сказала Генриетта.
– Все это очень хорошо, но он не ответил на приглашение, – возразила Джейн.
– Нет, что вы! Он написал, что обязательно будет! А вот и он сам!
– Как? Он уверял меня, что уезжает в Вилтшир! – возразила Джейн, но тут же увидела высокую фигуру доктора.
– Что бы там ни было, он здесь. И не один – в сопровождении миссис Вестбридж. Не удивлюсь, если увижу их вместе за карточным столом, – настаивала на своем Генриетта.
Неподвластное ей самой чувство радости охватило Джейн. Их разговор с доктором после оживленного ужина в доме Найтли, незадолго до сегодняшнего вечера, показал, что между ними зарождается дружба, несмотря на холодок в их отношениях в начале знакомства. Сегодня доктор приезжал осмотреть Элизабет, но, к сожалению, Джейн в это время была на верховой прогулке, и они разминулись. Узнав о визите доктора, Джейн почувствовала разочарование.
На паркет перед ней легла длинная тень, и сердце девушки радостно забилось. Но когда она подняла глаза, оказалось, что это всего лишь Саймон Ферфакс. Джейн совладала со своими чувствами и улыбнулась в знак приветствия.
– Добрый вечер, леди Джейн! Позвольте пригласить вас на следующий танец. Я был бы вам весьма благодарен за оказанную мне честь, – рассыпался в любезностях Саймон.
Какое вежливое обращение! Какой красивый молодой человек! Адонис, да и только! Джейн представила, как ей сейчас завидуют все молодые леди, сидящие в зале. Почему так происходит? – спрашивала себя Джейн, направляясь в сопровождении Саймона к центру зала. Почему ни одному из этих лощеных красавцев никогда не удавалось взволновать ее?
– Я слышал, леди Джейн, вы на днях уедете? – поинтересовался Саймон, когда после выполнения нескольких фигур они оказались снова вместе.
– Да, послезавтра, – успела сказать Джейн, и они снова разошлись, повинуясь последовательности фигур в танце.
– Если мне не изменяет память, вы едете не в Кент, а в Бат, не так ли? – продолжил Саймон, когда они снова оказались вместе.
Откуда он узнал, куда она направляется? Вероятно, от леди Пентекост, догадалась Джейн.
– Да, я собираюсь навестить свою тетю, леди Темплхерст, а потом вернусь в Кент. Где-то в начале апреля.
– О, миледи! Означает ли это, что вы украсите своим присутствием весенние столичные балы? – не унимался Саймон.
– Я еще не знаю, но, похоже, этой весной меня не будет в Лондоне, – уклонилась Джейн от прямого ответа.
– Ваше отсутствие повергнет всех молодых людей в уныние! Вы самая необыкновенная девушка на свете! – добавил Саймон, глядя на нее с льстивой улыбкой.
Мое приданое – вот что притягивает вас ко мне как магнит! То ли дело доктор Кэррингтон – он хоть и мужлан, зато честный и порядочный!
Танец закончился, и Саймон отвел ее к тому месту, где сидела Генриетта. Но Джейн рано радовалась – ей пришлось танцевать еще с несколькими партнерами, которые засыпали ее избитыми комплиментами, наступали на ноги и танцевали не в такт музыке. Только с Перри ей было легко и свободно – он прекрасно танцевал и не болтал глупостей.
После того как танец закончился, Перри отважился пригласить Генриетту. Она смущенно отказалась, но Джейн, в конце концов, удалось уговорить ее. Джейн с улыбкой следила за ними некоторое время, но потом ее взгляд случайно остановился на матери Перри, которая стояла на противоположной стороне зала и явно следила за кем-то из танцующих, но за кем, сказать было трудно.
Джейн оставалось только надеяться, что леди Пентекост следила не за сыном и Генриеттой. До поры до времени им лучше скрывать свои чувства. Если мать Перри догадается, что племянница незнатного помещика, каким она считала дядю Генриетты, может стать ее невесткой, молодым голубкам точно несдобровать. Джейн была уверена, что леди Пентекост не допустит такого неравного брака.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
