вместе с праведниками воспевать Тебе хвалу во веки веков!
149. НА СЛОВА ИЗ КНИГИ ПРОРОКА ИОНЫ: ВОСТАНИ И ИДИ В НИНЕВИЮ ГРАД ВЕЛИКИЙ, И ПРОПОВЕЖДЬ В НЕМ ПО ПРОПОВЕДИ ПРЕЖДНЕЙ, ЮЖЕ АЗ ГЛАГОЛАХ ТЕБЕ. И ВОСТА ИОНА И ИДЕ В НИНЕВИЮ, ЯКОЖЕ ГЛАГОЛА ГОСПОДЬ (ИОНА. 3, 2-3).
Вот проповедует Иона в Ниневии, Иудей – среди беззаконников. С грозной проповедью вошел он в град, в смятение привел его страшными своими вещаниями. В смущении языческий город от проповедника Еврея; как море взволновался он от Ионы, исшедшего из моря, и обуревается, как волны на море. Вступил Иона в море и взволновал его, вышел на сушу и привел ее в смятение. Всколебалось море, когда он бежал; потряслась суша, когда стал проповедовать. Море успокоила молитва, сушу – покаяние. Молился Иона в великом ките, молились Ниневитяне в великом граде. Молитва спасла Иону, молитва же спасла и Ниневитян. Бежал Иона от Бога, Ниневитяне удалились от чистоты. И Иону, и Ниневитян связало правосудие, как виновных. И Иона, и Ниневитяне принесли перед Ним покаяние и были избавлены. Покаяние сохранило Иону в море и Ниневитян на суше. Сам на себе узнал Иона, что кающиеся будут помилованы. На нем самом Благость показала ему пример милосердия Своего к грешникам, – показала, что как он избавлен Ею из моря, так избавит Она и во грехах погрязший город.
Как море взволновалась Ниневия от Ионы, исшедшего из моря. Отверз уста свои праведный Иона, услышала Ниневия и смутилась. Целый город привел в смятение один еврейский проповедник. Словом стали полны уста его, и возвестил слушателям: «Горе!» В удел им назначил смерть. Убогий проповедник явился в граде исполинов, и голос его растерзал сердца царей, обрушил на них весь город, одним словом отнял всякую надежду, излил чашу гнева. Услышали цари, – и смутились, сложили с себя венцы и уничижились. Услышали знатные, – и пришли в ужас, вместо пышных одежд своих облеклись во вретища. Услышали почтенные старцы, – и главы свои посыпали пеплом. Услышали богатые, – и сокровищницы свои отверзли для бедных. Услышали заимодавцы, – и, разодрав рукописания, стали расточать милостыню. Услышали должники, – и, чтобы не остаться должными, отдали долг свой, а давшие взаем простили долги. Всякий, как должно, заботился о своем спасении. Нет человека, который бы замыслил другому обиду. Все в благочестивом подвиге стараются приобрести душу свою. Услышали Иону тати[47] и оставили даже то, что им принадлежало. Всякий осуждает сам себя и милосерд к ближнему своему. Никто не осуждает ближнего своего, а всякий судит сам себя. Всякий обвиняет сам себя, потому что всех признает виновными Божий гнев. Услышали убийцы, – и признались, что теперь не страшны им судии. Услышали судии, – и прекратили суд свой; гнев Божий заставил умолкнуть суды их, не хотят уже осуждать правое, чтобы не быть осужденными праведно. Всякий сеет щедроты, чтобы пожать от них спасение. Услышали Иону грешники, – и каждый исповедался во грехах своих. Услышал Иону град непотребный, – и тотчас совлекся своих мерзостей. Услышали его господа, – и возвестили свободу подвластным. Благоговейно выслушали его рабы, – и усугубили уважение к господам своим. По гласу Ионы знатные жены смирились во вретищах. Истинно было покаяние, и горделивые облеклись смирением.
А наше покаяние в сравнении с этим представляется мне не более чем сном, наша молитва в сравнении с молитвой Ниневитян кажется мне не более чем тенью, наше смирение – лишь слабое подобие их смирения. Немногие у нас оставили беззакония свои и в этот пост. Ниневитяне подавали милостыню, а мы? О, если бы хоть перестали делать обиды! Ниневитяне давали рабам свободу, а мы? О, если бы стали милостивыми и к свободным!
Когда Иона послан был в беззаконный град, правда Божия признала нужным послать его со страшным для города словом, дала ему грозное определение. Страшный врач и с жестокими врачевствами послан был в болезнующий город, и он открыл, и показал страшные и сильные свои врачевства. Не для того Благость послала пророка, чтобы погубить город, но проповедник не сказал жителям города, чтобы приносили они покаяние. Сие давало разуметь, что всякий больной сам должен заботиться о своем уврачевании. Затворил он перед ними дверь покаяния, чтобы видно было, с каким усердием будут ударять в нее. Грозное определение возвестил Ниневитянам Иона, – и они согласились, и признали это определение справедливым, чтобы показать, сколь сильно покаяние к умилостивлению Бога и сколько сокрушения нужно кающемуся, чтобы неотступностью своей получить милость. Причина болезни – грех, собственная своя воля, а не какая-либо необходимость. Страшное слово, грозное, как меч, приводило в ужас, чтобы страх и самого упорного уврачевал от греховной болезни. Меч показан больному врачом, пришедшим уврачевать; град увидел этот меч и пришел в трепет. Как исполнитель казни, стал врач перед больными, и они, устрашенные, восстали и поспешили к покаянию. Слово Ионы, как меч, отсекло давние недуги. Жезлом врачевал он, и врачевство это стало лучше всяких других врачевств. Другой врач льстит больному и исцеляет, Иона проповедует и врачует жестоким обличением. Приходит мудрый врач сей и посещением своим больных своих приводит в страх. Больной оставляет ложе свое, потому что видит жезл гнева. Здоровыми делаются недугующие плотской похотью. Каждый воздерживается от плотского вожделения и сам для себя становится врачом.
Прекратились пиршества у царей и вечери у князей. Когда и младенцы томятся и не вкушают молока, кто будет учреждать пиршества? Когда и рабочему скоту не дают воды, кто станет пить вино? Когда царь облекся во вретище, кто будет облекаться в пышные одежды? Когда и блудницы стали целомудренными, кто не воздержится от супружеского ложа? Когда невоздержные исполнены ужаса, кто подумает о смехе? Когда веселые плачут, кто будет утешаться
