твоя жалость, понял! Иди жалей лучше Кэт, или как ты там ее зовешь? Китти?! — в моем голосе было столько злости и какого-то безумного отчаяния. Мне почему-то хотелось сделать ему больно, ударить в самое сердце. — Уходи! Иди отсюда! — закричала я и вновь спрятала лицо в коленях. Джеймс не стал даже пытаться вновь до меня дотронуться, он просто поднялся и ушел. Молча. А мне хотелось, чтобы он остался! Мне так хотелось, чтобы он был рядом, вот именно сейчас, в эту секунду, чтобы прижался своим лбом к моему и прошептал «мелкая». Боль накрыла очередной волной, и я снова разрыдалась.
А потом пришел Джонатан, я узнала его сразу же, по его парфюму, по тому, как он обнял меня, сопротивляющуюся, как целовал мое мокрое от слез лицо, успокаивая и приводя в чувства.
— Прости меня! — проговорил он, когда я была уже в состоянии его слушать. Мы так и сидели под деревом. — Я должен был тебе все сказать, но я не знал как. Впервые я испугался поговорить с тобой, не мог найти в себе сил. Понимаю, что повел себя как последний трус, предатель. Ты в праве ненавидеть меня.
— Ты же знаешь, что я не могу тебя ненавидеть! — покачала я головой, прижимаясь к его плечу. — Укради меня отсюда! — проговорила я. — Ты же обещал.
— Обещал. — горько усмехнулся он.
А еще через пять минут мы ехали в такси и целовались как сумасшедшие. Мы ввалились в номер отеля в центре города, который оказывается Джонатан снял заблаговременно, чтобы провести здесь романтический вечер. В номере был сервирован стол, в ведерке охлаждалось шампанское.
Но нам было не до еды! Мы сдирали друг с друга одежду в каком-то безумном исступлении, постоянно целуясь, как будто боясь оторваться друг от друга хоть на секунду. Мы рухнули с ним на постель.
— Стой! — тяжело дыша, проговорил Джонатан, нависая надо мной на вытянутых руках. — Стой! Я хочу смотреть на тебя, запомнить каждую секунду этой ночи. — он нежно провел рукой по моей щеке, а я потерлась о его ладонь как кошка, жаждущая ласки. — Я не знаю, как смогу быть без тебя. — прошептал он и голос его сорвался. — Разве от тебя можно уехать?! Полное безумие!
— Ну, когда мы ссорились и не виделись по целым месяцам, выживали же. — проговорила я в ответ, проведя руками по его плечам, груди.
— Тогда я знал, что в любую минуту могу найти тебя и увидеть!
— Джо, я не хочу об этом думать! — я провела дрожащими пальцами по его губам. — Не сейчас. — я выгнулась ему навстречу, притягивая его к себе и обвивая ногами. Все мысли будут потом, сейчас мне хотелось чувствовать его каждой клеточкой своего тела, каждой фиброй своей души. Брать и отдаваться всю ночь напролет.
Глава 18
Мы встретились с Николь только в понедельник на лекции мистер Смарта. Сели, не раздумывая, на последний ряд. Посмотрели друг другу в глаза и прыснули от смеха.
— Ты видишь тоже, что и я? — спросила я у подруги.
— Довольную кошку? — уточнила она и я кивнула. Николь прикрыла лицо руками. — Дерек не хотел меня отпускать вообще, еле вырвалась от него в воскресенье днем.
— Ага, и сразу за свои бумажки наверняка уселась? — скривилась я.
— Зато нашла уйму ошибок и все поправила на свежую голову. Теперь не стыдно смотреть преподавателю в глаза.
— Джонатан уезжает через неделю.
— Далеко? А как же сессия? Опять будет за день готовиться?
— Он вообще уезжает, в другую страну. — произнесла я. Обруч горечи сдавил горло, а я-то наивная подумала, что смогла за эти выходные с этой мыслью свыкнуться.
— Не поняла сейчас. — Николь уставилась на меня с недоумением. — Подробнее и в деталях с самого начала.
И я рассказала ей о том, как узнала об отъезде Джонатана, о нашей ссоре, как мы потом мирились, как провели выходные вместе, о чем разговаривали, что решили в итоге. Хотя, на самом деле никакого решения не было в данной ситуации.
Отец Джонатана давно изучал возможность развивать свой бизнес в азиатском сегменте, где электронная промышленность шла вперед семимильными шагами. Рынок был неизвестен, и отправить вместо себя заместителя, и доверить ему поднимать новую компанию с нуля, он, разумеется, не мог. К тому же, пора было вводить сына в дела компании, а чем не лучший повод как начать это с самых истоков. Конечно, Джонатан сопротивлялся, он не хотел ехать, учеба, друзья, девушки — отец все это понимал. Но будущее сына было важнее. А еще он искренне не понимал, что это за профессия такая — продюсер? Но если сын так хочет, то нет ничего невозможного! Он договорился в университете, что Джонатан продолжит учебу заочно и будет приезжать на пару недель в периоды сдачи экзаменов — дважды в год. И это, наверное, стало самым весомым аргументом из всех, чтобы Джо согласился.
Николь сжала мою руку, выслушав до конца.
— Ты справишься! Вы справитесь! — ободряюще сказала она.
— Знаю. Просто я настолько привыкла, что он всегда рядом. — я взглянула через ряд, отыскала темную макушку сидящего там Джонатана. — Понимаешь?!
— Ты его любишь? — вдруг спросила подруга.
— Мне кажется это что-то большее, он как половина меня! — я невольно обхватила себя руками за плечи. — Я знаю, какое у него настроение по одному только взгляду на него, знаю, что он чувствует, мы думаем одинаково, можем говорить обо всем, понимаем все друг о друге. Не знаю, можно ли еще быть настолько откровенным и близким с кем-либо, как я с Джо. Это близость на каком-то другом, необъяснимом уровне.
— Ты его любишь? — упрямо повторила свой вопрос Ники.
А я не знала, что на него ответить. У меня не было однозначного ответа. Мы никогда с ним не говорили о любви, не признавались в ней друг другу. Мы просто были рядом, просто были вместе, и нам было до одурения хорошо друг с другом. Любовь это или нет? Мне не с чем было сравнивать. Джо был первым моим мужчиной, потому что только ему я могла доверить себя, уверенная однозначно в том, что он не сделает мне больно, не обидит.
— Ник, не знаю. — покачала я головой. — Ничего не знаю. Мне плохо от одной мысли, что он уезжает.
— Если бы любила, то знала наверняка.
— Ты прям специалист! — фыркнула я.
— Не специалист, но мне кажется, что это чувство ни с чем не спутаешь. И ответ на него однозначный, либо да, либо нет, полутонов не существует.
