У меня возникло желание попросить об этом Тарквина, поскольку я не сомневалась — Брутус не раз заставит его заплатить за то, что он такая задница. Но невозможно было вынести даже мысль о том, что этот вихрастый будет рыться в моём белье.
И пусть я не чувствовала себя довольной или счастливой, я все равно была под впечатлением от нашего номера. Матрас был удобным… хотя кровать небольшая. Нам придётся очень тесно прижаться друг к другу. Возможно, мне удастся придавить Винтера к одному месту и заставить его оценить прелести долгого валяния в постели, прежде чем мы направимся на побережье. Маловероятно, но девушка может и помечтать.
Пока он по телефону информировал Ипсиссимуса о наших открытиях, я отправилась в душ, повернула регулятор температуры воды в режим «супер-секси горячий пар» и чуть ли не кричала в экстазе. Для меня было загадкой, как грязи удалось проникнуть через такое количество слоёв одежды. Я лениво размышляла, стоит ли мне сообщить в Министерство защиты окружающей среды, чтобы этот феномен исследовали одобренные правительством учёные. По крайней мере, размышления о свойствах грязи увели мои мысли от Чёрной Бороды — так я окрестила серийного убийцу.
Помимо душа, ещё одним хорошим моментом было то, что я взяла с собой сменную одежду. Восторга у меня поубавилось, когда я проверила, что я побросала в сумку утром, уезжая из Оксфорда. Вот что происходит, когда меня слишком рано выдёргивают из постели — всё заканчивается тем, что я одета как поп-дива восьмидесятых, покрытая кошачьей шерстью. По крайней мере, благодаря режущей глаз неоновой расцветке меня не потеряют в толпе.
Расчесав волосы пальцами, я решила, что сделала всё, что в моих силах, и вышла проверить Винтера. Я нашла его сидящим на краю кровати и уставившимся в пустоту.
— Эй, ты в порядке? — я примостилась рядом с ним.
— Гмм… — вздохнул он. — Ты была права. Ипсиссимус действительно считает, что мы должны работать вместе. Он готов повысить меня до Третьего Уровня, если я вернусь обратно, как блудная ведьма, — скривился он. — Словно он думает, что взятка заставит меня забыть о том, что он сделал.
Не обратив внимания на засохшую на нём грязь, я прислонилась к его плечу.
— Может, это не взятка. Может, так Ипсиссимус признаёт твою ценность. Раф, он не плохой человек. И что бы ты ни говорил, он не делал ничего плохого. Нет ничего зазорного в том, чтобы спрятать гордость в кулак и вернуться в Орден. Вообще-то, это будет невероятно смелым поступком.
— Тогда пойдём со мной. Ипсиссимус сказал, что для тебя тоже найдётся место, — Винтер скептически изогнул бровь. Он слишком хорошо меня знал.
— Ты знаешь, Орден не для меня. Но это не значит, что он не для тебя.
Он тяжело вздохнул.
— Я не знаю, смогу ли доверять им. Если снова до этого дойдёт, если встанет выбор между жизнью ведьмы из Ордена и жизнью кого-то вроде тебя, думаю, они всегда выберут спасение Ордена.
— Жизнь полна тяжёлых решений, ты знаешь это. Мы делаем всё, что можем с тем, что имеем в данный момент. И едва ли когда-то будет правильный или неправильный путь, есть только твой путь. Я выбираю лифт, а ты выбираешь лестницу, но мы продолжаем встречаться наверху, Раф, — я провела губами по щетине на его подбородке. — И если бы мне снова пришлось принимать решение, оно было бы тем же. Для всех это было лучшее решение, — я встретила его взгляд. — Глубоко внутри ты это знаешь. Вот почему ты до сих пор так бесишься.
Какое-то время Винтер пристально смотрел на меня.
— Кто ты? — спросил он наконец. — И что ты сделала с Иви?
Я рассмеялась.
— Время от времени у меня случаются вспышки интеллектуальных способностей, но они не длятся долго, — я слегка пихнула его. — Ты пованиваешь. Сходи прими душ, а я пойду вниз и посмотрю, смогу ли раздобыть нам что-нибудь на ужин и бутылку вина. Думаю, мы это заслужили.
Он улыбнулся мне. Проживи я хоть тысячу жизней, моё сердце всё равно не подпрыгивало бы так, как от улыбки Винтера.
— Звучит как отличный план, — он помедлил, частично повернувшись в сторону ванной. — А, — произнёс он, — Ипсиссимус по-прежнему советует тебе не пытаться колдовать. Мэйдмонт нашёл какой-то старый фолиант, в котором говорится о древней ведьме, прошедшей через нечто подобное, но он написан на кишащей архаизмами латыни, и его перевод займёт некоторое время. Он полагает, что, скорее всего, с тобой всё в порядке, и использование магии не высвободит скрытую впитанную тобой силу некромантии, но для перестраховки…
Я закатила глаза.
— Да, да. Я могу ещё какое-то время побыть хорошей непрактикующей ведьмой. Правда, Мэйдмонту стоит пошевеливаться. Как только мы обнаружим Чёрную Бороду, все ведьмы должны быть готовы к действиям. Я не останусь в стороне от этой битвы. Этот ублюдок получит по заслугам.
— Я люблю тебя, Иви Уайлд, — ухмыльнулся Винтер. — Но, чёрт возьми, порой ты пугаешь.
Я встряхнула белокурыми кудряшками и покрутила бёдрами настолько развязно, насколько способно было моё уставшее тело.
— Ещё бы, дорогуша.
***
В баре приятно пахло пенным пивом, а откуда-то из глубины паба доносились запахи мясного жаркого. Едва ли не пуская слюни, я прошла сквозь толпу и взобралась на барный стул. Музыкального автомата не было, а из колонок не доносилась фоновая музыка, хотя дальний угол комнаты мог похвастаться небольшой сценой, на которой уже установили ударную установку и микрофоны. Учитывая количество людей, тёплую атмосферу и гул голосов, это явно то самое место, где стоит побывать в четверг вечером в Дартмуте.
Я поманила бармена и выхватила меню, после чего заказала две тарелки жаркого по-ланкаширски и две пинты местного пива. Я даже надеялась, что Винтер не будет торопиться с душем, и я смогу съесть его порцию, а когда он придёт, заказать ещё одну. Вероятно, во всей этой теме со свежим воздухом что-то есть: я чувствовала себя достаточно голодной, чтобы слопать чан жаркого, и казалось, что одной миски не хватит, чтобы утолить этот голод. Пожалуй, частично таким образом я хотела напомнить себе, что я жива. Что, кроме как поболтать с несколькими недавно почившими ведьмами,
