на ухо, касаясь губами. Она будто переставала сама себе принадлежать в эти моменты, каждой клеточкой настраиваясь на Дмитрия. Кожа становилась настолько чувствительной, впитывала малейшее его прикосновение. Еще никогда никто не вызывал у нее желание такими простыми действиями, своим присутствием рядом. А от близости с Димой ее просто в узел скручивало! Сердце вылетало, дыхание становилось чаще и всегда так жарко... Даже воздух вокруг казался горячим. Благодаря Диме Катя открыла себя как женщину, почувствовала, как это. И для него ей хотелось быть красивой, обольстительной.
Влюбилась. Призналась сама себе. И слез все же не удержала. Покатились по щекам, оставляя после себя соленые капли в уголках губ. Закрыла глаза, сжимая колючие стебли роз так крепко, что те оставляли после себя раны на ладонях. Такая и ее любовь, как роза: красивая, но ранит. И если физическую боль выдержать могла, то от душевной хотелось даже не рыдать — выть. Скрутилась на полу в клубочек и заголосила, вздрагивая от всхлипывания. За что?! Почему именно ей выпало такое испытание? Если уж судьба решила, что ее предназначение — страдать от Руслана, то зачем подарила ей Диму? Зачем между ними возникла взаимная симпатия, которая уже у самой Кати переросла в любовь? Почему все так несправедливо? Одни болезненные вопросы...
Проплакав почти до самого утра, Екатерина шла на работу совсем обессиленная. Быстро миновала коллег на ресепшене, которые что-то активно обсуждали, посмеиваясь. Не настроена на веселые разговоры. Да и на любые, в принципе. Переодевшись, пошла в зал, где уже начали собираться посетительницы клуба на занятия.
Катя — профессионал своего дела, поэтому ее состояние даже постоянные клиентки не заметили. До автоматизма доведенные движения, приветливость, улыбка, за которой прятала боль...
Заглянув в телефон после тренировки, увидела сообщение от Димы. Его еще не было в клубе. Писал ей утром, что будет отсутствовать почти полдня. А вот теперь сообщил, что скоро приедет. И на обед приглашал.
Еще позавчера Екатерина согласилась бы охотно, а сейчас... Написала, что в обед уже кое-что запланировала.
Проведя еще одно групповое занятие по йоге, переоделась и понеслась из клуба. Понимала, что не очень рационально поступает, по-детски, ведь все равно с Димой встретится, но отчаянно пыталась хоть немного отдалить этот момент.
Проблуждав весь свой перерыв по магазинам, вернулась обратно на работу. И сразу же на ресепшене увидела Диму. Ждал ее? Уже почувствовал какие-то изменения в настроении?
— Привет! — улыбнулся, сделав к ней шаг, как только увидел.
— Привет, Дима! — тоже улыбнулась, но глаза отвела.
— Как дела? Как самочувствие сегодня? — ведя ее по коридору, спрашивал.
— Нормально, — коротко ответила, все еще не глядя на него.
— Может, тебе один дополнительный выходной взять? А то и не один... Ты такая бледная. И выглядишь уставшей. Скажи Виктории, чтобы нашла замену, — беспокоился.
— Нет, Дим, спасибо. Завтра как раз выходной, мне хватит одного дня на отдых, — качнула головой.
— Уверена?
— Да.
— Как знаешь. Но, если почувствуешь, что в не очень хорошем состоянии, не молчи. Иногда надо делать перерыв, набираться сил. Работа с людьми отнимает много энергии, — заметил.
Екатерина лишь кивнула. И хотела уже свернуть в сторону раздевалки, но Дима ее задержал.
— Подожди. Катя, до твоего занятия еще есть время. Пойдем ко мне, поговорим, — предложил, пытаясь заглянуть ей в глаза.
Не знала точно, о чем собирается говорить Дима, но ей тоже надо было ему кое-что сказать. Поэтому кивнула, проследовав дальше с Дмитрием по коридору.
Зайдя в кабинет, он заговорил первым, обняв Катю:
— Ангел мой, у тебя точно все хорошо?
— Да, — ответила немного хрипло.
— Тогда почему ты такая грустная? — спросил, целуя ее легонько в висок.
А у Катерины от его действий, от прикосновений так сжалось сердце... Ни вдохнуть, ни выдохнуть! Как же хотелось обхватить его руками за шею, прижаться сильно-сильно, спрятаться от всего мира в этих объятиях. Так больно... А еще больнее от того, что именно должна ответить Диме и на его вопрос.
— Я не грустная. Просто.... — замолчала, понимая, что слезы накатывают. Нужно хоть несколько секунд, чтобы перевести дыхание.
— Катюша, если у тебя проблемы, нужна в чем-то моя помощь, ты только скажи, — коснувшись подбородка, поднял ее лицо, чтобы смотреть в глаза.
Застыл, ожидая, что она скажет. Взгляд серьезный, напряженный. Такое впечатление, что настроился улавливать каждый звук, малейшее движение, лишь бы только понять ее. А ей станвилось еще хуже.
— Дима, у меня все нормально. Спасибо. Я только хотела сказать, что... В общем, нам надо остановиться, — выдохнула.
— Что? — от удивления аж брови свел. — Я не понимаю...
— Дима, я не готова сейчас развивать наши отношения. Нужно немного времени. Прости, — отступила и пошла к двери.
— Катя! Подожди! — опомнился Дмитрий и бросился за ней. — Я тебя чем-то обидел? Что-то не то сказал или сделал? Скажи мне.
— Нет! — покачала головой. — Нет, дело не в тебе. Это мое, личное. Я просто не готова... Прости, Дима. Я не хотела...
Не договорив, все же открыла дверь и чуть не выбежала из его кабинета, боясь расплакаться прямо там. Жаль. Действительно жаль было и себя, и его, и, вообще, что так сложилось.
* * *
Наконец, этот рабочий день закончился! Выдохнула, глядя на себя в зеркало в раздевалке. Даже взгляд изменился. Глаза пустые, не отражают ничего. Будто душа вышла из тела погулять. И такое опустошение внутри... Ощущение, будто разбита, раздавлена. Хорошо, что хоть завтра выходной, сможет немного прийти в себя. Закрыла шкафчик, взяла рюкзак и покинула раздевалку.
Едва ноги волочила, уже несколько раз споткнулась на ровном месте. Тело отказывалось слушаться, хотя такого никогда не бывало даже от сильной усталости.
Попрощалась с Викой и уже вышла из клуба на улицу, когда дверь за ней шумно открылась. Оглянулась автоматически.
— Катя! — судя по виду, Дима специально выскочил за ней на улицу.
Остановилась. Замерла. Вглядывается в его лицо, и сердце разрывается еще сильнее. Взволнован, расстроен. Ему не безразлично. Не знала, чувствовал ли Дмитрий что-то настолько горячее и сильное, как она, но ему точно не все равно на их отношения. И так обидно, что из-за нее страдает такой человек... Многое готова отдать, лишь бы изменить все.
— Кать, ты домой? — подошел ближе.
Тоже сосредоточен на ней, глаза в глаза.
