этой информацией в большей степени владеет профессор Касаткин…
— Ты дурой-то не прикидывайся, Аленка, — усмехается он недовольно. И заметив бегущего к машине водителя, осекается. — Потом поговорим…
А я отворачиваюсь к окну. Стискиваю трясущиеся руки и не знаю, что предпринять. Меня только что пытались принудить стучать на Валерия Георгиевича. Я не могу! Не хочу!
И этот человек здесь. Рядом. Что угодно может со мной сделать.
«Скажи Альберту!» — просыпаются интуиция и здравый смысл. Вот прямо сейчас отправь ему эсэмэску.
Трясущимися руками набираю сообщение. Отправляю и прикрываю глаза. Слезы сами бегут по щекам, пальцы дрожат. И внутри все замирает от страха. Доеду я до города или нет? Вот в чем вопрос.
«А ты что сказала?» — приходит сообщение от Альберта.
«Ответила, что ничего не знаю», — печатаю быстро.
«Умница. Отцу передал. Он с ребятами следом мчит. Тебя везет наш человек. Я его тоже предупредил. Ты в безопасности. Сейчас наберу тебя. Поболтаем», — приходит ответ, и трубка сейчас же заливается трелью.
— О, привет, Альберт, — выдавливаю из себя каждое слово. — Да, долетела.
— Все нормально, девочка. Просто говори со мной, — хрипло просит он. — Эта гнида тронуть не посмеет, пока я все слышу.
— Все хорошо. Едем в город, — выпаливаю первое, что приходит в голову.
— Отец уже недалеко. Не переживай, — успокаивает меня Альберт и выдыхает в сердцах. — Проверяли же его! Как упустили… Давай про Розена мне что-нибудь расскажи, — приказывает Валдаев.
— Очень понравился концерт. Да. А тебе?
— Мне тоже, Алена. Мне тоже, — заверяет меня хрипло Альберт. — Надо еще куда-нибудь сходить нашей компашкой.
— Да, вернусь, сходим, — ляпаю я и прикусываю язык.
«Ты вообще, нормальная, Гусева?» — даю себе мысленный подзатыльник. Встречаюсь взглядом с водителем, с интересом разглядывающим меня в зеркало заднего вида. Вслушиваюсь в мягкий и в то же время требовательный голос Альберта.
— Все нормально. Наши догоняют вас. Уже видят машину. Не поворачивайся. Ладно?
— Хорошо. Любови Даниловне привет передай. Скажи, я, как вернусь, сразу к вам.
— Да, Аленка. Мы тебя ждем все. И любим… — заверяет меня Валдаев. А я краснею как свекла.
«Любит он меня? Или это просто дань вежливости?» — бьются в голове вопросы.
Машина плавно замедляет ход. И останавливается посреди дороги.
— Ты чего задумал? — рявкает на водителя «Дима». А я в ужасе вжимаюсь в кресло.
— Отлить надо, — ухмыляется тот. А рядом уже с визгом тормозят черные агрессивные иномарки, похожие на крокодилов.
— Ну, я понял, — зло цедит «Дима». — Это ты меня сдала? — поворачивается ко мне и бросает яростно. — Какая же ты мразь, Лена Гусева. Я думал, нормальная девчонка.
Но переднюю дверцу уже с рывком открывает охрана. Сильные руки вытаскивают здорового мужика, как куклу. А ко мне из черного Мерса в распахнутом пальто спешит Валерий Георгиевич.
— Алена. С тобой все в порядке?
— Да, — клацаю зубами, словно от сильного холода. — Д-да…
— Пересаживайся ко мне в машину. Едем в город, — приказывает он и подает мне руку.
Отказаться не получится.
Безропотно опускаю ледяные пальцы на горячую ладонь. И меня словно выдергивают из машины.
— Все нормально. Ты — молодец, — будто маленькую берет меня за руку Валерий Георгиевич и ведет в свою машину.
— А что будет с этим «Димой»? — спрашиваю в ужасе. — У него наверняка семья и дети…
— Вот и думал бы о них, когда ко мне лез, — сварливо роняет Валдаев. Открывает дверцу машины. Помогает сесть и сам опускается рядом. — Не бойся. С ним поговорят и отпустят. На пожизненное никто подписываться не будет, — объясняет мне и снова повторяет. — А ты молодец, Аленка. Не растерялась.
— Спасибо, — лепечу еле слышно и чувствую себя последней сволочью. «Дима» этот офицер, как и мой Олег. Выходит, я предала правильного мужика?
Кто я после этого? Может, справедливо он меня назвал мразью…
Но с другой стороны, у меня и выхода не было. Нажить врагов в лице Валдаевых из-за чьих-то карьерных амбиций? Да ну на фиг! Не на ту напали.
Глава 22
— Не бойся, все хорошо, — уговаривает меня дорогой Валерий Георгиевич.
А меня колотит, будто трансформатор подключили.
— Ты все сделала правильно, — уговаривает меня Валдаев. — Убивать этого козла никто не будет, там свои разберутся. На том берегу.
— Д-да, — киваю я, а у самой зуб на зуб не попадает.
«Как бы поступил папа?» — проскакивает в башке единственная разумная мысль. И я точно знаю ответ. Отец ни за что бы не стал ни на кого доносить. Сказал бы просто «Ищите другого» и отошел бы в сторону.
А значит, и я не оплошала.
— Твой мальчик знает о нашей семье? — строго спрашивает Валдаев. Откладывает в сторону айфон. Пронизывает внимательным взглядом.
— Нет, — отвечаю честно и откровенно.
— Тогда сделаем так, Алена, — и без того тонкие губы Валерия Георгиевича скрадываются в узкую складку. — Мы тебе довезем куда скажешь. Где вы там договорились встретиться?
— На остановке… Евдокимова… Где автобус, идущий из аэропорта, останавливается, — лепечу я.
— Тогда довезем тебя до предыдущей. Дождемся автобуса и поедем следом. Не нравится мне оставлять тебя без присмотра. Но что поделать? — вздыхает он. — Во сколько он будет тебя ждать? — интересуется требовательно.
— В четырнадцать ноль-ноль, — рапортую, как пионер. И только сейчас понимаю, что влипла. В город мы приедем гораздо раньше. И мне придется часа два гулять до прихода Олега. А он раньше не сможет вырваться.
— Нет, это не годится. Опасно, — отрывисто бросает Валдаев. Задумчиво смотрит в окно и принимает решение. — Звони Олегу. Говори, что сама доберешься до дома.
— Но…
— Никаких но, Алена, — обрывает он. — Мы уже в двенадцать будем в центре. Оставить тебя одну в незнакомом городе на два часа я не могу. Оно и так чревато. В свете последних событий тем более, — объясняет Валдаев раздраженно. Поднимает вверх ладонь, стоит мне только открыть рот. — Все. Я сказал.
Послушно киваю и пишу сообщение Олегу. Рассказываю, что вышла сразу, без багажа. И придется ждать…
«Нет. Сразу езжай к хозяйке. Сейчас я ее предупрежу. Адрес …» — пишет он. И вдогонку отправляет еще сообщение.
«С ума сойти, через пару часов увидимся. Приедешь к тете Юле, напиши. А то я беспокоюсь».
— Беспокоится он, — ворчит Валерий Георгиевич, заглядывая ко мне в переписку. — Только полный идиот мог разрешить приехать одной.
— А я не спрашивала, — упрямо поднимаю глаза.
— Родители не знают? — усмехается Валдаев.
— Нет. Я никому ничего не сказала. Как вы просили…
— Ты — моя ответственность, Алена, — вздыхает он.
А я готова провалиться сквозь землю.
— Шеф, так благодаря Алене мы Диму
