— Что ты думаешь обо всем этом? — спросила она.
Камилла изучающе посмотрела на подругу и улыбнулась.
— Я думаю, что женщина, которая проводит полночи с Энтони Стивенсом и потом пытается убедить всех, будто они только разговаривали, должна очень постараться, чтобы ей поверили. Но шансов на это почти нет, — твердо подытожила она.
И все же Камилла поверила. Трейси видела это по ее глазам. Они дружили довольно давно, поэтому легко читали по выражению лица друг друга, как по книге. Камилла, очевидно, догадывалась, что у ее подруги есть причины изображать страстный роман с Энтони, и она с готовностью приняла эту версию.
— А теперь иди к своим покупателям, дорогая. Твой друг, кстати, уже здесь, — сказала Камилла.
Энтони в самом деле только что вошел в магазин. Он вытянул шею и посмотрел вокруг, как бы выискивая кого-то. Трейси покинула подсобку и направилась к нему. Но не успела она сделать и двух шагов, как ее остановил Джон Браун.
— Он играет с тобой, Трейси, — предупредил он. — Хочет снять пробу, но вот съест ли он весь кусок, это еще вопрос. Подумай об этом, прежде чем сделать очередную глупость.
— А ты следи за тем, как разговариваешь с женщиной, — мягко посоветовал ему Энтони. — Трейси — чудесная, отзывчивая женщина, она является хорошим другом многих присутствующих здесь людей и достойным членом местной общины. Горожане могут подумать плохо о том, кто ее оскорбляет.
По залу пронесся приглушенный гул одобрения. Лицо Джона Брауна пошло красными пятнами.
— У меня и в мыслях не было оскорблять ее, — стал оправдываться он, пристально глядя на Трейси.
Она глубоко вздохнула. Шон Бекман, крайне застенчивый, но очень приятный мужчина, делал вид, что читает журнал, а сам тем временем смотрел на нее поверх страниц. У него был такой взгляд, будто он только что обнаружил, что Трейси хранила сияющий нимб под подушкой. Кен Холтон понимающе ухмылялся. Он положил книгу на полку и тоже направился к ней.
— Трейси, он, возможно, не видит твоих замечательных качеств, но большинство мужчин заметят их сразу.
Она почувствовала, как Энтони, стоявший за ее спиной, напрягся. А ей было смешно. Когда они еще учились в школе, Кен Холтон смотрел на нее исключительно как на объект, у которого можно списывать контрольные работы.
— Большое спасибо, Кен, но я уверена, что Тома Брауна интересует только мое благосостояние. Доброе утро, Шон, — приветствовала она очередного воздыхателя. — Если понадобится моя помощь, спрашивай, не стесняйся.
Прошло несколько секунд, и Трейси вошла в привычную для себя роль — увлеченной своим делом женщины.
— Миссис Майерс, вы все находите, что вам нужно? — спросила она пожилую даму, просматривавшую последние бестселлеры.
— Да, дорогая. Давно я не получала такого удовольствия в книжном магазине. Не позволяйте этим петухам затеять здесь драку. Если они хотят сражаться за вас, пусть выходят на улицу. Нельзя допустить, чтобы они устроили разгром в этом чудесном книжном царстве.
Все вдруг зашаркали ногами и виновато потупили глаза.
— Я позвоню тебе, детка, — пообещал Кен Холтон, направляясь к двери.
Кивнув Трейси, за ним последовал Шон Бекман. Джон ушел еще раньше. Когда зал опустел, Энтони приблизился к героине этого спектакля.
— Все в порядке? — спросил он.
— Да, вполне.
И Трейси не солгала. Их вчерашнее шоу не дало стопроцентного желаемого эффекта. На данный момент в числе претендентов она имела сердитого ухажера, искавшего мать для своих детей, а также поклонника, который хотел, чтобы она забыла о своем достоинстве и представала перед ним в обнаженном виде. Только Шон Бекман, бросавший на нее заинтересованные взгляды, вселял кое-какие надежды. Трейси бы радоваться, но она не чувствовала особого подъема… если не считать приятного покалывания с той стороны, где стоял Энтони.
Он наклонился и почти коснулся губами мочки ее уха.
— Ммм, как от тебя приятно пахнет, — достаточно громко произнес Энтони, и миссис Майерс, стоявшая неподалеку, уронила книгу. — Нам надо поговорить, — прошептал он едва слышно.
Трейси подняла на него глаза и увидела на его лице беспокойство.
— Я действительно чувствую себя хорошо, — сказала она. — Но я согласна, нам есть о чем поговорить. Магазин закрывается в пять, если можешь, приезжай сюда к шести. Я хочу показать тебе что-то очень интересное.
Закончив фразу, Трейси осознала, что в зале воцарилась мертвая тишина. Несколько пар глаз смотрели на Энтони и на нее. Она только сейчас сообразила, что во всеуслышание пригласила его в темный пустой магазин, чтобы показать ему «что-то».
Энтони улыбнулся, сверкнув белыми ровными зубами. Он игриво скользнул пальцем по кончику носа Трейси и снова наклонился к ней.
— У тебя получилось очень хорошо, даже если ты сказала это ненамеренно, — похвалил он. — Встретимся в шесть. Надень что-нибудь легкое, вечер будет теплым.
— Потрясающе! — воскликнул Энтони, глядя на фотографии. — Трейси, где ты их откопала?
— Собирать по кусочкам информацию об истории нашего края — мое хобби, — ответила она, пожав плечами. — Несколько лет назад, когда у нас был очередной летний фестиваль, я попросила жителей нашей округи поискать на своих чердаках какие-нибудь старые фото. Я даже забыла, что у меня хранились эти две фотографии. Я почти уверена, что так выглядел дом твоей матери сто лет назад. Видишь, тогда колонн не было, их пристроили позже. Мне еще неизвестно, когда именно, но я знаю, где это можно выяснить. У меня также есть идеи насчет того, кто может обладать информацией о прежних жильцах этого дома. Может, сохранились даже дневники.
— Ты узнала все это в течение двух дней? Трейси, ты волшебница! Одни эти фотографии чего стоят, но я не хочу, чтобы ты тратила свое время на эти дела. У тебя есть свой бизнес, который требует…
— А ты проводишь со мной уже третий вечер на этой неделе, — мягко возразила Трейси. — Все честно. Кроме того, я получаю удовольствие от этого.
— Надеюсь, ты не думаешь, что я не получаю удовольствие, выполняя свою часть нашего соглашения?
Трейси опустила голову, притворившись, что изучает фотографии.
— Это, конечно, нельзя назвать настоящей работой, но если быть честным… Ты мог бы действительно встречаться с кем-нибудь, вместо того чтобы лишь притворяться, что встречаешься.
— О да, целовать тебя — необычайно тяжелая работа! — иронично подхватил Энтони, блеснув синими глазами.
— Я не такая наивная, Энтони, и понимаю, что это не работа у станка или что-то в этом роде. Но я…
— Трейси?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
