в которых Вы участвуете и которые так или иначе касаются моих текстов. Поскольку я не очень приспособлен для участия в таких дискуссиях, я решил ответить Вам еще одним большим текстом. Вам не нравится, что радикальные антизетники как бы ""зеркалят"" зетников. Как в стилистике (""клоачном языке"", который обычно называют сегодня ""языком ненависти""), так и в содержательных тезисах. К стилистике я еще вернусь, но начну с содержательных тезисов. С самого, на мой взгляд, главного тезиса. Они кричат: мы меняем миропорядок! И мы кричим: они меняют миропорядок! А что, они его не меняют? Вы не почувствовали после 24 февраля, что ""они"" сломали, разрушили, подожгли Ваш мир? Мир, в котором между европейскими странами невозможна большая война. Когда за полтора года уже убиты сотни тысяч людей. Военных – с обеих сторон. Гражданских – пока только со стороны жертвы агрессии. Только по задокументированным данным ООН – почти 10 тысяч человек, включая более 500 детей. Но это не считая оккупированных территорий, к которым нет доступа для подсчета. То есть, не считая Мариуполя, в котором по самым скромным прикидкам погибло не менее 20 тысяч мирных жителей. В том опрокинутом рашистским сапогом Вашем (нашем) мире в Европе были невозможны бомбардировки театров, роддомов и жилых многоэтажек. В нем было невозможно периодическое лишение миллионов людей электричества, тепла и воды. В нем были невозможны миллионы беженцев с искореженными судьбами. В нем был невозможен угон тысяч детей, вырванных из привычной для них среды с целью насильственной переделки их национально-культурной идентичности. Да, наш мир был несовершенен. Его разделение на относительно цивилизованный ""центр"" и ""периферию"", до которой цивилизация не вполне дошла, оставалось его нерешенной проблемой. Да, существовал ""мировой Гарлем"", в котором бал правили бандиты, а полиция предпочитала туда не соваться. Не только потому, что боялась. Еще и потому, что ""ментов"" там не любили больше, чем бандитов. Но была надежда, что цивилизация постепенно распространится и туда. Цивилизация шла по пути последовательного ограничения насилия и жестокости. Этот наш сравнительно безопасный и достаточно уютный мир стал возможен благодаря (простите за абстракцию) ""мировому порядку"", установленному победителями фашизма в 1945 году. Они установили систему запретов, призванных не допустить скатывание к новой большой войне. И наиглавнейшим, базовым из этих запретов был запрет на аннексии. Запрет насильственно отбирать и присваивать чужие территории. Это просто принцип ""нельзя брать чужое"", перенесенный в высокую сферу международных отношений. Распределение имущества в обществе далеко не всегда и далеко не для всех бывает справедливо. Но попрание принципа ""нельзя брать чужое"" погружает общество в ад, основанный на произволе сильного и наглого. То же и в международных отношениях. Попрание принципа недопустимости аннексий дважды за один век приводило к мировым войнам (сегодня мало кто помнит, что скатывание мира к Первой мировой войне началось с аннексии Австро-Венгерской империей Боснии и Герцеговины, последствием чего и были выстрелы Гаврилы Принципа). Запрет на аннексии соблюдался все годы Холодной войны. Как бы противники ни гадили друг другу в суп и ни нарушали многие другие запреты международного права. Именно это не позволило Холодной войне перерасти в горячую. Именно эту основу существующего ""мирового порядка"" вышибает из под него постнеонацистский (рашистский) режим Путина. И именно это делает вновь возможными в Европе Бучу, Ирпень и далее по списку. И я хочу обратить внимание еще вот на что. Это делает не какая-нибудь идиаминовская Уганда, пока никто из серьезных международных игроков не смотрит (или не хочет смотреть) в эту сторону. Это делает держава, считающая себя (и признаваемая другими) правопреемницей одного из соучредителей того самого ""мирового порядка"". А это и означает, выражаясь высоким слогом абстрактной политической науки, его кардинальное изменение. Среди российской прогрессивной и очень либеральной общественности распространено мнение, что декларируемые путинистами глобальные идеологические цели – это что-то несерьезное. Кривляние злобных клоунов из телевизора и в интернете. Между тем, о кардинальном изменении мирового порядка, как главной цели, заявляют не только кривляющиеся Z-клоуны, но и высшие должностные лица государства, начиная с Путина и Лаврова. Но российские либеральные интеллигенты кричат: не повторяйте за ними эти глупости! Если этого не произносить, то этого и не будет. Машенька спряталась. Машенька в домике. Ей страшно признать, что она уже живет в мире, где возможны Бучи и Ирпени в центре Европы. Вы – постоянный посетитель моей страницы. И я не буду подробно повторять свою аргументацию. Почему я считаю, что российско-украинская война является результатом неустранимых противоречий, накопившихся в современном мире. Противоречий либерального капитализма, обострившихся в ходе постиндустриального перехода. Повторю только, что в подоплеке этих противоречий, по моему мнению, была и остается вечная экзистенциальная борьба между свободой и деспотизмом, между модернизацией, стремящейся обуздать человеческую агрессивность, и архаикой, стремящейся разнуздать инстинкты семейного насильника. Так получилось, что стремящаяся к реваншу мировая архаика кристаллизовалась в режиме циничной российской клептократии, возомнившим себя ""самым большим куском закваски"" из ""Морского волка"" Джека Лондона, которому всё можно и который может всем диктовать свою волю. ""Бандитский Петербург"" у власти последовательно и неотвратимо идет к глобальному столкновению с ""Западным миром"". Достичь вожделенной вседозволенности он может, лишь опрокинув, созданный по западному проекту и за счет лидерства Запада, поддерживаемый ""мировой порядок"". Опрокинув порядок, основанный на признании силы права, и заменив его порядком, основанным на праве силы. Людям современного рационального мира режим Путина может представляться неэффективным, трухлявым и слабым. Как и любая архаическая система. Но у архаики своя энергетика, не раз позволявшая варварам опрокидывать великие цивилизации, утратившие ""пассионарность"". Поэтому режим Путина несет вполне реальную, глобальную, экзистенциальную угрозу человечеству. Об этом не хотят слышать многие либеральные гуманисты. Машенька спряталась. Машенька в домике. О каком ""дипломатическом урегулировании конфликта"" хлопочут эти доброхоты вслед за лидерами Бразилии, ЮАР, Индии? Позволить режиму Путина удержать захваченные им территории? Это будет означать фактическую легитимизацию агрессивной войны и аннексии как средства реализации своих политических амбиций. Это будет означать моральный крах Запада, потерю им мирового лидерства с последующим разложением правового демократического государства в самих странах евроатлантического сообщества. Это будет означать глобальное торжество тирании и не спасет планету от новых войн, ибо имперская Россия окажется далеко не единственным хищником в этом мире без правил. Но у Путина нет пути назад. Потеря захваченных территорий весьма вероятно приведет к обвалу его власти. Вероятность этого достаточно высока, чтобы режим такого развития событий смертельно боялся. Поэтому ради удержания захваченного Путин действительно не остановится ни перед чем. И остановить его смогут лишь те, кто сам не остановится ни
