Читаем без скачивания На секретной службе - Сергей Донской

– Любовь слепа. – Милочка пожала плечами. – Оксана молода, хитра и хороша собой. Он стар, богат и доверчив, как дитя. Обычное дело.

– Готов поспорить, что у тебя с Оксаной натянутые отношения.

– Надеюсь, что эта стерва ненавидит меня так же сильно, как я ее.

– Интересно получается, – поделился Бондарь своими мыслями. – Почему-то всякий раз, когда я слышу о женской дружбе, мне представляются вовсе не женщины, а змеи. К чему бы?

– Выброси эти глупости из головы, – посоветовала Милочка, успевшая перепачкать помадой кромку бокала по всей окружности. – Того, о чем ты говоришь, не существует в природе.

– Змей?

– Женской дружбы. Мы все по натуре или тайные лесбиянки, или женоненавистницы.

– Ты относишься ко второй категории, – предположил Бондарь.

– Естественно, – кивнула Милочка.

– А Оксана?

– Она из категории лесбиянок. С мужчинами спит только ради спортивного интереса. Не советую с ней связываться. Если уж тебя так влечет к порочным стервам, то лучше выбери себе любую из здешних шлюх. Вот хотя бы эту…

Милочкин палец указал на вошедшую в бар девчушку с настолько жирно напомаженными губами, что они казались слипшимися. Каждое движение девчушки было непристойным или вызывающим, а ее ноги, обутые в высокие мушкетерские ботфорты, выглядели неправдоподобно длинными.

– То, что нужно, – кивнул Бондарь и, не обращая внимания на саркастическое фырканье Милочки, направился к девчушке, вальяжно развалившейся в кресле.

– Привет, – проворковала она, смерив его профессиональным взглядом. – Хочешь меня угостить? Учти, я пью только шампанское.

– Я предпочел бы угостить Марго, – признался Бондарь. – Маргарита Кац, местная танцовщица. Можешь ее пригласить сюда? – В его руке возникла и снова исчезла шуршащая купюра.

– Давай сюда. – Пальцы девчушки нетерпеливо пошевелились.

– Ты ее приведешь?

– Я приведу того, кто знает, где найти твою ненаглядную.

– Кто этот счастливчик?

– Жорик, брат Марго.

Поколебавшись, Бондарь вытащил руку из кармана:

– Ладно, держи.

Купюра осенним листком спланировала на стол.

– Маловато будет, – сказала девчушка. Разочарование, отразившееся на ее лице, плохо вязалось с тем порывистым жестом, которым она сцапала деньги.

– В самый раз, – заверил ее Бондарь.

– Да я за десять баксов и задницу поленюсь оторвать от кресла.

– Я сам могу оторвать тебе задницу. – Бондарь многообещающе улыбнулся. – Так что подсуетись, Лолита.

Девчушка исчезла, как будто ее ветром сдуло. Зато через пару минут в баре появился курчавый тип в ядовито-зеленом пиджаке, поверх которого был разложен ворот канареечной рубахи. Даже наивный ребенок не предположил бы, что этот наряд приобретен за честно заработанные деньги. А золотой жгут на шее типа выглядел таким же сверкающим и фальшивым, как его улыбка.

Бондарь, успевший возвратиться к Милочке, поманил его пальцем.

– Жорик, – представился тот, плюхаясь на соседнее кресло. – Что надо?

– Ищу твою сестру, – сказал Бондарь.

– Ее сейчас все ищут. Ты мент?

– Я потенциальный клиент.

– Ха, потенциальный! – вставила Милочка. Надо полагать, любые производные от слова «потенция» воспринимались ею весьма специфически.

– Марго в отъезде, – заявил Жорик, небрежно отсылая подоспевшего официанта обратно. – У нее отгулы. Когда вернется, не знаю. Еще вопросы есть?

– Есть, – сказал Бондарь. – Конечно же есть, сукин ты сын.

Его рука поймала мизинец собеседника и выгнула его под таким опасным углом, что у Жорика перехватило дыхание.

– Ар-рч! – воскликнул он, понятия не имея, что хочет этим сказать, но тут же заткнулся, потому что услышал продолжение:

– Пикнешь, останешься без пальца. И это только начало… Дорогая. – Бондарь повернулся к своей оживившейся спутнице. – Пересядь-ка поближе к нашему гостю. Он не должен чувствовать себя обделенным вниманием.

– Я не чув… Ой!

На лбу Жорика выступила испарина. Ему еще раз было велено помалкивать и вести себя так, чтобы не привлекать внимания бармена, дремавшего за стойкой. Жорик подумал, что наслаждаться жизнью со сломанным пальцем будет значительно сложнее, чем с целым, и прекратил попытки освободиться. Сдавшись на милость незнакомца, он все больше начинал походить на бледного покойника, если бы покойник умел шумно дышать и страдальчески кривить рот.

– Я говорю чистую правду, – прошептал он этим перекошенным ртом. – Сестра действительно в отъезде. Я сосватал ее одному богатому молдаванину из-под Кишинева. Неизвестно, как долго она там пробудет.

– Как вы с ней связываетесь? – спросил Бондарь.

– Никак, – ответил несчастный Жорик.

– У нее нет мобильного телефона?

– Ее телефон отключен за неуплату.

Еще разок попробовав чужой мизинец на излом, Бондарь усомнился:

– Неужели такой общительной красотке, как Марго, не по средствам мобильная связь?

– Понятия не имею, – просипел Жорик. – Во всяком случае, она мне пока что не звонила. И вряд ли позвонит.

– Вот что, Мила, – решил Бондарь после недолгого раздумья, – возьми-ка нашего друга за яйца, хорошенько стисни их, а он пусть повторит все сначала. Сдается мне, что нам просто морочат голову.

– Нет, – простонал Жорик, детородными органами которого бесцеремонно завладела женская рука, оказавшаяся вовсе даже не бархатной, а прямо-таки стальной.

– Да, – заверила его похорошевшая от волнения Милочка.

– Я хочу сказать, что не морочу вам голову. – Жорик умудрился заискивающе заглянуть в глаза сразу обоим своим мучителям. – Сестры нет в городе, клянусь. Она специально уехала подальше, чтобы ее не доставали менты. Марго стала случайной свидетельницей убийства, и…

– Меня это не интересует, – отрезал Бондарь. – Знающие люди говорят, что твоя сестренка – настоящая кудесница в постели, и я желаю убедиться в этом лично. Поэтому ты найдешь ее и познакомишь со мной, понятно?

– Понятно, – осторожно кивнул Жорик. – Вернее, нет. Честно говоря, Марго – самая обычная девка, ничем не лучше других. Я вам дюжину таких обеспечу. По дешевке.

– Дешевками занимайся сам, – посоветовал Бондарь. – Мне нужна только Марго. Я слышал, что она любую бабу за пояс заткнет.

– Марго? – Это было произнесено с величайшим сомнением в голосе.

– Ну не ты же.

– Эй, полегче, – взмолился Жорик.

Отчаянный возглас был вызван тем, что Милочка, которой не понравилась настойчивость Бондаря, слишком уж сильно стиснула пальцы. Когда ей было предложено отпустить теряющего сознание сутенера, она сделала это с явной неохотой.

Скомканная салфетка, которой она вытерла руку, полетела на пол.

Откинувшаяся на спинку кресла Милочка сделала вид, что происходящее ее абсолютно не касается, но глаза у нее сверкали, как у разъяренной кошки. Попробуйте назвать даму развратницей, и она обидится на вас на всю жизнь. Но если вы скажете ей, что знавали дам куда более искусных в постели, то получите аналогичный результат. Это не парадокс, это принцип, по которому скроены женщины.

Примирительно похлопав Милочку по плечу, Бондарь, не отпуская преющего в ладони мизинца Жорика, сказал его обладателю:

– Надеюсь, ты не откажешься продиктовать мне номер своего мобильника?

– Не откажусь, – подтвердил Жорик и тотчас назвал номер, почти не путаясь в цифрах, что было не так-то просто в его незавидном положении.

– Молодец, теперь запоминай мой, – сказал Бондарь, после чего дважды продиктовал номер своего телефона. – Меня зовут Евгений. Ты ведь не забудешь позвонить мне, когда твоя сестричка вернется?

– Нет, – закивал Жорик. – Я запомнил ваш телефон. И я обязательно позвоню.

Пришло время менять кнут на пряник.

– Это задаток. – Отпустив многострадальный палец собеседника, Бондарь одновременно протянул ему стодолларовую купюру. – Как только Марго предстанет передо мной, ты получишь в два раза больше. Понимаешь, что это означает?

– Чего ж тут непонятного? – удивился Жорик, массируя мизинец и с трудом переводя дух. – Всего получается три сотни баксов.

– Нет, это означает, что ты получил аванс, за который с тебя будет спрошено строго, по полной программе. Если ты попытаешься меня надуть, то лучше сразу иди в больницу и попроси себя кастрировать. С яйцами ты расстанешься так или иначе, а мучений меньше. Согласен со мной?

– Да согласен, согласен, – пробурчал Жорик, к которому постепенно возвращался апломб. – Мы бы и без этих ваших штучек договорились. Были бы деньги уплачены.

– Они уже уплачены, – напомнил Бондарь. – Ровно сто американских долларов. Если ты оцениваешь в эту сумму свою жизнь, то, пожалуйста, можешь проигнорировать мое предупреждение. Но обратного хода у тебя нет, парень. Теперь ты мой, с потрохами.

Последнее утверждение Жорику явно не понравилось. Держа руки вне пределов досягаемости своего нового знакомого, он запальчиво возразил: