Мадлен, смутившись еще больше, отвела глаза. Джек готов был ударить себя по лицу. Зачем они вообще завели разговор о женской груди?!
- Ваша милость, ситуация итак крайне неудобная для нас обоих...
Облажавшись, Джек наскоро согласился:
- Да, вы правы, я кретин.
Мадлен негромко хихикнула. Бросив взгляд на ее прелестные губы, Джек машинально облизнул свои. В этот раз Мадлен отследила его жест, их глаза встретились.
- Что у вас в кармане? - Неожиданный вопрос поставил Мадлен в тупик, зато отвлек их от опасных помыслов. - Это какой-то листок? Он так шуршит из-за ткани вашего платья.
Мадлен кивнула.
- Да, это листок. Это… моя мина. - Джек не без изумления посмотрел на нее, а Мадлен пояснила: - Три года назад, когда умирала моя мама, она отдала мне этот листок. В нем говорится, кто мой настоящий отец и как его найти. Я пообещала маме, что найду отца и брата или хотя бы напишу им. Они не знают обо мне. Прошло уже три года, а я все откладываю свое обещание. Я оттягиваю взрыв, который в конце концов все равно должен произойти.
Ее погрустневшие глаза напомнили пасмурное небо - необычайно красивое и до глубины печальное.
- Почему ты не хочешь, чтобы они узнали о тебе?
- Я не хочу, чтобы они думали, будто мне что-то от них нужно. Сначала я должна устроить свою жизнь достаточно хорошо, дабы не выглядеть бедной внебрачной дочкой. Я не желаю ставить их в положение, при котором они бы не знали, что со мной делать, словно с бездомным котенком. Потом я непременно им сообщу. - Мадлен сделала молчаливую паузу, смахнув слезинку в уголке глаза. - Это обещание тяжко давит мне на плечи.
- Но кто твой отец и брат? Фермеры? Купцы?
Мадлен прискорбно покачала головой, подняв ее к нему.
- Мой отец Сэмюэл Смит, герцог Лендский. А брата зовут Саймон, но его титула я не знаю, очевидно, какой-то маркиз.
Новость о происхождении Мадлен ошеломительно отпечаталась на его лице. Джек, затаив дыхание, всматривался в ее лицо, но не нашел в нем и намека на ложь или хитрость.
С открытой душой он выразил ей сочувствие:
- Мне очень жаль, Мадлен.
Мадлен вдруг бросила лукавый взгляд и передразнивающе сказала его холодным тоном:
- Только не надо проявлять ко мне жалость, лорд Херефорд. Я этого не терплю.
Джек чуть не рассмеялся, а Мадлен снова засветилась. Ну все, она окончательно сразила его своей магией!
Послышалось, будто кто-то поднимался по лестнице. Легкие, таинственные шаги приближались все ближе и ближе. Мадлен положила руки на спину Джека и плотнее прижала его к себе, чтобы, как он подумал, со стороны занавеска казалась как можно более неприкосновенной и естественной. Твердой грудью Джек прижал ее к стене. Минутой позже звук неспешных шагов поглотило широкое пространство коридора.
Джек заглянул ей в глаза и понял, что тонет в них. Его руки упирались в стену, он чувствовал движение каждой части ее тела. Ее грудь поднималась при частом дыхании и упиралась в его торс, заставив потерять голову. Ее горячее дыхание обжигало его шею. Мадлен удерживалась за его плечи и не отрывала от него глаз. Они замерли в предвкушении чего-то словно самого важного. Его взгляд остановился на ее розовых, невинных губах. Мадлен приоткрыла рот в ожидании, Джек склонился к ней и…
- Попались! - Счастливая Миранда одернула занавеску.
Стремительно Джек отшатнулся от Мадлен. Оба с невозмутимостью посмотрели на нее.
Миранда, не заметив между ними нарастающее смущение, приложила пальцы к подбородку и задумчиво спросила:
- Так, а где Кевин? - Она подобрала юбки и целеустремленно спустилась по ступенькам.
Мадлен, приоткрыв губы, подарила ему долгий взгляд. Она обратилась в бегство вслед за Мирандой.
Мадлен лихорадочно топала ногой под столом, глухо отбивая ковер. Как обычно, они втроем сидели в столовой за ужином. Она нервничала, потому что Джек должен был прийти. Он обещал ей. Мадлен хотела его видеть, но в то же время была чрезвычайно взволнована. После того, что едва не свершилось, надежда на его приход меркла с каждой скользящей каплей воска на свечах.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Как она могла прижаться к нему за занавесью почти у всех на виду? Должно быть, Мадлен заболела, раз кровь ударила ей в голову. Она пощупала лоб, но температуры не обнаружила. Мадлен не понимала, что за ураган прошелся в ее голове, заставив прижаться к Джеку и страстно хотеть припасть к его губам. Он виконт, а она компаньонка. Этого предостаточно, чтобы развеять призрачные грезы.
Мадлен не хотела признавать, что Джек ей нравится. Она не хотела думать о желании поцеловать его, тем более чувствовать это. Признайся Мадлен себя, мысли о Джеке неизбежно станут преследовать ее намного чаще, чем сейчас. Если она без сопротивления подтвердит свои чувства, они захватят ее целиком.
Она и Джек находились на разных сторонах развилки. Они совершенно разные, подобны луне и солнцу: одно сменяет другое, и эти светила никогда не застанут друг друга в одной небесной лазури. Так Мадлен и Джеку не дано желать чего-то большего, чем дружеское общение. Им обоим следовало представить, что ничего и не произошло. Мадлен подняла брови домиком.
«Так, ведь ничего и не произошло» - это осознание даровало ей незыблемое душевное успокоение.
- Добрый вечер. - Джек вошел в столовую в накрахмаленном галстуке и жилете шоколадного оттенка.
Лица Миранды и Кевина оживились приятным удивлением. Он дал сигнал лакею, и тот приготовил ему тарелку с едой. Джек сел на центральное место хозяина. В течение первых минут они бросали друг на друга краткие неловкие взгляды, и сразу же отводили их.
Мадлен тщетно старалась угомонить свой пульс, боясь, что лопнет вена. Она сосредоточилась на блюде.
Неожиданно для всех Джек обратился к Миранде и Кевину:
- Как прошел ваш день? Я имею в виду, после игры в прятки.
В памяти Мадлен всплыло их тесное сближение. Мимолетный взгляд Джека говорил о том, что он тоже подумал об этом.
Кевин, болтая ножками под столом, ответил:
- Я занимался с Фиби французским и сделал вывод, что владеет она им так себе.
Общий смех разошелся по столовой. Джек лишь открыто улыбнулся.
- Потом я гулял во дворе, пытаясь сделать из палок солдата, на котором я смог бы тренироваться.
Джек сказал:
- Если хочешь, я мог бы повесить тебе мешок, набитый песком. Скажем, в твоей комнате и ты сможешь тренироваться.
В глазах мальчика вспыхнул интерес.
Отложив приборы, заговорила Миранда:
- После того как я нашла Кевина… Кстати, вы знали, что он прятался в буфете на кухне?
- Эй! - Кевин сердито вкинул к ней голову.
Мадлен, прикрыв рот ладонью, сдерживалась изо всех сил, чтобы не окатить беззаботным комнату.
Миранда безмятежно продолжила:
- Так вот, Фиби настояла, чтобы я попрактиковалась в вышивании.
Джек поднял лоб, отпив от бокала воды.
- Раньше оно у тебя плохо получалось.
- С тех пор мало что изменилось. - Она откинулась на спинку стула. - У нас с вышивкой далеко не самые близкие отношения. Я бы даже назвала их натянутыми. Именно поэтому Фиби и вынудила меня взять иголку в руки. Ненавижу это рукоделие!
Джек иронично поглядел на нее.
- Крестик уже освоила?
Миранда сощурилась, с сарказмом имитируя смех:
- Ха-ха!
Мадлен грела теплая атмосфера за столом. В молчании она наслаждалась пищей и их разговорами, не желая нарушать общение братьев и сестры. Сидя здесь, пусть и безмолвно, Мадлен чувствовала себя членом их семьи. Она лишь уповала, чтобы в дальнейшем Джек не пропускал ни один прием пищи в их тесном кругу.
Однако Мадлен изумила его полная тарелка с едой. В течение ужина Джек притронулся к вилке самое лучшее - три раза.
- Этим утром я хотел, чтобы ты приняла участие со мной в ответах на приглашения на приемы и другие мероприятия. Мисс Берк, - обратился к ней Джек, - вам тоже стоит поучаствовать. После ужина мы пойдем ко мне в кабинет, все обсудим.
