— Откуда ты так хорошо знаешь город? — спросил он, глядя во все глаза на оживленную магистраль.
— Здесь жила моя тетка, меня отправляли к ней на лето. Я обожаю приезжать сюда на уикэнды. Из-за ночных развлечений.
Она не упомянула, что до сих пор ее ни разу не отпускали сюда одну и что на этот раз она уехала без ведома и разрешения Блейка. Мод и Филлип пытались возражать, но никто, кроме Блейка, не смог бы удержать Кэтрин. Они искали его, но не нашли, а она не стала дожидаться, пока он запретит ей уезжать. У нее перед глазами все маячило высокомерное лицо Вивиен. Ее гордость была оскорблена. Если он помолвлен с этой белобрысой, какое право он имел прикасаться к Кэтрин… даже если она и спровоцировала его! Он обвинил ее в этом, и ей нечего было возразить. Но почему, почему все так случилось?
— Я помещу этот пейзаж в свою книгу, — сказал он, когда они свернули на Бэттери с ее белой дамбой и направились к Старому Чарльстону.
Она с улыбкой наблюдала, с каким восхищенным интересом он глядел на залив и на ряды солидных старых домов.
Они пересекли бульвар Ленвуда. Дождь, казалось, начал стихать.
— Тебе известно что-нибудь об этих старых домах? — спросил он.
— Немного. Подожди-ка. — Они проезжали как раз по Южной Бэттери, и она указала на стоявший справа белый двухэтажный дом предвоенной постройки с длинными изящными подъездами. — Вот этот был выстроен в двадцатых годах прошлого века. Он возведен на пальмовых сваях, и его конструкция способна выдержать землетрясение. Позже тот же принцип использовал Фрэнк Ллойд Райт. Этот дом — один из немногих, устоявших после землетрясения 1886 года. Тогда почти все дома Чарльстона были разрушены.
— А вот этот? — засмеялся он, глядя на дом, окруженный узорной белой изгородью.
Она указала на Уайт-Пойнт-Гарден, где как раз небольшая группа людей выходила из повозки, запряженной лошадьми.
— В старой части города часто устраиваются экскурсии в таких экипажах, — пояснила она. — Страшно интересно. Жаль, сегодня у нас нет времени, да и погода неподходящая.
Он вздохнул:
— Когда я выходил из дома, на небе не было ни облачка.
— Такова жизнь, — посочувствовала она. — Взгляни налево, — добавила она, сворачивая на Митинг-стрит. — Вот этот первый с краю дом был некогда приобретен тем из Миддлтонов, кто приобрел Миддлтон-Плейс-Гарден. А следующий дом построен в стиле чарльстонских «двойных домов» — кирпич и кипарисовая облицовка, конец восемнадцатого века.
— А вы, леди, разбираетесь в местной архитектуре, — похвалил он с оттенком зависти.
Она рассмеялась, откинувшись на роскошном кожаном сиденье.
— Не так здорово, как тетя Хэтти. Она меня и посвятила во все тонкости. А вот тот домик — великолепный образец в стиле Адамса, называется Рассел-хауз. В нем находится управление Исторического Фонда Чарльстона.
Он с улыбкой взглянул на особняк, и в его глазах она уловила искру восхищения трехэтажным зданием с его стенами из кирпича и кружевной чугунной решеткой.
— Жаль, у нас нет времени пройтись по Маркет-стрит, — произнесла она, внимательно следя за дорогой. — Там на лотках продается все, что душе угодно, и всякие лавочки, магазинчики, маленькие картинные галереи… — Она вздохнула. — Но лучше мы остановимся у ресторана поближе к дому. Ветер усиливается, и дождь не собирается переставать.
— Может, на обратном пути. — Он подмигнул ей и улыбнулся.
Она ответила ему улыбкой и включила радио. Местная радиостанция несколько минут передавала музыку, потом сводку погоды. По мере того как она прислушивалась, выражение ее лица становилось все более напряженным. Сообщали, что в окрестностях Кингс-Форта и на реках поблизости от Чарльстона ожидается большой паводок.
— Надеюсь, ты не слишком проголодался, — пробурчала она, возвращаясь на Рутледж-авеню. — Нам надо успеть домой, пока этот паводок не затопит мосты.
— Похоже на приключение, — расхохотался он, наблюдая, с какой сосредоточенностью она лавирует в потоке машин.
— Похоже. Ты голодный? — мягко настаивала она.
— Я всю дорогу мечтал о холодном коктейле с креветками, — признался он, усмехаясь.
— Как только доберемся до дома, я попрошу миссис Джонсон, она приготовит. У нас всегда есть несколько порций в морозильнике, потому что это любимая закуска Блейка.
Он смотрел в окно машины на серое, темнеющее небо, освещенное огнями реклам и автомобилей.
— Некоторые деревья совсем склонились, — заметил он.
— Во время ураганов они клонятся чуть ли не до земли, — нервно отозвалась она. — Боюсь, дело плохо. Будь у меня время, я бы остановилась и позвонила домой. Но я не могу рисковать.
— Ты за рулем, Кэт, тебе и решать, — сказал он.
Она сдержанно улыбнулась. Будь с ней Блейк, он бы пересел за руль, хоть это и не его машина. Удобное сиденье вдруг показалось ей каким-то жестким. Не стоит проводить сравнений, это неблагородно, в сущности, она не имеет права даже думать о Блейке, раз он практически уже помолвлен. Но она не могла не думать, что произошло дома после ее отъезда. Как сказал однажды Филлип, Блейк не слишком заботится о том, сколько человек находятся поблизости, когда он выходит из себя.
Дождь преследовал их всю дорогу до Кинге — Форта, и, несмотря на уговоры Ларри, Кэтрин все больше впадала в панику. Маленькая спортивная машина, несмотря на ее великолепную начинку и дизайн, была слишком легкой, чтобы перебираться через огромные лужи, то и дело преграждавшие им путь. Один раз, когда машину занесло на середину шоссе, Кэтрин чуть не врезалась в почтовый ящик. Она вовремя спасла положение, но с каждой минутой все больше нервничала. До самого Кингс-Форта им не попалось ни единой стоянки — или она их проморгала.
Она стиснула зубы и двинулась дальше, решив, что ни за что не обнаружит перед своим пассажиром охватившей ее паники. Ах, если бы с ней был Блейк!
Теперь они приближались к первому мосту, и она напряженно вглядывалась в пелену дождя, пытаясь рассмотреть, можно ли еще перебраться на ту сторону.
— Ну, что там? — спросил он. — Мне кажется, пока что дорога видна… Видна!
— Да, — выдохнула она с облегчением. Она уменьшила скорость, чтобы лучше рассмотреть вздымавшуюся реку. Вода почти затопила берега, а между низким мостом и волнами оставалось всего несколько дюймов зазора. Еще несколько минут… Она собрала всю свою выдержку и, стараясь не думать об опасности, преодолела мост.
— А далеко еще до следующего моста? — спросил он.
— Миль двадцать.
Она замолчала, зная, что они оба думают об одном и том же: эти несколько минут должны определить, проедут ли они через второй мост или нет.
