самых молодых купцов 1 гильдии Москвы, а также был мне известен еще в прошлой жизни, как не только очень скупой человек, но и тот кто почти все свое многомиллионное состояние направил на постройку училищ, школ и домов для бедных людей в нескольких областях, Медведникова Ивана Логгиновича, который не только имел необходимые средства, но и в своем возрасте светлый и острый ум и главное нюх на прибыль, ведь именно он лично нашел нас, хотя вначале и не рассматривался мной как соучастник данного проекта, кроме них, также были привлечено семейство Поляковых, главная цель привлечения данных лиц, часть которых являлись моими людьми была во временном обеспечении крыши от интереса императора и его подручных, а так же возможность официально направлять военные подразделения на подавление официальных местных элит, на чьи деньги до недавнего момента и существовали почти все местные вооруженные группировки. В особенности я ставил цель в полном уничтожении Армянских элит, которые и являлись основным финансовым выгодоприобретателемот добычи нефти в данном регионе.
На первом официальном Московском собрании мой человек рассказал каким способом будет осуществляться добыча и доставка нефти с мест ее добычи в Баку до нефтеперерабатывающего завода минуя оставшихся разнообразных банд горцев и другие местные проблемы, кроме самого показа финансовой части и возможных прибылей, мы решили начать создавать не только большой транспортный морской и речной флот, но и строить новые и серьезно расширять старые производства, как самого керосина, так и свечей, кроме этого было принято строить недалеко от уже готовой верфи большой завод по производству паровых машин для своих транспортных кораблей, на которых и должна будет доставляться необработанная нефть к перерабатывающим заводом, а от него готовая продукция должна отправляться выше по реке в центральные губернии. Кроме того было решено использовать для денежных операций только мой банк, который уже набрал в империи солидную репутацию в особенности среди торговцев всех гильдий, так как они перестали использовать не подконтрольные мне банки. Также было принято решение, которое привело не только к монополизации всей добычи нефти в Баку, а затем и в России, но и началу постройки научно-исследовательского института нефти и ее составляющих на базе моей лаборатории с увеличением ее штата и подготовкой уже своих кадров на ее базе, а также поиск новых более северных и спокойных месторождений нефти, откуда ее можно будет не опасаясь добывать и транспортировать по суше.
Весной 1855 года мое общество начало налаживания массовой добычи нефти в Баку с помощью как аренды новых месторождений, так и скупкой или захватом уже использующихся участков, во время этого мы столкнулись с первыми проблемами, которые нам реши устроить семейство Абамеликов, но при переговорах об устранении данных неприятностей Семён Давыдович, как представитель семьи отверг на данные переговорах мои предложения которые сводились к одной строчке, а именно «Заткнуть свою собачью пасть и сидеть тихо под веником», а данный индивид не видя того, что на всем Кавказе происходят массовые зачистки не только в среде бандитских группировок, но и среди чиновников всех ведомств и рангов заявил моему человеку в лицо, что мы не сможем пойти против всей Армянской диаспоры, кроме того, он настаивал что если мы не отдадим свое общество и не уйдем с Кавказа, то вся семья Абамеликов и другие элиты сдадут весь Кавказ Англичанам и Туркам. После данного общения по душам, Семён Давыдович и члены его семьи начали не только пытаться ограничивать развитие моего общества, но и активно мешать с заключением аренды и выкупа земельных нефтеносных участков, кроме этого участились нападения на наши места нефтедобычи со стороны оставшихся горцев и иных местных банд, самое интересное, что мои люди смогли проследить и засечь активные переговоры Семена Давыдовича с Английским послом в Османской империи Стратфордом Каннингемом, о чем шла речь мне даже не требовалось догадываться. Полученные мной данные о начале его переговоров вынудило меня принять решение о “поглощении” собственности не только всей семьи Абамеликов, но и всей остальной официальной элиты Кавказа.
В марте с помощью своей государственной службы безопасности и своих подразделений семья в которую входили прапорщик Григорий Яковлевич с женой Натальей и дочерью Кетеван, прапорщик Михаил, губернский секретарь Луарсаб и Павел Яковлевич, прапорщик Аким и корнет Артемий Давыдович Абамелики перестали быть для нас проблемой, только сбежавший в Османскую империю бывший ротмистр Семен остался в живых как напоминание об амбициях и их крахе. Данные карательные процедуры не остановились на одной семье высшего света Кавказа, а затронули всю элиту и весь чиновничий аппарат Кавказа, а полученные средства и имущество пошло в финансирование поиска нефтеносных земель не только на Кавказе, но и в других регионах империи.
В последующем мое общество не только начало наращивать добычу и переработку нефти, но и нанимать большое количество работников не только грузинского, но всего Кавказского происхождения, в связи с этим мои люди, которые по большей части работали на решение возникающих проблем крестьян начали тесно сотрудничать с местными имамами и с их разрешения привлекать к легкой работе женщин, которые с помощью купленных нами у них же продуктов и мяса начали готовить обеды для работников. Кроме данного факта, который позволял местным продавать нам излишки по хорошим для местных ценам и интереса к их проблемам, а также высоких зарплат по местным меркам мы смогли довольно сильно укрепиться и начинать развивать не только нефтяную добычу, но и наладить более массовую добычу известняка и глины и других полезных ископаемых, из которых мы планировали производить не только кирпичи, но и использовать для приготовления улучшенного портландцемента, разрешение на которые мы смогли купить у Джонсона Исаака Чарльза.
Кроме тех дел, которые контролировал я лично, как Польское и происходящие в Баку, мои люди активно участвовали в наращивании конфронтации внутри союзных войск в Крыму, кроме специальной охоты на французских офицеров и солдат, мои люди начали проводить диверсии как в форме французской армии, так и английской, чего стоит расстрел французских алкоголиков и наркоманов “Английскими офицерами”, а не французскими, которые и должны были сами наказать своих подчиненных, таких моментов становилось все больше, а вскоре дошло до случайного огня артиллерии по союзным войскам штурмующих одно из укреплений, кроме того я массово начал оправлять письма родственникам похищенных мной офицеров и солдат, сообщая в письме о таких моментах, тем самым поддерживая информационный шок, вызванный в самом начале взрывами пороховых заводов и складов происходящих по всей Франции. Кроме самих подрывов военной промышленности, мои люди начали активно
