в разборках неубиваемого маньяка-мстителя и очень скоро подтянущихся на шум групп быстрого реагирования. Амбал - серьезный человек, предельно серьезный, и если Каратель решит тут подзадержаться, то портовая зона станет вторым Вьетнамом. А паукам не слишком нравится запах напалма по утрам.
Я вихрем взлетаю по лестнице на крышу, где моментально принимаю упор лежа, подползая к краю, скребя брюхом по бетону. Ноздри щиплет запах крови - кровь убитых мной, еще свежая. Паучки передали общий расклад - Каратель жаждал показательной порки. Засел где-то со снайперской винтовкой и отстреливал людей, как в тире уточек. Я потерял двоих пауков, когда на них рухнул труп со сквозной вентиляцией черепной коробки, вычленить из шума ночного города звук выстрела не удалось, у паучков не самый лучший слуховой аппарат, да и скорее всего работали с глушителем.
Если судить по слухам и фактам, окутывающим фигуру Фрэнка, мать его, Касла, самого разыскиваемого человека на планете, он мог перерезать весь "гарнизон", не поднимая лишнего шума, или вовсе никого не убивать, просочившись сразу к грузу. Но не стал, преследуя какие-то свои цели. Вполне возможно, Джейси не выдал, что здесь помимо кокса находится "эксклюзивный товар". Поправка, находился. Теперь он во мне.
Волна мурашек крошечными иглами прошила мою спину.
Я чувствовал, как это ворочается во мне. Как оно растекается по мышечным тканям, как срастается с внутренними органами, как течет вместе с кровью в моих венах, как жадно ловит нервные импульсы, как мои спинные позвонки плавают в этом.
Линька. Срочно нужна линька, способная обуздать это, подстроить под него организм.
Паутина притормозила окончательное ассимилирование пожранных Паутин и распадающихся на простейшие биохимические соединения потроха "мух", заморозила нечто. Нечто, что вряд ли зародилось на планете Земля. Паутина понимала, что сейчас не место и не время.
Понять откуда он стреляет - тогда можно будет скользнуть по паутине с другой стороны склада, а дальше контейнеры сокроют мою фигуру, я смогу выскользнуть из разгорающейся мясорубки. Выглядывать мне страшно, да и смысла нет. Если не снесет кусок черепа все равно ничего не увижу - Каратель не идиот и с таким понятием, как "пламегаситель" точно знаком, а остальное в прямом эфире транслируют мои слуги.
Вот оно. Я ощерился.
Сидящий на стене паук во всех подробностях передал мне картинку - оскал звериной ярости и страха на морде какого-то латиноса, выплевывающий гильзы затвор, вспышки дульного пламени. Я понятия не имею где этот тип взял автомат. Длинная очередь, наугад, в ночь. Ответная пуля входит ему в надбровную дугу, разворотив кость глазницы и лба. Тело опрокидывает на спину, кровь и ошметки мозгового вещества веером размазываются по бетону.
Ползу по-пластунски. Упираю руки в выступ ограждения, выпускаю клейкие нити, мешком переваливаюсь вниз. Паутина изливается из моих рук, медленно опуская на землю. Раздражение Паутины, она колеблется, что-то зацепило ее, что-то, что пока еще не может обрести в ее объятиях вечный покой. Человеки-Пауки нагрянули на звуки стрельбы. Удивительно быстро среагировали, хотя да, паутинный альпинизм здорово наращивает скорости. Интересно, а машину они обогнать смогут?..
Подошвы берцев благодарно топчут твердую горизонтальную поверхность. Я слышу ток крови в висках, стук сердечной мышцы о ребра. Ноги дрожат.
Из меня точно такой себе фанат скалолазания.
Трофейный "Глок" уже в руке, снимаю с предохранителя.
В черепной коробке предельно четкая мысль, которую не в силах заглушить муть адреналина. Я выстрелю. Если рядом появится человек, плевать кто, мужчина, женщина, ребенок, старик, я выстрелю, ибо люди для меня уже ничто. Пауки превыше всего. Марш-бросок к контейнерам. Паучки - идеальный тактический инструмент и хвала Дару, что он предоставил мне в безраздельное пользование Паутину, позволяющую моим извилинам не спечься в пюрешку от переизбытка поступающей информации с разных ракурсов.
Паучихи, не особо заморачиваясь разведкой и пониманием происходящего, с двух ног ворвались в паникующую толпу, обездвиживая особо ретивых паутиной. Снайпер стал для них полной неожиданностью. Я уже среди контейнеров - дорога разведана пауками, петляю к стене. Ствол на предохранитель, за пояс к револьверу. Прыжок дался тяжело. Координация движений все так же оставляет желать лучшего, чертов отходняк после побега с крыши. Я не из тех, кто не сможет слезть со стула, вереща от ужаса, но высота есть высота. Предельно чистый разум не перекрывает инстинкты тела, которому, мягко выражаясь, не улыбается перспектива остаться кровавым пятном где-то там внизу. Мышцы гудят. Подтянуться, перевалиться и мешком рухнуть с другой стороны, успев кое-как сгруппироваться.
Хочется лечь и сдохнуть.
Убойная доза природного допинга, впрыснутого в кровь, быстро сходит на нет. Боль в теле. Привкус металла в пасти. Хуево. Пистолеты больно упираются в поясницу. Перекатиться на живот. Рывком вскочить. Отосплюсь в могиле. Бегу к домам. Что-то болезненно щелкает в коленном суставе.
Они не почувствовали нити Паутины, пронизывающие крошечные точки моих шпионов. А у меня сбилось дыхание от того, что узрели павуки. Сука, они опасны. Сейчас даже одна из них опаснее меня и Карателя вместе взятых. Ненавижу, блять - почему у них такая сила? Почему я должен под пулями ввязываться в бандитские разборки, по крупицам собирать восьмилапую армию и пачками высасывать содержимое кожаных мешков за сверхчеловеческие возможности, а у них это вот просто так, нахуй, со старта?
Вроде бы это Гвен.
Точно определить сложно, костюмы абсолютно идентичны, опираюсь исключительно на пропорции телосложения, ибо нет времени и желания погружаться в знания Паутины. Она, блять, увернулась от пули. Не зная откуда ведется огонь, не слыша выстрела, в принципе не предполагая, что в нее кто-то будет стрелять не из числа бандюков в поле зрения. Какая там скорость у свинцового харчка снайперской винтовки? То, что стреляли не в нее, а грудную клетку сдавшегося, подняв руки, головореза уже не важно. Паучье чутье, мать его.
Я не хочу дальше в этом участвовать.
Отзываю пауков. Почти бегу, спотыкаюсь, падаю, продолжаю бежать.
Сбавлять темп и петлять начинаю после преодоления Третьего авеню. Дар сделал меня выносливее, вряд ли бы с моим старым телом получилось неспешным шагом преодолеть хотя бы половину этого расстояния. Сдох бы по дороге. 53-я улица, поворот, 52-ая, еще несколько поворотов - 54-ая. Забираю не в ту сторону, выруливая к пересечению Седьмого и Восьмого авеню.
Паутина спокойна - Женщины-Пауки не преследовали меня. Откуда-то из мозжечка вскидывается опасливая мыслишка, что некоторые самки пауков пожирают самцов и далеко не всегда при спаривании. Передернул плечами, сну-сну - это, конечно, хороший выбор, но лучше его с каннибализмом не смешивать.
Я дохожу до дома под
