тебя не обидит — он мертвый.
* * *
Через полчаса фермер с двумя сыновьями уехали на легкой тележке, запряженной одной лошадкой — так они обычно ездили на базар.
Им надо было отыскать бедного Бальтазара, а потом доехать до ближайшего жандармского пункта и рассказать, что случилось.
Господин Жан де Монбрен успокоился и велел женщинам идти спать.
В пять часов утра уже нечего было опасаться ночного нападения. До рассвета совсем немного осталось. Все люди, привычные к полевой работе, падали от усталости, а конюх Красавчик сидел на камне и дремал.
Дождя больше не было, поэтому воз с сеном оставили во дворе.
Фермер уехал, женщины улеглись, господин де Монбрен вернулся к себе в спальню. Жером устроился в кухне на ферме — составил стулья вместо постели и тут же сомкнул глаза.
И тут случилась странная вещь.
Охапки сена на возу зашевелились, поднялись, и из-под них вылез человек, за ним два, за ним десять и проворно спрыгнули на землю.
То были черные грешники. С помощью военной хитрости они пробрались в замок.
XVI
Трактир "Белая лошадь" уединенно стоял на большой альпийской дороге, ведущей в сторону Маноска.
В этих местах города и поселки стоят довольно далеко друг от друга, так что нельзя обойтись без постоялых дворов, встречающихся то тут, то там по дороге.
Над дверью рядом с вывеской нависает куст остролиста; перед домом стоит кормушка с овсом для лошадей, если тех некогда загнать в конюшню, а в доме путник найдет кувшин вина, кусок мяса и постель.
"Белая лошадь" стоит в трех четвертях лье от замка Монбрен.
Держал трактир человек безупречных нравов, уже пожилой и бездетный. Жили он в трактире только с женой, служанкой да мальчишкой-конюхом.
Так что трудно было предположить, что у черных братьев здесь найдутся сообщники, и уж совсем непонятно было, как добрый десяток человек мог спрятаться под сено на возу, а трактирщик или конюх этого не заметили.
Чтобы объяснить это почти необъяснимое явление, вернемся к тому моменту, когда Нарсис, сын Мартена Би-даша, дважды выстрелил из ружья.
Черные грешники действительно в ту ночь решили напасть на замок. Люди в "Черном голубе" это знали — Жером и тут не ошибся.
Они хотели оставить старика у себя, чтобы спасти ему жизнь.
Утром на совете в горной пещере капитан сказал:
— Барышня из замка уехала, отец ее тоже, старый Монбрен остался один. У меня были причины не нападать на замок, пока в нем была барышня.
При этих словах тот разбойник, что переодевался коробейником, усмехнулся.
Но капитан велел ему молчать.
Итак, с восьми часов вечера черные братья бродили возле замка, но собачий лай дал им понять, что охрана крепка.
Один из них высунулся немного вперед и получил пулю Нарсиса. Тогда капитан, прятавшийся со своими людьми в оливковой роще, велел уходить.
— Они нас ждут, — сказал он. — Сегодня ничего не получится.
И вся шайка скорым шагом перебежала в овраг. Там пересчитали людей. Одного не хватало.
— Кого нет? — спросил капитан.
Сделали поверку и доложили ему:
— Лотарингца. Должно быть, его ранили.
— Лучше бы убили, — невозмутимо сказал капитан. — Мертвый он нас не выдаст.
— Все равно его тело найдут.
— Это неважно: мы в большинстве местные, а он — нет. Его не опознают.
И шайка снова начала совещаться.
— Если пойдем на приступ, — подвел итог капитан, — нарвемся на ружья. А если отложим на другой день — того гляди, встретим там гарнизон из трех-четырех десятков жандармов.
— И прощай тогда наша сотня тысяч франков! — вздохнул Патриарх.
— Пошли, за мной! — скомандовал капитан, выходя из-под дерева, укрывавшего его от дождя.
— Куда?
— В трактир "Белая лошадь".
Из-за страшной бури на дороге никого не было.
Бальтазар, работник Мартена Бидаша, остался в "Белой лошади", как только упали первые капли дождя. Его лошадей отвели в конюшню, а телегу поставили под навес.
Капитан много чего знал — знал и это. По его южному выговору было понятно, что он из этих мест.
Ни под какое тележное колесо Бальтазар не попадал: он был жив, здоров и бодро пил вино в компании с человеком, который повстречал его по дороге и попросил подвезти на телеге с сеном.
Трактирщик с женой сидели у очага, а конюх дремал на стуле у дальней стены. Вдруг дверь распахнулась.
Черные братья с пистолетами в руках ворвались в трактир.
Трактирщик с женой вскрикнули.
— Господи Иисусе Христе, — причитала трактирщица, — пропали мы!
Бальтазар — малый смелый — вооружился табуреткой и встал позади стола. Но в тот же миг его попутчик кинулся к нему, поставил подножку и навалился сверху.
Все это случилось в мгновение ока.
Бальтазара связали, заткнули рот; то же сделали с трактирщиком, его женой и конюхом.
— Мы вам ничего плохого не сделаем, — сказал капитан. — Нам не нужна ни ваша жизнь, ни кошелек.
— Черт побери! — воскликнул Коробейник. — Мы же благородные люди, а не воришки.
Капитан усмехнулся из-под капюшона:
— Может, у многих из нас тут и замки найдутся, если поискать хорошенько.
Связанных отнесли в погреб и заперли там.
Потом лошадей запрягли обратно в телегу, а капитан отвел в сторону попутчика Бальтазара и дал ему наставления.
Как вы поняли, этот человек был в сговоре с черными грешниками. Разбойники укрылись в копне сена на возу.
— Теперь, — сказал капитан, — мы уж наверняка попадем этой ночью в Монбрен.
* * *
Что случилось потом — мы знаем.
Господин де Монбрен лёг спать, все женщины тоже, остался один старик Жером, да и тот немедленно уснул на стульях в кухне замка.
Тем временем фермер, два его сына и мнимый конюх катили на тележке к "Белой лошади".
Такая тележка — чисто провансальское средство передвижения. Это не воз, не телега: она меньше и легче, в нее не нужно запрягать здоровую лошадь, но она не так изящна и удобна, как городские тележки мебельщиков.
На севере и в центральной части страны фермер имеет двуколку — на юге фермер довольствуется тележкой и трясется на ней кое-как.
Мнимый конюх, как ни в чем не бывало, все рассказывал, какая беда приключилась с Бальтазаром, а Мартен Бидаш поспешал и все нахлестывал лошадь.
За километр до трактира мнимый конюх сказал:
— Остановите-ка тут, дядя Бидаш.
— Зачем?
— Видите вон тот виноградник?
— Вижу.
— Я там поставил силки на дроздов, надо сходить проверить. Да я вас догоню.
И он проворно спрыгнул с тележки.
Мартен Бидаш и не подозревал, что этот человек собирается улизнуть. Он продолжал нахлестывать свою лошадь.
Вскоре тележка
