Читаем без скачивания Смерть по уик-эндам - А. Баантье

— Ах ты, тупой ублю… — начал было Ловкач, едва прохожий отошел на безопасное расстояние, однако вовремя спохватился и прикусил язык, вспомнив, что его теперешний сообщник не слишком привычен к такому ремеслу. — Простите, — виновато пробормотал он. — Я так застремался, что чуть не… в общем, штаны пришлось бы менять.

— Неважно, — прошептал Декок. — Я сам виноват.

Хенки вернулся к работе, и буквально через несколько минут замок уступил натиску специалиста экстра-класса. Было видно, что здесь работал профессионал — ни дверь, ни замок не получили никаких повреждений, и обнаружить хоть малейшие следы незаконного вторжения позволил бы лишь тщательный осмотр.

Декок одобрительно похлопал Хенки по плечу.

— Пойдешь со мной, — скомандовал он. — Как знать, может, там есть и другие замки.

Тихо закрыв за собой дверь, они приступили к поискам. Правда, Декок совершенно не представлял, что именно надо искать, и действовал по наитию, целиком положившись на интуицию. Скорее всего, Эллен побывала здесь в тот вечер, когда ее убили, и детектив упорно искал тому подтверждение.

Вместе с неотстававшим ни на шаг Хенки инспектор ходил по широким мраморным коридорам, методично осматривая кабинеты один за другим. Луч фонарика плясал на стальных картотечных шкафчиках, аккуратно накрытых чехлами пишущих машинках, время от времени отражался в толстых стеклах компьютерных мониторов…

Хенки тихонько пихнул инспектора локтем в бок.

— Видите? Я же говорил: ничего тут нет. Эти пишущие машинки ни черта не стоят, к тому же все они помечены и пронумерованы. С компьютерами — та же фигня. Любой барыга над вами только посмеется. А попробуйте толкнуть их кому-нибудь еще — так чихнуть не успеете, как вас сцапают лега… ой, извините!

Декок слушал эту лекцию с улыбкой.

— Вообще-то, я отсюда ничего воровать не собираюсь.

Хенки резко остановился.

— Ничего себе! — шепотом возмутился он. — Как это? Тогда какого черта мы здесь делаем?

Декок повернулся к нему.

— Потому что вчера убили одну девушку.

— Где? Здесь? — испугался Хенки.

— А это… — инспектор помедлил, — я и пытаюсь выяснить.

Хенки беспокойно зашарил глазами по сторонам.

— Черт побери! — тихонько проскулил он. — Хоть бы предупредили! — Он обвел очередную комнату лучом фонарика, рассматривая висящие на стене картины, но не обнаружил ничего интересного, кроме маленького алебастрового ангелочка на потолке. Некоторое время он задумчиво изучал его, а потом спросил: — Сколько ей было?

— Девятнадцать, — ответил Декок, направляясь к двери. — А что?

Хенки опустил фонарик и поплелся следом.

— Да так, ничего, — угрюмо сказал он. — Иногда на меня находит.

Кабинет директора они обнаружили на втором этаже. Декок уделил ему особое внимание. Заметив, что тяжелые портьеры задвинуты, инспектор даже рискнул включить верхний свет.

— Подожди у двери и ничего не трогай, — попросил он Хенки, и тот нехотя подчинился.

Глубоко засунув руки в карманы, Декок оглядел кабинет. Комната была обставлена довольно скромно: большой письменный стол темного дерева, массивные кресла с черной кожаной обивкой, дубовые панели на стенах… Все это создавало атмосферу надежности и достатка. Поняв это с первого же взгляда, Декок теперь напряженно искал какие-либо несоответствия, нарушающие внешнюю гармонию. Наметанный взгляд инспектора, никогда не упускавший мелочей, как правило, мигом улавливал подобные диссонансы. Это был его природный дар, развитый и отточенный за долгие годы работы в полиции. Именно поэтому Декок сразу заметил на блестящем паркетном полу мутное белесое пятно, полускрытое одним из кресел. Неожиданно ему стало очень интересно. Встав у кресла на колени, он посветил фонариком туда, где границы пятна смыкались, завершая неровный круг.

Хенки наблюдал за ним, затаив дыхание.

— Здесь что-то пролили, — сказал он.

Декок поднялся и выпрямил спину. Сейчас инспектор выглядел как никогда сосредоточенным.

— Что обычно делают, когда проливают какую-нибудь жидкость? — спросил он.

— Берут и вытирают, — усмехнулся Хенки.

— Вот-вот, — согласился Декок. — Вытирают.

Он провел ладонью по лицу и, немного подумав, вышел в коридор. Хенки, изнывая от любопытства, последовал за ним. Подойдя к двум узким дверцам, какие обычно бывают у встроенных шкафов, Декок открыл первую — ничего, кроме пыльных папок. Однако за следующей оказалось как раз то, что он искал, — кладовка уборщицы. Щетки, пылесос, бутыль антистатика, банка мастики для пола и несколько вставленных одно в другое ведер. Из верхнего торчала ручка швабры. Декок поднял ее и принюхался. Запах мгновенно подтвердил его подозрения.

Инспектор прикинул, как быть дальше. Швабра была слишком ценной уликой. Стоит ей пропасть — и что-либо доказать уже не удастся. С точки зрения Декока, это было бы куда более серьезным проступком, чем незаконный взлом и проникновение.

— Подержи-ка минутку, — попросил он Хенки, вручая ему швабру.

Тот без особой охоты взялся за черенок и, принюхавшись, скривился:

— Тьфу! Ну и вонища!

Декок сочувственно кивнул.

— Чего и следовало ожидать.

Он еще раз заглянул в кладовку и на вбитом в стену гвозде увидел совершенно новую щетку для швабры. Сняв ее, инспектор отправился на поиски раковины, которую и обнаружил чуть дальше по коридору, — маленький старомодный рукомойник, встроенный в стену. Подержав щетку под струей воды, он кое-как отжал ее и вернулся к кладовке, где совершил небольшую подмену: насадив на черенок новую швабру, быстро сунул ее в ведро.

— А с этим что делать? — жалобно спросил Хенки, держа старую щетку как можно дальше от себя.

— Потерпи еще чуть-чуть, — попросил Декок. — Всего пару секунд.

Заглянув в кабинет, он выключил верхний свет и закрыл за собой дверь. В шкафу с пыльными папками отыскался большой желтый пакет, куда инспектор, к огромному облегчению Хенки, и сунул свою драгоценную находку.

— На кой черт вам эта грязь? — полюбопытствовал Ловкач.

Декок не ответил. Вертя головой, он пытался сориентироваться в здешней обстановке. В итоге инспектор остался доволен — кладовка уборщицы располагалась рядом с лестницей, ведущей наверх. Поднявшись на верхнюю площадку, он снова огляделся.

— Посвети на эту дверь, — попросил он Ловкача. — Тот направил луч фонарика на узкую деревянную панель. — Превосходно, — довольно пробормотал Декок. — Честное слово, лучше не придумаешь.

Он медленно спустился по лестнице.

— Что теперь? — спросил Хенки.

— Ничего. Уходим.

— Вы хотите сказать, что мы взломали эту чертову дверь только затем, чтобы разжиться вонючей шваброй? — негодовал Ловкач. — Вы шутите?!

— Нет, какие уж тут шутки!

Расстроенный Хенки лишь молча покачал головой — в лексиконе карманника просто не хватало слов, чтобы, оставаясь в рамках приличий, выразить обуревавшие его чувства.

Незаметно выскользнув из дома, они зашагали вдоль набережной канала. На углу Джентльмен-стрит Декок остановился.

— Я подожду тебя здесь, пока ты не спрячешь инструмент.

Хенки окинул его насмешливым взглядом и, помахивая заветным кейсом, почти мгновенно растворился в темноте. Через несколько минут он вернулся и с вызовом спросил:

— Ну что, проверять будете?

— Зачем? Я тебе верю.

— Послушайте, Декок! — с оскорбленным видом выпалил Хенки. — Я только что вскрыл по вашей просьбе замок просто по старой дружбе. Я с этими делами завязал уже черт знает сколько лет назад, и, если вы думаете, что я собираюсь начать по-новой, лучше заберите весь инструмент! Теперь вы в курсе, где его найти.

Инспектору вовсе не хотелось ссориться.

— Я ничего такого не имел в виду, — терпеливо объяснил он. — Я же сказал, что верю тебе. Серьезно. Неужели ты думаешь, что иначе я бы пошел на такое дело?

Лицо Хенки прояснилось.

— А с другим у вас бы ничего и не вышло.

— Это уж точно. Я бы побоялся, что потом это смогут использовать против меня. Шантажировать, понимаешь? — Декок с благодарностью похлопал Хенки по плечу. — Ну ладно, Ловкач, у меня еще полно работы. Я подвезу тебя до дому.

— К моей второсортной Розе? — шутливо подмигнул тот.

— Ну что ты, она настоящее сокровище, — заверил Хенки инспектор. — Отличная девушка, ты уж мне поверь!

И Ловкач расплылся в довольной улыбке.

Для Рождества в дежурке было довольно многолюдно: Ян Клаассен, Фледдер, Фемми Вайнгартен и Том Вайк расселись кто где, по всей комнате. Клаассен расположился за столом Декока с таким видом, словно это было его постоянное рабочее место. Фледдер сидел возле окна, закинув руки за спинку стула, Том Вайк крутил ручки батареи отопления, а Фемми, забившись в угол, смотрела куда-то в пустоту.