еще не доводилось. Через мгновение шедший слева конвоир оседает на землю, свернувшись в позу эмбриона. Вокруг него уже мерцает пелена защиты. Мне удается заметить срикошетивший камень, который пробивает себе путь через листву кустов. В воздухе свистит еще несколько камней. Одно попадание прерывает сомнительную службу самого дерзкого из Синих, поле чего оставшиеся попытаются укрыться за деревьями. Мои спутники, снова следуют моему примеру, вовремя присаживаются, вжимаясь в землю. Не в самом удобном положении мы наблюдаем за неравным боем. Десяток человек в разномастных дождевиках с пращами и дубинками высыпают на тропу. Двумя ударами они завершают службу своих противников, ненадолго украсив лес светящимися коконами. Через минуту, силовые лучи поднимают не пострадавшие тела, впавшие в анабиоз, плавно унося их вверх.
— Приветствую путник, — обращается ко мне мужчина в лиловом дождевике, вооруженный посохом и пращой, являя собой форменного анархиста с хорошими манерами. — Никак вольной дороги искали? Уважаю. Мы, как видишь, тоже против навязанной воли, — он помогает мне освободить затекшие руки. — Как попались-то?
Мне наконец удается снять рюкзак, неудобно съехавший набок и ответить:
— Добрый день. Вовремя вы подоспели, так что искренне благодарю. Боюсь представить, что нас ждало бы в лагере. А если говорить о причинах, мы просто обошли пункт досмотра. Перелезли гору, где седловина приметная, там и попались, — говорю ему, а внутри возникает новая тревога, породившая закономерный вопрос. — Собственно, вы кто?
— Мы — Вольные странники. Боремся с засильем этих паразитов. Не сомневаюсь, что они пытались склонить вас к сотрудничеству, впрочем, безуспешно, и это здорово, — лидер отряда прохаживается по месту, где сразили главного забияку, шурша листвой в поисках оброненных вещей. — За наше благочестие не волнуйся, мы…
— Вот она, — моя реплика перебила рассказ странника. — Извини, просто шляпу нашел. Так что там дальше?
— Просто с предателями вольных дорог, у нас разговор короткий, — он оглянулся на своих парней, разбирающих один трофейный рюкзак, пригрозил им, и снова вернулся ко мне. — Вы можете идти своей дорогой или присоединиться к нам. Наша база в трех часах хода, а большего пока не скажу, только после согласия.
Мне не хочется увязать в местных распрях, и сворачивать с пути. Ваня и измученные супруги молчат. Пришлось сказать за всех:
— Наши маршруты, как и цели сильно расходятся. Может впереди и опасно, но мы постараемся быть осторожнее. Поэтому еще раз благодарю за помощь и, позволь откланяться.
Тем временем Вольные странники успевают снять путы с бывших пленников. Аккуратно скручивают добытый в бою трос, хозяйственные. К моему удивлению нас не задерживают, нашлась в мире справедливость. Супружеская пара жалуется друг другу и всем окружающим на творящийся беспредел и насилие. Ваня туже затягивает лямки своего чудовищного рюкзака, смещая нагрузку на пояс. По словам Вольных странников, нам не следует идти открыто, оставаясь на оспариваемой территории. Зато в людных местах проблемы нам не грозят, ибо тут странные, но все-таки устойчивые правила. Новость успокаивает, поэтому нахожу ближайший лагерь на карте и прикидываю маршрут. Мы еще успеваем туда до полуночи, правда контачить с людьми мне больше не хочется, поэтому оставляю вопрос ночевки открытым.
Уставшая от передряг Людмила, закончив с причитаниями, обращается к лидеру Странников:
— Мы с мужем хотим пойти вместе с вами. Путешествие как-то сразу не заладилось, хочется мира и покоя. Для рейдов мы не годимся, но в хозяйстве поможем, — женщина наиграно улыбается. — Надеюсь у вас там красивые окрестности и все тихо?
— Покоя сейчас нет нигде, но приют дадим, и посильную помощь, как оплату, возьмем. Хорошо себя покажите, дадим все необходимое. Красивые виды и радиальные выходы за водой или дровами прилагаются, — вдохновенно отвечает ей главный Странник. Ему определенно нравится роль борца за свободу.
— Интересно знать, на что они надеялись, — шепчет мне Ванек. — Наверно на развлекательную прогулку не сложнее придорожного пикника, а теперь оттянулся, — он хихикнул.
— Не буду осуждать. Просто бывают люди, пасующие перед первыми трудностями. Только они к большому путешествию совсем не готовы, путь расслабятся, может снизойдет озарение. А ты, если верно понимаю, не из трусливых. Дальше сам пойдешь?
— Может вместе? Все равно в одну сторону, и надежнее будет. Не считай меня прям за героя безбашенного. Тоже тушуюсь, хоть и вида не подаю.
Лидер странников, уводит свое внезапное пополнение, замыкая колонну. Но неожиданно оборачивается и весело говорит:
— Эй, бродяга, классная шляпа. Нет, правда, себе такую хочу. Береги ее, вместе со своей буйной головой. Надо же таким отчаянным быть, чтоб с этой кручи спуститься. Счастливо тебе.
Мы покидаем место происшествия и широким шагом сокращаем расстояние до вероятной ночной стоянки. Лес надвое делит узкая речка, по высокому берегу которой пролегает единственная тропа, с зарослями каких-то колючих кустов по краям. Часто встречаются кряжистые кедры, и еще чаще их неизменное приложение в виде белок, отважно скачущих по веткам и стволам, совсем не пуганные, даже странно. Ваня предлагает хотя бы проверить общий лагерь, посмотрев со стороны, говоря, что нуждается в мастере для ремонта антигравов. У меня начинается настоящая паранойя, и подвохи мерещатся на каждому шагу. Видимо реальность, а может и следящая система, уловила мое состояние и решила преподнести еще один сюрприз, к счастью, в качестве зрелища.
По противоположному берегу реки движется процессия из шести обычных путешественников и четырех, тех самых Красных. Их повязки на головах не оставляют сомнений в принадлежности ко второму идейному сообществу. Судя по всему, они честно сопровождают не верящих в свои силы, или просто доверчивых и трусоватых людей по маршруту. Отсутствие пут на руках подсказывает о заключенной сделке, к тому же все выглядят вполне довольными, в своем неведении истинного положения дел.
— Может оно и не плохо? — тихо спрашивает Ванек. — Довели бы и нас до вершины. Зря наверное погорячились, идем теперь как преступники.
— Кто знает куда их на самом деле отводят, и что потом делают. А еще непременно очередь для желающих сопровождения есть. Не жалей о сделанном, считай, что больших бед избежали, чтобы там ни было.
Плен
Когда мне уже во второй раз показалось, что тропа с рекой уводят нас в неверном направлении, за очередным поворотом появились огни костров, разгоняющие вечерние сумерки. Солнце клонится к горизонту, воздух становится ощутимо прохладным и сырым. Ваня продолжает твердить об услугах электронщика, которого надеется найти в лагере, ибо «рюкзак-холодос», придумал же словечко, действительно оказался равен мне по весу. Наши мнения, по поводу контакта с людьми пока что расходятся. Битых полчаса мы топчемся вокруг стоянки, отгоняя тучи комаров. У меня нет
