опустошенным, чем обиженным.
— Странно это слышать. Передо мной еще никто и никогда не извинялся…
Моё сердце отчего-то ёкнуло, и я поспешила прикрыть ментальные щиты. Не хватало еще, чтобы клон смог прочитать мои потаенные эмоции, которые смущали меня саму.
— Ну вот и помирились… — выдохнула я, изобразив улыбку. Собралась поговорить о чем-то нейтральном, но Лукас вдруг огорошил меня вопросом:
— Что ты намерена со мной делать дальше? Для чего ты меня спасла?
Я напряглась: говорить на столь серьезные темы хотела позже, но если он настаивает…
Пожала плечами. Ладно, сейчас, так сейчас.
— Твой прототип исчез, — начала я, помешивая сахар в чашке и наблюдая, как сахарная пена пузырится на поверхности чая. — На его месте уже давно находится клон, которого придут заменить где-то через тридцать календарных дней. Мы должны выйти на тех, кто этим управляет. Для этого ты заменишь того клона, а когда придет время появиться подозреваемым, сообщишь полиции…
Наступила тишина, в которой слышался лишь шелест лопающихся сахарных пузырьков.
— Понятно… — проговорил Лукас после некоторой паузы. — Всё предельно ясно….
Я думала, что он выразит больше эмоций, но… чувства клона были от меня закрыты….
В этот момент раздалась трель звонка по голосвязи, и я, взглянув на экран смартфона, поняла, что со мной пытается связаться Руэль.
Говорить с послом в присутствии Лукаса я не хотела, поэтому заторопилась прогуляться на улицу, попросив парня подождать меня минут пятнадцать.
Накинув легкую куртку, я выскочила в коридор, а оттуда телепортировалась прямиком в городской парк, где можно было уединиться даже в дневное время суток…
* * *
— Кодовые фразы? — Руэль на экране смартфона выглядел удивленным. — И тебе удалось разрушить эти установки? Постой, я хотел бы поговорить лично…
Не прошло и пары мгновений, как изображение на экране погасло, а рядом на лавку опустился зоннёнский посол, вынырнувший из подпространства совершенно бесшумно.
Я вздрогнула и посмотрела на него испуганным от неожиданности взглядом.
— Фух, господин посол, как вы меня нашли? Я ведь не сообщала никаких координат…
Руэль, одетый сегодня, на удивление, по-иширски — в рубашку и брюки — блеснул белозубой улыбкой.
— Я увидел позади тебя на экране знакомую местность, поэтому найти тебя не составило труда… И вообще, хватит обращаться ко мне официально, мы ведь не чужие друг другу…
Ну вот, опять он о родственных связях…
Я невольно опустила глаза и покрепче прикрыла ментальные щиты. Не хочу, чтобы он чувствовал, что для меня это болезненный вопрос.
— В общем, я хочу послушать тебя во всех подробностях, — продолжил Руэль, игнорируя мои попытки прикрыться от него. — Это очень важно для понимания того, что из себя представляют клоны.
Мне было стыдно рассказывать о том, в какие чувственные дебри я уже успела опуститься с бедным Лукасом, но… мне и самой хотелось больше понять ситуацию. Поэтому решила плюнуть на свои внутренние преграды. О какой чести я пытаюсь заботиться? По-моему, я уже давно персона с полностью уничтоженной репутацией. И если после этого братец-посол презрительно отвернется, то так тому и быть…
На удивление, Руэль мой рассказ воспринял совершенно спокойно, а когда я поведала, что поцелуем сломала волю клона, даже одобрительно цокнул языком.
— Молодчина, отлично сориентировалась… — проговорил он задумчиво. — Очень хорошая работа, и главное — быстро! Хвалю!
Я так и застыла с открытым ртом. Совершенно не ожидала похвалы!
Заметив моё шокированное выражение лица, Руэль звонко рассмеялся, после чего в его глазах заплясали яркие искорки.
— Не смотри на меня так, Тианна! Это Правитель Арраэх* мог бы сейчас отчитать тебя за аморальное поведение, но я не такой, поверь мне. Я и сам… далеко не образец зоннёнской добродетели, так что расслабься.
После этих слов что-то неуловимо изменилось в моем сердце. Я посмотрела на далёкого родственника другими глазами. Поразительно! Но он действительно оказался единственным в моей жизни соплеменником, который не был фанатично предан традициям. Что ж, пожалуй, с этого момента я начала его уважать.
— А теперь вернёмся к клону, — посерьезнел Руэль и снова задумался. — Судя по всему, этот образец превосходит по своим способностям всех тех клонов, которых нам удалось пленить или, лучше сказать, вызволить. А уж клон, обладающий ментальным телом — это вообще нонсенс. Хочу, чтобы ты завтра отправилась с ним на наш флагман, где его просканируют зоннёнской техникой. Нам нужно доподлинно узнать, чем он так стильно отличается от остальных…
Я скривилась. Поручение меня не обрадовало.
Во-первых, не хотела встречаться с зоннёнами, а на нашем флагмане, который уже несколько лет курсировал недалеко от Ишира, соотечественников будет немеряно. Во-вторых, мне вдруг стало неприятно, что придется отправить Лукаса на исследования, словно он лабораторная мышь.
Кажется, я плохо следила за ментальными щитами, потому что Руэль вдруг удивленно приподнял брови.
— Смотрю, ты уже изрядно привязалась к нему… — вдруг произнес он, после чего печально выдохнул и… положил мне руку на плечо. — Не стоит, Тианна, даю тебе честный совет. Клоны не живут больше года, но даже если ему удастся прожить чуточку дольше, это все равно просто мгновение, которое пролетит слишком стремительно, и ты испытаешь боль, когда он уйдет…
От слов посла моё сердце начало колотиться, как сумасшедшее.
Неужели правда успела привязаться? Так быстро? Из-за банальной жалости? Или чего-то еще?
А ведь Руэль прав: Лукас умрет очень скоро. Слишком скоро даже для человека. Не стоит относиться к нему с симпатией…
Проклятье. Но ведь это так несправедливо!
Во мне снова поднялся безумный и всеобъемлющий бунт…
* * *
*Арраэх — правитель зоннёнов, младший брат Руэля, герой пятой книги цикла «Мой любимый Небожитель»…
Глава 15
Исполню любое желание
Лукас был очень мрачен, когда заходил на борт небольшого космического челнока. Я шла позади него, остро ощущая его закрытость и напряжение.
Как я и предполагала, новость о полете на флагман ради лабораторного исследования клон воспринял просто отвратительно. Мое сердце разрывалось от чувства вины, ведь я понимала, насколько это для него болезненно.
Мой кузен Мириэль, которого в детстве продали космическим пиратам и который провел в плену много лет, был наглядным примером жертвы лабораторных экспериментов. Мое сердце рвалось на части всякий раз, когда мы с ним встречались и когда я замечала на его лице легкую отчужденность.
Скорее всего, он до сих пор не простил нашу
