Читаем без скачивания Мятеж - Филип Фармер

Освещая путь электрическими фонарями, группа двинулась по уходящему вниз туннелю. Башмаки у всех облепились густой, липкой жижей. Здесь Дункан впервые заметил валявшиеся человеческие кости и черепа — в дальнейшем они во множестве попадались им по пути.

— На том участке, по которому мы прошли раньше, тоже было полно костей, — сказал ему Вилде. — Мы убрали их, только я думаю, зря. Когда валяются кости, создается впечатление, что это место необитаемо.

То тут, то там взгляд Дункана натыкался на груды проржавевшего металла.

— Это наконечники стрел, клинки, копья, протонные пистолеты, объяснял Вилде. — Американцы сопротивлялись отчаянно, но все-таки потерпели поражение. Подземные форты замуровали, а сверху соорудили монументы. Беглые преступники уже давно снова открыли их. Большая часть памятников наверху заброшены, стоят наполовину провалившись в землю, вокруг деревья и кустарник.

Стена походила на полурасплавленную; здесь она была значительно темнее, чем тот светло-коричневый цвет стен, мимо которых они проходили раньше.

— Это сделали огнеметы, — заметил Вилде, передернув плечами. Ужасное, наверно, было зрелище.

Они дошли до конца того участка, где поработал огнемет. Начиная с этого места, туннель пролегал в скале, присыпанной землей и укрепленной деревянными балками и опорными стойками. Этот туннель тянулся футов на пятьдесят, а в конце него валялась большая груда камней. Синн оттащил их показалась еще одна потайная дверь. Из открывшейся шахты подул свежий, приветливый ветерок. Люди жадно глотали воздух. После долгого перехода в спертом, тяжелом пространстве это было весьма кстати. Спустившись по ржавой металлической лестнице, они миновали длинный проход, пролегавший по искусственному туннелю, сделанному из прорезиненного материала. Вилде объяснил, что воздух поступает от специальной машины по узкому трубопроводу; он пролегает через весь туннель и скрыт в большом дупле старого дерева на поверхности. Получилась своеобразная система воздушного кондиционирования, приводимая в действие колесом; колесо вращается под действием падающей воды — водопад находился неподалеку в одной из естественных пещер. Электричества этот привод давал немного, но для обитателей подземелья его было достаточно.

Локс объявил привал. Люди с благодарностью расселись, на ногах остались только сам Локс, да еще Бидутанг. Вдвоем они отправились назад по туннелю. Синн приложил к стене большой диск, соединенный проводом с маленькой черной коробочкой, висевшей у него на ремне. Некоторое время он внимательно прислушивался к звукам в наушниках, а затем снял их.

— Наверху ничего не слышно, — сообщил он.

Дункан извлек из ранца флягу и немного отпил из нее. Не успел он засунуть ее назад, как земля заходила у него под ногами. Из дальнего конца туннеля донесся ужасный гул, сопровождаемый появившимися клубами пыли. Из этой пыли показались Локс с Бидутангом. Зубы Локса белели на фоне грязного лица.

— Мы завалили шахту, — сказал он. — Теперь они не смогут пройти вслед за нами.

— Если органики догадаются завалить нас спереди, мы и сами не сможем вернуться, — пробормотал Вилде.

Кроссант, который сидел настолько близко от Дункана, что тот опять начал морщить нос от его запаха, сказал:

— И зачем мы только впутались в эту передрягу…

— Вой, вой, собачонка, — прохрипел Вилде. — Видит Бог, я устал от твоего проклятого нытья.

— Заткнись, ты… ничтожество! — гаркнул в ответ Кроссант.

— Ага! — закричал Вилде. — Я знал, что ты…

— А ну-ка тихо, вы! — вмешался Локс.

— Да, да, — пробурчал падре. — Время сносить головы еще придет. Прости меня. Господи, за эти слова. Сейчас у нас есть дела поважнее, чем твое дурацкое нытье. Успокойся, Кроссант, не то я помогу тебе утихнуть.

Вилде поднялся и отошел подальше от Кроссанта. Дункан последовал за ним.

— Расскажите мне о Донг и Кроссанте, — попросил он.

— Ты хочешь знать, как они оказались здесь?

Вилде хихикнул.

— Определенно нет никаких политических причин. Они обыкновенные воры, наверно, не очень умные. Были гражданами Среды. Кроссант работал продюсером на телевидении, ставил игровые шоу, а женщина работала его секретарем. Однажды в голову ему пришла сумасшедшая мысль: брать взятки с участников конкурсных телешоу за то, что он обеспечивал им выигрыш. Донг стала его сожительницей, и он уговорил ее вступить с ним в сговор. Некоторое время они преуспевали, победители делились с Кроссантом своими призовыми, а если призы были очень внушительными, отчислялась половина.

— Затем случилось неизбежное. Начальник Кроссанта понял, что происходит. Он припер Кроссанта к стенке и пообещал, что не выдаст их, если он и Донг станут делиться с ним. Но этот человек действовал очень неосторожно. Кроссант рассвирепел, набросился на него и нокаутировал. В конце концов его вместе с Донг схватили в тот момент, когда они тащили тело мужчины, находившегося без сознания, по крыше здания, где они жили. Наверно, собирались сбросить его оттуда, имитировав несчастный случай. Еще одна невероятная глупость. Как будто органики не проверили бы в тумане истины всех подозреваемых жильцов, тем более связанных с игровым шоу.

— Их застукала женщина, работавшая управляющей в этом доме. Она закричала и бросилась вниз по лестнице, чтобы позвать на помощь. Кроссант и Донг еще более усугубили свое преступление, напав и на нее. Им, очевидно, стало ясно, что зашли они слишком далеко. Вместо того, чтобы сдаться, пойти на суд и оказаться в реабилитационном учреждении, откуда они через несколько лет вышли бы на свободу, эти идиоты пустились в бега. Мы нашли их, когда они, умирая от голода, блуждали по лесу, готовые сдаться органикам.

— А почему вы решили принять их?

— Мы принимаем всех беглецов. Таково наше правило, и мы никогда не изменяем ему. Если бы не оно, и меня самого отвергли бы. Я ведь тоже не политический преступник.

— Но ведь эти двое — потенциальные убийцы. Их остановило только то, что их самих вовремя остановили.

— Любой человек — потенциальный убийца, — пожал плечами Вилде. — Я и сам не раз хотел расправиться с Кроссантом и Донг. Но, конечно…

— Мысли об убийстве вовсе не то же самое, что оно само.

— Согласен. Но эти двое находились в совершенно особенной, исключительной ситуации, которая вряд ли может повториться. К тому же, наверное, они извлекли урок из происшедшего с ними. Правда, я слышал, что телевизионщиков никогда ничто не учит.

Локс приказал двигаться дальше. Синн сообщил, что никакого шума наверху не слышно. Правда, детектор его не отличался особой чувствительностью и мог регистрировать только громкий шум, наподобие того, что сопровождает бурение шахты в земле. Шелест листвы, пение птиц и звуки шагов оставались для него неразличимыми.