я. — А ты будешь со мной спать? — попытался подловить меня маленький хитрец. — Конечно, мне тоже нужны силы. Мы же вместе в саду по сугробам будем лазить. — Махнула я рукой в сторону окна. Перед сном мы зашли на кухню, и я спросила, есть ли говяжье сердце. — Замороженное есть. — Ответила та самая женщина, что указывала мне на то, что Арлан моет посуду. — Разморозьте, пожалуйста. Вечером оно нам будет нужно. — Попросила я. — Зачем? Меню на ужин согласовано с хозяином. Если что-то нужно, то я приготовлю. — Поджала она губы. — Милана обещала показать, что варёный лук может быть вкусным! — заявил Арлан. — Вы же воспитатель! — сжала губы до синевы женщина. — А сами потакаете капризам ребёнка. Разве это хорошо? Разве это воспитание? — Я так понимаю, что суп готовили вы? А разве хорошо браться за приготовление обеда, если вы не умеете готовить? — спросила её я. — Что? Я здесь уже несколько лет! — пошла красными пятнами любительница поучить всех жизни. — Неправда! Папе вы никогда не готовите, — тут же уличил её во лжи Арлан. — Вот видите? Разморозьте, пожалуйста, сердце. — Повторила я свою просьбу. Мы спокойно поднялись в комнату Арлана, мальчик больше не возмущался необходимостью спать днём. А я прилегла рядом с ним, на край кровати. Уже скоро дыхание ребёнка выровнялось, а держащие меня за руку пальчики чуть расслабились.
Я и сама немного задремала. Пока меня не разбудил звук уведомления на телефоне. Я не сразу поняла, что за номер прислал мне длинное сообщение в ватсап. А потом сообразила, что контакт бывшего мужа я удалила, а комбинация цифр запомнилась, от того и показалась знакомой.
Сергей писал, что никак не мог понять, почему он так злится и зачем его всё время тянет к нашему дому. А вот после встречи с Амираном Алановичем он понял, до него дошло, что это оказывается ревность. А злость от того, что я взяла и всё порушила из-за одной ошибки. Поняв всё это, он решил, что нам нужно встретиться и поговорить. Без криков и посторонних людей, чтобы сохранить наши чувства. Ведь мою ревность он сразу увидел, а значит он мне небезразличен.
Сначала я хотела ответить, что за бред он несёт, и с какой стати я буду с ним встречаться после того, как он набросился на меня вчера? Но потом решила, что это лишнее и просто удалила сообщение.
Глава 12
Милана. Проснувшись, Арлан мгновенно зажёгся любопытством. Даже во время полдника он не мог усидеть на месте. Перекусив, мы пошли на кухню.
Я тщательно вымыла размороженное сердце, порезала крупными кусками на шесть частей и уложила в кастрюлю. Понемногу рассолила воду, добавила чуть-чуть простого перца и поставила на медленный огонь.
Ждать, когда всё сварится, деятельному и энергичному Арлану было явно скучно. Пока вода закипела, и я сняла первую накипь, мальчик успел раз пять спросить, а когда мы пойдём мерить сад. — Если больше ничего добавлять не надо, вы можете идти, а я послежу. — Предложила девушка, которая утром спрашивала, зачем я перемываю посуду. — Сегодня я остаюсь до утра в доме, а Баянат уже ушла. Так что ничего не испортит. — Баянат это та женщина, которая вечно всем недовольна? — уточнила я. — Да, — тихо засмеялась девушка. — Просто она привыкла, что все её слушаются, что после хозяев она в доме главная, всех ругает. Строгость так показывает. Ничего страшного на самом деле, но на место поставить может. — Что значит, может на место поставить? — удивилась я. — Проучить. Ну, соли в блюдо добавить, огонь сильнее сделать, чтоб пригорело. Или масла на чистый пол налить. Не страшно, но обидно и отмывать или переделывать тяжело. — Пояснила местные порядки девушка. — А тебя как зовут? — решила познакомиться я. — Я Амани. А как вас зовут, уже весь дом знает. — Ответила новая знакомая. — Можно на ты. — Ответила ей. — Спасибо за помощь, я буду очень благодарна, если присмотришь, пока мы сад измеряем. По лестнице мне пришлось подниматься бегом, иначе бы я просто не успела бы за Арланом. Баграт принёс нам по моей просьбе обычную рулетку. Просто я понятия не имела где и у кого что-то можно спросить. Вот и лазили с мальчиком на пару по сугробам, вымеряя будущие клумбы и дорожки. Старший охраны Арлана только наблюдал за всем этим. Его следящий взгляд почти не отрывался от Арлана.
Мальчишка был доволен так, что казалось, сейчас начнёт светиться. Но главное, что меня уже в который раз удивляло, так это то, что его не надо было уговаривать. Пусть мы на самом деле и были совсем недолго знакомы, но я ещё ни разу не столкнулась с откровенными капризами. Даже нелюбимый варёный лук он хоть и нехотя, но ел.
Вот и сейчас мы быстро и чётко сняли уличную одежду, я развесила всё, что нуждалось в сушке, а Арлана отправила под горячий душ. А пока я сама избавлялась от холода, Арлан послушно ждал в комнате.
А вот потом мы пошли проводить эксперимент, получится ли лук вкусным. Пока мы делали нужные нам для будущего сада замеры, Амани проконтролировала готовность сердца. Я ещё раз поблагодарила девушку и принялась за готовку, расположившись так, чтобы Арлан всё видел. Каждое своё действие я поясняла внимательно наблюдавшему за мной ребёнку. — Вот смотри. Сердце нужно отварить, никаких приправ, кроме небольшого количества чёрного перца, не нужно. Только соль. Теперь режем тонкими полосками. Чтобы получались вот такие брусочки. — Показывала я. — А можно попробовать? — спросил Арлан. — Конечно, — отложила я несколько полосочек мяса. — А теперь берёмся за нелюбимый тобой лук. Так, садись чуть в сторонку, потому что я сейчас его буду резать. — Не слишком много? — с сомнением смотрел мальчик на то, как я нарезала тонкими полукольцами уже вторую луковицу. — Нет, поверь, ещё и мало будет казаться. — Заверила я. — Ну-ну… — протянул Арлан. Нарезанный лук я выложила в глубокую миску, и залила бульоном, в котором варилось сердце, предварительно его ещё и подогрев. Самой долгой и сложной частью приготовления был соус. Можно было конечно обойтись обычным майонезом, но мои родители любили именно с домашним соусом. И именно так приготовленный салат я считала правильным. — А почему ты соль, сахар и лимонный сок сразу добавила в яйца, а масло сейчас льёшь? — заметил Арлан. — И не просто сейчас, когда яйца и остальные составляющие уже смешаны и взбиты, а очень-очень тонкой струйкой. — Улыбалась я. — Иначе вся масса соуса расслоиться и перестанет быть однородной. То есть, соус не
