Весь опыт мелких стычек и большой войны с дервишами сейчас перерабатывался его пытливым умом. Противник был силён, с таким же сейчас схлестнулись его родичи в Абиссинии. Да и дервишам приходилось несладко.
Генерал Китченер был один из лучших генералов Британской империи, и последовательно шёл к своему успеху, отжимая войска дервишей всё дальше в Судан, громя их отдельные отряды. То же предполагалось и здесь.
Некоторым вещам рас Алула Куби научился у Мамбы, как это было ни странно. Тот не уставал повторять, что главное в войне, это разведка, и добавлял непонятное для него слово, ИНФОРМАЦИЯ! Не чурался он ни запугивания, ни обмана, а также, не джентльменских способов войны, вроде ночных нападений, засад, и прочего.
Пользуясь преимуществом в знании местности и поддержкой населения, Алула Куби решил дать бой недалеко от вулкана Элгон. Расположив своё войско на высокогорном плато, он перекрыл дорогу английским колониальным войскам в Буганду, которая лежала за ним. Севернее вулкана простиралось озеро Виктория, северные берега которого принадлежали Германской Восточной Африке (Танзании), а южнее находился, почти полностью опустошённый, Южный Судан, путь в который также перекрывало войско раса. Селений и обработанных полей, засеянных продовольственными культурами, здесь почти не осталось.
Две батареи старых русских мортир рас выставил на склонах невысокой горы, воспользовавшись удачным рельефом местности. С собой он привёл двенадцать тысяч воинов, вооружённых однозарядными винтовками системы Бердана, да ещё и три пулемёта находились в рядах его войска.
Катикиро (наместник, первый министр) Буганды и бывший король Кабарега привёл с собою двадцать тысяч воинов, пять тысяч из которых были вооружены винтовками. У раса были ещё винтовки, но он побоялся пока передавать их катикиро, не убедившись в его лояльности. После обмена гонцами, они решили встретиться, чтобы разобраться, как между собой, так и с планом битвы.
Англичане находились, к этому времени, в двухдневном переходе и целенаправленно двигались на них. Бригадир Джон Конвайл, руководивший пятнадцатитысячным войском, не сомневался в своей победе. Пятнадцать пулемётов и сорок пушек подкрепляли его уверенность в себе.
Кроме этого, почти десять тысяч чернокожих воинов, примкнувших к нему со всех сторон, желали принять участия в набеге и грабеже. От этой армии требовалось только разбить объединённое войско короля Иоанна Тёмного.
Англичане также не пренебрегали разведкой, и даже в большей степени, чем мамбовцы. О том, что самого Мамбы не было в противостоящей ему армии, Конвайл прекрасно знал. Тот находился катастрофически далеко, у Атлантического побережья, и дни его там… были сочтены.
От перебежчиков и предателей из Буганды, бригадир Конвайл знал и о количестве войск противника, и о том, чем они были вооружены. Не знал он только, с чем и каким количеством воинов пришёл рас Алула. То, что враги Британской империи объединились и вместе встречали, навязывая сражение, его только радовало.
Проще разбить их одним ударом, чем гоняться потом по всей Буганде, да и его чернокожим союзникам необходимы трофеи, а также, назрела необходимость пустить кровь, как себе, так и врагам. Почти двадцать пять тысяч воинов и солдат было сейчас в его распоряжении.
Рас Алула Куби мог противопоставить не больше десяти тысяч воинов, да двадцатитысячный отряд катикиро Кабареги, и это против его пятнадцати тысяч, и десяти тысяч чернокожего «пушечного мяса», более чем лучший расклад.
Он, даже, искренне не понимал, зачем правительство Великобритании направило такой внушительный отряд, когда здесь хватило бы и пяти тысяч прекрасно обученных гуркхов, но, видимо, прошлые неудачи повлияли на их действия.
Что ж, он готов к решительным действиям, посмотрим, что могут противопоставить противники!
Катикиро Кабареги и рас Алула Куби встретились на вершине плоского холма, лежащего недалеко от позиций обоих отрядов. Церемонно поклонившись друг другу, в окружении своих ближних соратников, они приступили к переговорам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Приветствую тебя, о могучий рас, правая рука короля Мамбы!
— Долгих лет тебе, катикиро!
— Я привёл войско, как и обещал нашему королю.
— Я вижу, ты не предал нашего вождя.
— Ты омрачаешь мои мысли беспочвенными подозрениями, могучий рас.
— Везде предательство, о, умный катикиро. Но вождь умеет награждать, как и карать. Не одна голова торчит на его пиках. И все они посмели предать его. Никогда я не слышал о том, что Мамба бросил в беде своих людей.
— Воины боготворят его, враги — боятся. Женщины, в тайне, называют его именем своих сыновей и мечтают от него иметь детей, но он по-прежнему тоскует по потерянному счастью. Такой человек не способен на предательство, подобных он и приближает к себе.
— Готов ли ты сражаться за него и его дело? Сейчас ещё есть время уйти, не ударив в спину. Если это не ваша война, и вы готовы сдаться, то уходите. Мы не будем вам препятствовать. Мы будем сражаться до конца, и если нам суждено погибнуть в бою. Знай… Мамба отомстит за нас, иначе я не родился в Африке!
Повисла долгая и тягостная пауза. Оба полководца молча смотрели друг на друга, понимая без слов невысказанные мысли. Оба были умудренные годами, оба уже имели седину в курчавых негритянских волосах. Оба давно познали сладость власти и горечь поражений. Сейчас они молчали, каждый думая о своём.
Наконец, катикиро разлепил сухие губы.
— Не скрою, я сомневался, идти ли на эту битву. Многие бежали, перейдя на сторону врага. Ты смог перевесить чашу весов моих сомнений. Я всегда был человеком долга. Долг перед своими подданными и своим будущим всегда владел мною. Мамба поколебал мою веру, он не такой, как мы, он совсем другой, иногда я думаю, что он не из этого времени… Но он не из прошлого… нет… скорее, из будущего. Ты тоже так думаешь?
— Да, он не похож на нас, и за ним будущее, наше будущее… катикиро.
— Какой твой план битвы, рас?
— Я передаю тебе ещё пять тысяч винтовок, катикиро, обучи стрелять из них своих солдат, а план битвы будет такой, смотри… И рас начал чертить куском палки прямо на земле план сражения, то и дело, тыкая своей импровизированной указкой в сторону их позиций и предполагаемых позиций противника, указывая на возможные и планируемые манёвры, как их отрядов, так и армии англичан.
Встреча закончилась, полководцы разошлись по своим отрядам, отдавая необходимые указания, вооружаясь привезёнными винтовками и тренируя воинов в последней попытке научить их сражаться строем и не бояться англичан. Природа и люди замерли в тревожном ожидании битвы.
Ровно через два дня прибыло и войско англичан, по пути ещё больше обросшее желающими поучаствовать в ограблении Буганды и последующих развлечениях с её жителями. Силы противников замерли в неустойчивом равновесии. Всё было готово к сражению…
Глава 9 Битва за Уганду
Бригадир Джон Конвайл осознавал тот факт, что его войска находились в менее выгодном положении и ожидал нападения вождей, но так и не дождался этого. Местность между двумя армиями была сильно пересечённой и постепенно повышалась в сторону противника, так что он находился немного выше войск англичан. Пришлось генералу Конвайлу вводить в действие артиллерию.
Сорок горных пушек открыли беглый огонь по воинским порядкам негритянских войск. Позиции батарей тут же окутались пороховым дымом, сквозь который проглядывали огненные вспышки. Снаряды, набрав скорость, разрывались с гулким звуком, нанося урон противнику.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Неся потеря, ряды негритянского войска, пошатнувшись, стали организованно отступать назад, уходя с линии огня и разбегаясь в стороны, прячась за разбросанными кусками скал и больших камней. Но, вскоре оттуда послышался такой же грохот, это открыли огонь две батареи старых русских мортир. Их разрывные и фугасные бомбы по навесной траектории опускались далеко за пределами расположения войск англичан, и их союзников.
