Гарри стиснул зубы – должно быть, из-за того, что кричать на больных было запрещено медицинской этикой. Поэтому он глубоко вдохнул и, наверное, досчитал до десяти, прежде чем сказать:
– «Шикарная» – это уж слишком, но по крайней мере там нет собачьей шерсти.
Поддерживая ее за локоть, он помог ей подняться.
– Вы можете идти?
– Конечно, могу, – упрямо ответила она, несмотря на то, что все кружилось перед глазами. – Я же не инвалид.
– Нет, но вы такая непоседа. У вас когда-нибудь закрывается рот?
– Конечно, я… – она остановилась. – Это ведь вопрос с подвохом, не так ли?
Его молчание свидетельствовало о том, что один из них способен держать язык за зубами. Но она могла поспорить, что он делал это только для того, чтобы не рассмеяться.
Джекки бросила мимолетный взгляд на стены коридора, обшитые панелями, на дубовую лестницу, ведущую наверх. Вскоре она очутилась в библиотеке, где каждая деталь обстановки была обточена временем, и это только усиливало ощущение уюта. Казалось, в этой комнате ничего не менялось в течение нескольких поколений.
Некогда зеленые бархатные шторы выцвели и превратились в серебристо-серые. Персидский ковер с причудливым орнаментом был довольно потертым. У красивого камина стоял большой диван Осталось только разжечь огонь и любоваться отражением пламени на полированной мебели.
Это совсем не походило на пустой угрюмый дом сказочного великана. Первое впечатление может быть обманчивым…
Гарри подошел к камину и, присев на корточки, начал разжигать огонь, хотя в комнате не было холодно. Джекки сидела на краю дивана и любовалась его ловкими движениями, его широкой спиной. Она забыла все свои горести, преисполненная сочувствием к человеку, на долю которого выпали нечеловеческие страдания. У нее защемило сердце, и она закрыла глаза.
– Джекки, с вами все в порядке?
– Да, – как-то неубедительно произнесла она.
– Вы немного бледны. Вам нехорошо?
Да, но явно не из-за удара головой.
– Со мной правда все в порядке.
Гарри внимательно посмотрел на нее, а затем снова занялся камином. Когда огонь разгорелся, он загородил его решеткой.
– Мне унести это?
Она взглянула на полотенце со льдом, который уже начал таять.
– Больше ничего не нужно, – запротестовала Джекки. – Я должна…
– Что?
Искать телефон. Найти Вики и узнать, что же произошло. Но, как отметил Гарри, Мэйзи была вполне счастлива. Именно этого Джекки и хотела.
Тогда какого черта она суетится, вместо того чтобы спокойно лежать и ждать, пока все не уладится само собой?
– Ничего, – сказала она.
– Вот и славно.
На этот раз в уголке его рта появилась складка.
Это уже было похоже на настоящую улыбку. Может, немного кривую. Но это уже прогресс. Для начала вовсе неплохо.
– Ложитесь. Я дам вам аспирин. – Он наклонился, снял с нее ботинки и положил ее ноги на диван.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Когда через пару минут Гарри вернулся с аспирином и одеялом, Джекки уже спала. Какое-то время он понаблюдал за ней. На ее щеках снова заиграл румянец, дыхание было ровным. Но под глазами оставались темные круги. Впрочем, они не имели отношения к удару головой. Он заметил их еще прошлым вечером, когда Джекки без макияжа спустилась вниз. Гарри подозревал, что причина тому постоянное недосыпание. Уж он-то как никто знал это.
Несомненно, причина в мужчине. Иначе зачем молодой красивой женщине ехать в отпуск одной?
Гарри положил таблетки на столик возле дивана и заботливо укрыл ее одеялом.
– Как она? – спросила Сьюзан, которая принесла чай.
– Уснула. Это лучшее лекарство для нее.
– Ее нельзя оставлять одну. Когда сын моей сестры упал с дерева…
– Да, спасибо, Сьюзан. Я останусь и присмотрю за ней. Оставьте поднос.
– Хорошо. Если что, я наверху.
– Возьмите с собой Мэйзи. Я не хочу, чтобы она беспокоила Джекки.
– Гм!
Это восклицание было красноречивее всяких слов. Сьюзан знала, чего Гарри не хотел на самом деле. Мэйзи слишком беспокоила его.
– Девочка должна ходить в школу, общаться со сверстниками, – добавила Сьюзан.
– Оставьте свои наставления для Салли.
– Уверена, что мистер Джексон будет рад принять ее до конца семестра.
– Не сомневаюсь. Но она здесь не останется. Гарри сделал акцент на последних словах, надеясь, что они, наконец, хоть до кого-нибудь дойдут.
– Ну, раз вы так уверены… – Она поставила поднос и продолжила:
– Мне некогда разговаривать. Если что, вы знаете, где меня искать.
– Вы не могли бы поискать телефон Джекки? В кабинете его нет, должно быть, она обронила его где-то наверху.
– Хорошо.
Когда Сьюзан собралась уходить, они оба увидели Мэйзи, притаившуюся за дверью.
– Она умерла? – прошептала девочка. – Я убила ее?
– Ты? – удивилась Сьюзан. – Как ты могла такое подумать Гарри подошел к двери, желая поскорее выпроводить их обеих.
– Мэйзи, она ударилась головой. Ты ни в чем не виновата, – сказал он, чтобы побыстрее закончить этот разговор.
– Но она выглядела так…
– С ней все будет в порядке. Ей всего лишь нужно спокойно полежать часок. Иди помоги Сьюзан.
– Я бы лучше пошла в школу.
Ну спасибо вам, Сьюзан…
– А можно мне в деревню? Пожалуйста…
Мэйзи была слишком возбуждена. Пожалуй, даже встревожена…
– Не очень хорошая идея, – жестко заявил он. Может, если бы твоя мама упаковала что-нибудь более подходящее…
– Она не виновата! Я сама собирала вещи. Я всего лишь хотела быть красивой, чтобы понравиться тебе!
Затем, словно испугавшись собственных слов, Мэйзи повернулась и убежала.
Сьюзан укоризненно посмотрела на него.
– Знаете, мистер Гарри, это, конечно, не мое дело, но я думаю, что в жизни девочки не хватает порядка.
– Вы правы, Сьюзан. Это не ваше дело.
Она презрительно фыркнула и вышла вслед за Мэйзи.
Лохматая собака незаметно проскользнула в библиотеку и разлеглась перед камином. Гарри подложил в огонь несколько поленьев и обернулся, чтобы убедиться, что он не побеспокоил Джекки. Она лежала на боку, положив руки под щеку. Прядь светлых волос упала ей на лоб, и он осторожно поправил ее. Вдруг он заметил у нее на руке серебряную цепочку с сердечком. На нем было что-то выгравировано, и Гарри знал, что его это не касается. Но когда он отодвинулся, угол освещения поменялся, и слова сами бросились ему в глаза – «Забудь и улыбайся».
Они показались ему знакомыми, и он полез на полку за словарем цитат, в котором нашел двустишие. У него защемило сердце, но он все-таки сумел побороть внезапный порыв.
Гарри почувствовал опасность еще в тот момент, когда Джекки просунула свою ногу в дверь и потребовала впустить ее. Он сделал все возможное, чтобы выставить ее вон, но на эту женщину, в отличие от большинства людей, его грубость не действовала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
