Читаем без скачивания Небесный король: Эфирный оборотень - А. Живой

Антон загасил сигарету и взглянул на часы. Подаренные каким-то французом ещё во время налаживания международных контактов в период получения диплома переводчика иностранные ходики показывали час пятнадцать. Антон встал и, захватив из тумбочки зубную пасту со щеткой, направился в туалет чистить зубы, пока там не образовалась очередь к единственному умывальнику.

Спустя полчаса, пройдя усиленный инструктаж у самого Могилы на пятачке перед приемным центром, «смена» уже принимала дежурство. Поговорив пару минут с Сержем, Антон узнал о том, что два часа назад американцы начали новую штурмовую операцию под кодовым названием «Нестихающий гром» и уже успели наломать не мало дров. В ходе этой операции морские штурмовики, силами которых наносилось более 50% всех воздушных ударов по иракским воздушным объектам, имели либо конкретную цель, либо определенный географический квадрат, а не утюжили ракетами все, что попадалось на глаза. Каждый самолет в рамках операции «Нестихающий гром» имел свой отличительный позывной Jumbo и двухзначный индекс. Обычно такая кодировка была у стратегических бомбардировщиков, но на этот раз американское командование решило все переиграть. Просмотрев журнал поста, Антон насчитал сто двенадцать самолетов и присвистнул. Да…, вечерок предстоял жаркий.

С ходу подловив Jumbo 25 и 22, возвращавшиеся после удачного налета на нефтеперерабатывающий завод, находившийся где-то на окраине Багдада, Антон с удивлением услышал о прекращении первого этапа операции. Видимо, американцы предъявили хитрозадому диктатору ультиматум и ждали от него ответа. Для отечественных радиоразведчиков это означало относительно спокойные пару часов дежурства. Вскоре радиообмен действительно затих.

За прошедшие сутки Антон привык к усиленному и непрерывному боданию, а потому не выдержал вынужденного бездействия и стал прослушивать все частоты подряд. Даже те, на которых ничего особенно не говорило. Для увлеченного своим делом радиоразведчика найти новую рабочую частоту означало приблизительно то же, что для разведчика в пехоте во время Великой Отечественной Войны привести языка из глубокого немецкого тыла, получив за это орден. На награды от правительства Антон, конечно, не рассчитывал, но обещанный дембель – три года ждут, а ему хотелось ускорить события. Поэтому приходилось выслуживаться.

С новыми частотами Антону сегодня не повезло, зато на частоте разведки шла оживленная дискуссия между каким-то терпящим бедствие самолетом-разведчиком и всеми авиабазами вокруг Средиземного моря.

– Всем станциям!!! – орал пилот самолета, – Говорит «Тень принца Гамлета». Техническое состояние «Альфа четыре». Срочно нужна посадка на авиабазу. Топливо на исходе.

Запеленговав самолет, Антон определил его координаты. Разведчик летал севернее Италии над Средиземкой. Судя по нажатию, то бишь тембру исходящих из самолета звуков, опытный оператор издалека распознал бы в нем морского разведчика P3-Orion, специализировавшегося на охоте за подводными лодками и кораблями противника. Антон по слухам знал, что от P3-Orion не было житья нашему Северному флоту. Не успевала всплыть где-нибудь в Баренцевом море мирная отечественная атомная субмарина, с тем чтобы провентилировать помещения, как над ней стаями начинали кружить «Орионы», фотографируя в разных ракурсах, видимо на память. Этот экземпляр, правда, вызывал только сочувствие. За все время службы Антон постоянно слышал от американских пилотов стандартные доклады о техническом состоянии, обычно завершающиеся фразой «Альфа один». Это означало, что с самолетом все О’К. Если пилот выдавал в эфир «Альфа два» или «три», это говорило о мелких неполадках, позволявших выполнять задание. «Альфа четыре» Антон слышал впервые. Видимо у этого «Ориона» отваливался хвост, а крылья болтались как мокрое белье на ветру. Первой на призыв о помощи откликнулась испанская авиабаза НАТО «Саргассово море».

– «Тень принца Гамлета», вызывает «Саргассово море».

– Аллё, «Саргассово море», слышу хорошо. Срочно прошу посадку. Имею серьезные неполадки в системе управления и двигателях.

– Полетай минуту, сейчас проверю наличие свободных полос.

Спустя несколько минут диспетчер базы «Саргассово море» снова вышел в эфир и извиняющимся тоном сообщил:

– «Тень принца Гамлета», у меня всё под завязку. Придется полетать ещё полчасика, пока кто-нибудь не стартует.

– Да ты что, с ума сошел? Я почти падаю! – орал пилот.

– Мест нет. – заявил диспетчер и отключился.

В ответ радиоволны донесли донесли многозначительный рык пилота самолета-разведчика. Выхода у него не было и приходилось либо долбиться до победного в эфир, либо просто падать в море. Спустя секунду он снова заголосил.

– Всем станциям!!! Говорит терпящий бедствие военный самолет НАТО. Позывной «Тень принца Гамлета». Срочно прошу посадку.

На этот раз откликнулись сердобольные радисты с английской авиабазы НАТО «Крампутон». Помимо обслуживания самолетов эта база была главным европейским военным метеоцентром.

– «Тень принца Гамлета», вызывает «Крампутон».

– «Крампутон», слышу вас хорошо.

– Могу передать сводку погоды на Нью-Йорк.

Это сообщение было последней каплей. Пилот «Ориона» взбесился и начал открытым текстом выдавать в эфир выражения, которым Антона заранее не обучали. Только природная тяга к иностранным языкам помогла ему кое-что разобрать. Наиболее безобидным выражением пилота было «на кой хрен мне твоя погода» и «засунь ее себе…» Смысл всех остальных фраз нестандартного радиообмена сводился к извращенным формам секса между пилотом самолета-разведчика и всем производными от авиабазы «Крампутон». Скорее всего, уши диспетчеров остальных авиабаз НАТО, вынужденно слушавших эту перепалку, покраснели и свернулись в трубочку. Антон также утомился и перестроился на другую волну, на которой переговаривались два «косяка», то бишь заправщика.

Радиообмен оказался не менее интересным, хотя и не столь эмоциональным. «Косяки» летали севернее Англии и только что закончили дозаправку четырех тактических истребителей F111. Отчитав доклад об успешной дозаправке тактики одному из диспетчеров того же «Крампутона», они сменили частоту и решили немного поговорить за жизнь. Военные пилоты НАТО позволяли себе это не в пример чаще, чем их русские коллеги, от которых кроме стандартного текста докладов и стандартного мата ничего более интересного слышно не было.

– Эй Боб, – спросил пилот «косяка» с позывным Hacker 110, – ты знаешь, что к нам на базу пришла служить новая девочка-диспетчер?

– Нет, Джонни, – откликнулся Hacker 100, – я вчера был в увольнении, а сегодня сразу за штурвал, как пришел.

– Интересная штучка, я тебе доложу.

– Блондинка или брюнетка?

– Блондинка Боб, а фигурка у нее…

– А звать-то ее как? Небось уже познакомился.

– Ага. Звать Лесли. Только что из училища военных радистов. Еще совсем зеленая.

– Женщина, Джонни, зеленой никогда не бывает. Ну, если не считать детей, конечно. А дети меня не интересуют.

– Кстати, Боб, она сейчас на дежурстве. Не хочешь пообщаться? Работает как раз с заправщиками, поскольку с нами на первых порах спокойнее. Мы – парни не торопливые.

– Ну, это смотря в чем. На дежурстве, говоришь?

– Ага. Прямо сейчас, я уточнял перед вылетом.

– Ну, что-ж, поболтаем.

Пилот Hacker 100 снова перестроился на основную рабочую частоту и стал вызывать КП авиабазы «Крампутон» державшее связь с «Косяками».

– «Крампутон», «Крампутон», здесь Hacker 100!

Спустя некоторое время ему ответил приятный женский голосок, чуть-чуть застенчивый и испуганный, как показалось Антону.

– Hacker 100, вас слушает «Крампутон».

– Примите контрольный доклад о дозаправке тактики.

– Готовы, – ответила девушка, и в ее голосе снова послышались нотки боязни дилетанта.

– Альфа, браво, виски, тенгоу, джулиет, семь, три, девять, ромио, папа, лима, оскар, девять, четыре, семь, майк, один, три…

И пилот запустил длиннющий доклад, который диспетчер должен был в точности воспроизвести. После полного повтора доклада необходимо было запросить подтверждение точности приема у пилота и, если были ошибки, проделывать процедуру до победного конца. Девушка трудолюбиво повторила доклад из 200 пунктов и уточнила правильно ли всё приняла.

– Ошибки в двадцать восьмом, шестьдесят девятом, восемьдесят втором и сотом пунктах, – добродушно поправил пилот.

Лесли снова принялась перечитывать в эфир длиннющее сообщение. Проделав процедуру четыре раза Боб, наконец, смилостивился и дал отбой. Перестроившись на другую частоту он вызвал Hacker 110.

– Ну, как? – поинтересовался Джонни, с нетерпением ожидавший результатов знакомства.

– Все О’К, – ответил Боб, – Девчонка и правда хороша. Когда приземлимся, надо будет пригласить ее в кино.