class="p1">— Что ты знаешь? — прямо спросила я, от чего он подавился вином и закашлялся. — Расскажи.
— Пока не могу. — как-то жалобно ответил Венти. — Я, может, позже тебе расскажу. После того, как вылечим Двалина.
— Почему не сейчас?
— Это… тяжело. Нужно подобрать слова.
Отмазка звучала так себе, но у меня совсем не было желания с ним ссориться.
— Ладно, значит расскажешь позже. — смирилась я и решила пока уделить внимание документам в руках. — Можешь оставить меня одну?
— Конечно. Завтра увидимся. — с этими словами бард покинул помещение, оставив на стуле недопитую бутылку вина.
Завтра… Значит завтра эти ребята придут ко мне и потащат на Утёс Звездолова. Снова я кому-то что-то должна. Раздражает. Может эти бумажки хоть немного прольют свет на окружающие меня странности?
Глава 12: Архивы и слёзы
В старых документах, что мне подсунули для вечернего чтива, оказались записи о последнем дне перед какой-то войной. На одном листке был рисунок Итэра и Люмин. Нарисованные они ничем не отличались от игровых персонажей, только взгляд у обоих был изображён суровым, совсем не подходящий таким милым лицам. На другом листке описывались приготовления к сражению в стране Каэнри’ах. А на третьем — размышления писаря о завтрашнем дне, когда они ожидали удар врага.
«Шансы одолеть богов Селестии очень малы.» — гласил последний абзац, который особенно привлёк моё внимание. — «Но теперь у нас есть надежда на удачный исход этого боя. Не знаю, почему Она встала на нашу сторону, сейчас это не имеет значения. По словам духа ветра, что принёс вести о сегодняшнем дне, божественную кару приведёт тот, кому Она противостоит. Если бы Она не пришла, удар стал бы неожиданностью для всех. Теперь, когда с нами Её благословение удачи, мы сможем дать отпор тем, кто планирует принести смерть в нашу страну.»
На этом запись заканчивалась, а в уголке листка был ещё один рисунок попроще, более схематичный — видимо нарисованный второпях. Это было лицо Люмин (теперь уже моё лицо). Рядом с её головой было изображено что-то среднее между феей и магом Бездны. А не Венти ли это в своём настоящем обличии?
Я отложила документы на стул возле кровати, где стояла недопитая бутылка вина, и сползла с подушки на матрас. Голова гудела от новой информации. Может её и было чуть-чуть, но кое-что теперь становилось понятно. Пусть в этих записях и не указывалось имён, рисунки говорили сами за себя. Теперь понятно, откуда Венти знает Люмин. Они общались ещё тогда, когда ребята из Селестии уничтожили Каэнри’ах.
В каноне не было об этом информации. Значит единственный безопасный способ узнать — расспросить Венти. Он, конечно, может быть очень упёртым, если не хочет что-то рассказывать, но я попробую найти рычаги давления. А пока следует отдохнуть перед завтрашним днём.
Ночь выдалась беспокойной. Возможно из-за всего пережитого за последние сумасшедшие сутки, возможно из-за прочитанных документов, но выспаться совсем не получилось. Сны были путанные, беспокойные… Ярче всего запомнилась картинка людей, с которыми я о чём-то говорила. У них всех в глазах вместо нормального зрачка были звёзды, совсем как у Кэйи.
Значит, в голове Люмин действительно живут воспоминания о каэнрийцах…
Утром, к моему большому удивлению, ко мне заглянула Эмбер. Она ужасно переживала обо мне, но вчера её не пустили. Сегодня же прийти получилось. Видимо Джинн дала ей добро на посещение. Подруга принесла мне овощной суп, пасту с томатным соусом и яблочный сок. А ещё мятное желе собственного приготовления. На вид и на вкус оно, определённо, было лучше стейка скаута-чемпиона, которым она накормила меня в первый день.
Оказывается, переживала не только Эмбер. Сара тоже волновалась о моём состоянии (или о перспективах потерять прибыль). Сама она не могла сейчас меня навестить из-за работы. Пока я валялась на больничной койке, ей пришлось справляться со всем самостоятельно. А, учитывая вчерашний поход в лес, то халявлю я уже второй день подряд, хотя начала работать совсем недавно. Поэтому она отправила Эмбер с доставкой еды для раненой, а заодно узнать о моём состоянии здоровья.
— Монахини сказали, что отпустят меня через день-два. — заверила я её.
— Этого точно хватит чтобы восстановиться? — переживала Эмбер. — После того, что случилось-то. Подумать только, полетать на драконе и выжить! Ещё и усыпить его! Фелика, ты невероятная! — с восхищением сказала она.
Просто на мне клеймо главной героини вашего мира, вот и всё. Так я хотела ответить, но вместо этого лишь неловко засмеялась. Да и не уверена я уже, действительно ли мир зациклен на мне. Возможно он завязан и на ком-то ещё.
— Ты молодец, что спасла Тевкра! — продолжала говорить девушка. — Бедный ребёнок ужасно перепугался, когда дракон спикировал прямо на него. Сейчас он в порядке. Всё ждёт, когда тебя выпустят, хочет отблагодарить подарком.
— А что с дипломатами из Снежной?
Меня больше беспокоил этот вопрос…
— Не знаю, чувствуют ли они себя виноватыми, что не уследили за своим подопечным, но стали более смирными. С этим ребёнком вообще какая-то мутная история… — охотно делилась Эмбер слухами на эту тему. — Кажется он сбежал из дома в поисках своего брата и в одиночку заявился в нашу страну. Представляешь?! Наверное его брат какая-то важная шишка в Снежной, раз эти люди так носятся с Тевкром… — задумалась она.
— Скорее всего так оно и есть. — согласилась я.
Ты даже не представляешь, Эмбер, насколько ты права. Если бы с Тевкром тут что-то случилось, Тарталья открутил бы голову всем этим ребятам из Снежной, мондштадцам и дракону заодно. Я спасла вас от катастрофы похуже Ужаса бури. Но, конечно же, об этом я ей не скажу. Хорошо, что с мелким всё в порядке. И, я надеюсь, что больше рояль из него не сделают.
Пока мы болтали, к нам пришла Джинн. Используя как предлог какое-то поручение, она быстро спровадила Эмбер и помогла мне встать на ноги. Хоть вино меня подлатало и ничего больше не болело, слабость в теле всё ещё была и я еле держалась на ногах.
Когда мы вышли из собора, возле статуи Барбатоса нас ожидали Дилюк и Венти. Первый стоял с привычным недовольным видом, скрестив руки на груди, а второй прикрывал краем своего зелёного плаща что-то, что держал в руках. Я была уверена, что это та самая лира.
— И как мы пойдём? Она еле ноги волочит. — сказал Дилюк, когда мы приблизились к ним на достаточное для тихого разговора расстояние.
— Для этого ты здесь. Понесёшь её. — ответила Джинн.
К моему
