для Ангелины Станиславовны труда не составило.
– Гела с помощью Жоры меня уничтожит, – подытожил Захар трагическим голосом.
Я под его причитания разобрала пакеты с продуктами, налила в чайник воды. «Почти полночь, а я бы съела чего-нибудь. И не печеньку, а кусок мяса или колбасы. И булочку. Не съем – не засну!» – подумала я, нажимая кнопку на чайнике.
– Я тут макароны прикончил, ничего? – Захар кивнул на пустую сковороду.
– Да на здоровье.
– Так ты меня не выгонишь? Мне дело одно нужно довести до конца в этом городе, я потом куда угодно смогу уехать. Хотел в Питер. Или в Москву. Там легче затеряться. Или за бугор… если успею!
– А тебе обязательно нужно скрываться? Захар, найти человека сейчас не проблема. Ты же не собираешься документы менять?
Он молчал, а я вдруг подумала, что не в смерти Жанны дело. Нет, он, конечно, ее толкнул, но слегка… Стоп! Почему упала как подкошенная? Ей стало плохо? С чего вдруг так резко?
Я закрыла глаза, в подробностях вспоминая то, что «увидела» раньше… Когда Захар нес Жанну на руках, она что-то ему говорила…
– Захар, вспомни, что конкретно говорила Жанна, когда вы поднимались по лестнице в спальню?
– Чепуху молола, как всегда. Что бросит меня первой уже скоро. Пошлет нас всех… ну, по направлению туда… Да, пить бросит. Потому что новая жизнь начнется. Ничего конкретного, я все это слышал не раз.
– То есть, когда ты ее опустил на кровать, она была в хорошем настроении…
– Да в прекрасном! Смеялась как дура…
– Да, слышала… – Я задумалась, пытаясь вспомнить выражение лица Жанны в тот момент, когда она просила о помощи.
– Тьфу, никак не привыкну… Ты где слышала? Там, у себя в голове?
– В голове… – машинально ответила я. – Захар, тебе не показалась, что она чего-то резко вдруг испугалась? Глаза широко открыты, потом как бы взгляд уплывает в сторону… И ты ее легонько толкаешь… А падает она рядом с кроватью… Нет, это не просто испуг! Скорее страх, даже ужас. Что или кто ее так напугал? Ты точно был один? Дверь в коридор была открыта?
– Да, я как пнул ее ногой… А что, там еще кто-то был, думаешь? За моей спиной?
– Не знаю, не видела… Ей стало плохо, Захар! Так плохо, что она… успела испугаться, что умирает! – У меня по позвоночнику пробежал холодок. – Сердце? У нее были проблемы?
– Не было у нее никаких проблем со здоровьем! В марте из Италии вернулась, успела до того, как выезд закрыли. Ездила туда по туристической визе – Фандо подарок сделал на именины. Так вот, все, кто был с ней в группе, – с вирусом, кто-то даже тяжелый. А она отсидела в изоляции в доме две недели, выпила коньячку литров так пять, никаких тебе последствий. Я в это время в родительской квартире жил… Красота… Здорова Жанка, начинай завидовать!
– Думай, что говоришь, Тальников! – оборвала я его.
– А, ну да. Так ты думаешь, отравилась пойлом? И не я ее?…
– Или отравили, – неожиданно вырвалось у меня, и я вновь почувствовала, как холодеет спина.
Глава 9
– Да брось, кому, к лешему, нужно ее травить? – повеселел Захар разом. – Точно допилась!
– Это всего лишь мои предположения!
– Нет, Лянка, я тебе верю. Фу, отпустило… спасибо! – расслабился он окончательно. – Расскажешь, что там полиция нарыла? Деда кто на тот свет отправил, версии есть?
– Скорее, никто. Вскрытие будет, но эксперт утверждает, что он умер от сердечного приступа. – Я решила умолчать об избиении старика.
– Круто! А ты? Ты знаешь?
– Нет, Захар. Я устала, давай-ка по чаю и спать. Ляжешь в кабинете на диване. Да… завтра к девяти нам с тобой в местную полицию на опрос.
– И мне?! Ты что, меня сдала?!
– Ну, прости. Не все следы твои уничтожила!
Я смотрела на перепуганного насмерть Захара и понимала, что он не играет. Он действительно боится – только понять бы, чего именно.
– Меня подозревают? Или тебя? – взял он себя в руки.
– Никого. Егор Романович умер около полудня. Ты ведь был в это время в офисе? Сотрудники подтвердить смогут?
Захар, не ответив, отвел взгляд в сторону.
– Не было тебя на работе, так? А где ты был в это время? – Я протянула к нему руку.
– Не трогай! Не было меня там, да! Но и на даче меня не было, надеюсь, ты понимаешь? Я вообще о твоем дедке от тебя услышал впервые!
«Ого! Сколько эмоций!» Мне вдруг стало грустно. Нет, задело не то, что не доверял мне. Передо мной сидел, пряча взгляд, трусоватый молодой мужчина, внешне похожий на того Захара, которого я помнила со школьных лет. А я все еще не могла заставить себя отпустить его – того, прежнего. «Я все скажу Жанке, Ляна. Вот сейчас она проснется, так сразу!» – говорил он мне после той ночи на даче. Мы стояли у открытого кухонного окна, слушая утреннее пение птиц. Я молча кивала в ответ, млея в его объятиях и подставляя губы для легких поцелуев. Вдруг руки его разжались, он резко отшатнулся. Я обернулась – по лестнице из мансарды спускалась Жанна. Я невольно вздохнула – даже сонная и растрепанная она была бесподобно красива. Шагая со ступеньки на ступеньку ножкой с туго вытянутым носком, она словно танцевала. Длинный пеньюар, небрежно накинутый на обнаженные плечи, вился за ней шлейфом. Вдруг на последней ступеньке она споткнулась, Захар рванул к ней, успел подхватить до падения. Усадив ее на диван и бросив на меня умоляющий взгляд, опустился рядом. «Потом, ладно?» – прочла я по губам не высказанную вслух просьбу. Тогда я не сомневалась – «потом» обязательно наступит.
Он не обманул, рассказав Жанне о той ночи. И в тот же день честно признался мне, что может быть мне лишь другом: они с Жанной после школы женятся. Уже все решено. «Да без проблем, Тальников», – равнодушно бросила я ему в ответ. Тогда я приняла
