вполне могло оказаться просто пшиком.
Всё это время меня продолжала мотивировать лишь глупейшая мысль о том, что, раз уж я начал, то было бы максимально обидно не довести дело до конца. И, к счастью, мои усилия всё-таки не пропали впустую.
Стоило восьмому кругу стать на своё место, а диску — сформироваться, как вся эта система, раньше невиданная ни одним магом, вздрогнула от могучей волны маны. Она будто бы подстегнула круги, которые начали ускоряться, вращаясь всё быстрее и быстрее.
В какой-то момент даже для меня, через тысячекратное ускорение, их скорость стала довольно быстрой. И мне даже не хотелось представлять, как быстро они вращались в реальности. На таких скоростях одна крошечная дестабилизация привела бы к катастрофе, не просто повредившей бы круги, но разорвавшей бы их на мириады осколков и наверняка убив меня в итоге.
Вот только никакой дестабилизации не было и в помине. Из-за ровной формы диска, пришедшей на смену хаотичному вращению во всех плоскостях, система из восьми кругов продолжала разгоняться без какого-либо видимого предела.
И в какой-то момент я, к своему удивлению и ужасу, заметил, что яркое сияние восьми кругов начинает постепенно растекаться по всей поверхности диска. Как будто скорость, с которой они вращались, стала настолько огромной, что начала расплющивать даже составлявшую круги энергию.
Однако, сделать с этим я уже ничего не мог. Любое вмешательство с моей стороны неизбежно стало бы той самой дестабилизацией, приведя меня к смерти. Так что единственное, что мне оставалось — это наблюдать за метаморфозой моих кругов, гадая, что же я сотворил.
В мире моря прошло полмесяца, что означало около двадцати минут в реальности. Восемь кругов пропали окончательно, сменившись одним равномерно сияющим диском. И, наконец, я ощутил, что он начал замедляться, пока не остановился совсем спустя ещё пару дней.
Тяжело дыша, я поднялся на ноги. Я больше не контролировал свою ману, но диск маны никуда не делся и, похоже, теперь это было его естественное состояние. Оставалось только принять трансформацию и понять, какую я мог получить от этого пользу. Не просто ведь так я убил на всё это почти триста лет.
Ради эксперимента я создал формулу Контроля пламени, совершенно не представляя, что можно ожидать. Однако лёгкость и плавность, с которой диск маны передал заклинанию энергию, стала для меня настоящим шоком.
У меня были воспоминания Бафомета и я точно знал, каково это — быть архимагом. Но даже десяток кругов не предоставлял подобного уровня контроля.
Более того, для меня теперь был потерян смысл мыслей о том, сколько кругов задействовать для заклинания. Диск маны позволял одновременно создавать и контролировать сколько угодно заклинаний, вливая в них столько энергии, сколько мне хотелось.
Количество моей маны не выросло ни на грамм. Но благодаря возросшим скорости активации, контролю, тонкости манипуляций и масштабу использования энергии эффективность моей магии увеличилась в разы.
Я экспериментировал, пока не истратил почти всю ману, но этого было даже близко недостаточно, чтобы в полной мере понять и прочувствовать произошедшие перемены. Однако, когда я уже собирался спрятать гримуар обратно в свою душу, и приказал ему закрыться, мой взгляд зацепился за страничку с оглавлением. И испытанный мной в этот момент шок оказался едва ли не больше, чем от эффектов диска маны.
Доступные заклинания:
[Воля Ардиба ( SSS)]+
[Поцелуй Маалы ( SSS)]+
[Лемегетон ( SSS)]+
[Стрела шторма ( SSS)]+
[Техника тела Амат ( SSS)]+
[Жертва Богу Времени ( SSS)]+
[Бескрайний разум Дьявола ( SS)]+
[Адский кукольник ( SS)]+
[Контроль пламени ( SS)]+
[Благословенный светоч ( S)]+
[Мифриловая ваджра ( S)]+
[Пространственное искажение ( S)]+
[Сканер битвы ( S)]+
Во-первых, заклинания больше не имели привязки к кругам. Похоже, потому, что кругов у меня больше не было. Но даже не это привлекло моё внимание, а плюсики, стоящие рядом с Волей Ардиба и Поцелуем Маалы. Заклинания максимального ранга и максимального круга, более того, волю самих богов, стало возможно скомбинировать.
И ждать какого-то удобного случая, чтобы испытать эту возможность, я не собирался.
Комбинирование. Воля Ардиба плюс Контроль пламени. Что-то мне подсказывало, что Воля бога огня отлично подойдёт к этому заклинанию. Вот только за мгновение до того, как я успел подтвердить комбинирование, всё вокруг потемнело и я провалился в забытье.
Чтобы через пару секунд очутиться в уже знакомом мире белоснежного ничто. Похоже, со мной вновь желали пообщаться высшие сущности.
— Дитя, мы, Шарив, приветствуем тебя снова! — голос бога войны и металла громом отдался в ушах.
— Здравствуйте-здравствуйте, — улыбнулся я, уже понимая, что означает этот неожиданный вызов на ковёр к богам. — Неужели я выиграл пари?
— Да, так и есть! — было непонятно, чего в голосе Шарива было больше, удивления, похвалы или недовольства. — Если ты используешь странную способность своего гримуара, вышедшего за границы дозволенного смертным, то печать Ардиба на твоей душе будет стёрта. Так что поставленное нами условие ты выполнил. И даже меньше чем за год вместо уговоренных двух лет! Несмотря на то, что нам было бы очень жаль терять такого ценного последователя, но мы не можем не поаплодировать твоей находчивости.
— Правильно ли я понимаю, что созданный мной диск маны — это то, какого состояния круги должны достичь в итоге естественным путём?
— Не совсем. Это лишь один из множества возможных исходов. Но, в любом случае, то, что ты смог достичь подобного результата, даже не став архимагом — поразительно.
— Спасибо за комплимент, — хмыкнул я. — Но вы ведь не забыли, что мне за победу в пари полагается награда?
— Конечно, не забыли! Когда ты вернёшься в реальность, вместо печати Ардиба будет моё благословение. Мы не можем позволить тебе использовать комбинирование на печати, потому как тогда есть шанс, что сам Ардиб понесёт урон. Твой гримуар — действительно очень странная вещь, выходящая за рамки всех наших представлений о возможном.
Мысленно я вздрогнул. Похоже, именно об этом и говорила Маала, о шторме вероятностей, закручивающемся вокруг меня. Получается, комбинирование в его теперешнем виде появилось не только благодаря духу Бафомета, но и из-за искажения мной системы причинности.
— Рад это слышать. И, надеюсь, теперь я достаточно компетентен, чтобы вы посвятили меня в подробности вашей борьбы с Маалой? Я уже устал слышать от Ризеллы и близнецов о том, что они не могут что-то мне рассказать без вашего дозволения.
— Да, конечно, — голос Шарива посерьёзнел. — Мы расскажем тебе то, что тебе следует знать. И надеемся, что в грядущей войне ты сможешь стать надёжным союзником для наших избранных. Потому что, к огромному сожалению, из одиннадцати кандидатов за время, прошедшее с нашего последнего разговора, двое уже умерли.
— Это очень нехорошо, — тяжело вздохнул я.
— Так и есть. Маала стала намного активнее и сдержать её становится всё труднее. Так что времени у вас остаётся всё меньше. И мы действительно рады, что ты вместе нашими избранными становитесь сильнее быстрее ожидаемого. К сожалению, есть немалые шансы, что даже этого будет мало. А потому мы хотим, чтобы ты, покинув Замок Семи Невзгод, кое-что сделал.
— Что?
— Нам нужно, чтобы ты так быстро, как только сможешь, отправился за Край.
Глава 10
— Край? — я нервно хмыкнул. — Напомните, может быть я забыл. Это тот самый Край, где бесконечное количество серых, где остался владелец руки, которую я с огромным трудом отрубил, только уничтожив портал Бафомета, и где гуляет тварь, сумевшая победить Агура? Я, конечно, не говорю, что я слабак или вроде того. Но в моих планах было, прежде чем даже задумываться о контратаке на серых, достичь минимум уровня архимага.
— Мы прекрасно понимаем, на что ты сейчас способен, и что Край для тебя — смертельно опасное место. Однако недавно наша связь с Агуром была временно восстановлена и он передал, что, хотя ещё держится, жить ему осталось недолго. Он сумел скрыться от преследования и сейчас прячется. Но, как только он умрёт, заклинания, прячущие его от серых, исчезнут. Нельзя допустить,
