Читаем без скачивания На всех парах - Терри Пратчетт

Предполагалось, что Колон и Шнобби должны сейчас делать обход Теней, но Колон делегировал эти полномочия новым рекрутам. «Хорошая возможность для них поднабраться опыта, Шнобби, - сказал он. - А этот паровой двигатель, похоже, опасная штука, нужно, чтобы кто-то за ней присмотрел – скажем, пара опытных офицеров, которые готовы рискнуть жизнями ради общественного блага».

— Молодой человек, прошу прощения, - снова послышался голос. Говорившей оказалась задерганного вида дама с двумя мальчиками по пятам, которые отнюдь не желали следовать по пятам и ждать своей очереди на поездку и выражали недовольство теми в высшей степени раздражающими способами, на которые способны только дети. В попытке отвлечь их от полемики, которая доставляла бездну неудобств всем окружающим, она обратилась к ближайшим официального вида людям в надежде, что они развлекут ее потомство

— Мы просто хотели спросить, не могли бы вы нам рассказать, как локомотив работает? - спросила она.

Фред Колон глубоко вздохнул:

— Ну, госпожа, как вы видите, там есть котел. Он кипит, как чайник.

Этого оказалось недостаточно для младшего мальчугана, который немедленно заявил:

— У мамы тоже есть чайник. Но он никуда не ездит..

Мать предприняла еще одну попытку:

— И как этот «котел» работает?

— Ну, видите ли, он посылает горячую воду в двигатель, - сказал Шнобби поспешно.

— Правда? – сказала дама. – И что потом?

— И потом горячая вода идет в колеса.

Старший мальчик посмотрел на него скептически:

— Да? И как это происходит?

— Думаю, сержант вам об этом расскажет, - нашелся загнанный в угол Шноббс.

Бисеринки пота выступили на лице Колна. Дети таращились на него, как на какой-то экспонат.

— Ну, вода намагничивается, - неуверенно сказал он, - из-за того, что все крутится.

— Не думаю, что все так устроено, - сказал старший мальчик.

Но Колон проигнорировал это замечание. Его понесло.

— Вращение вызывает магнетизм, вот почему вода держится там. В колесах полно железа, поэтому поезд и держится на железной дороге. Магнетизм.

Младший мальчик сменил тактику:

— А почему он пыхтит?

— Потому что он напыщенный, - выдал Колон в порыве вдохновения. – Слышали такое слово – «напыщенный»? Вот откуда оно пошло.

Шноббс посмотрел на товарища с восхищением:

— Правда? Я никогда не задумывался об этом, сержант.

— И когда он достаточно напыщен, магнетизма становится достаточно, чтобы ехать по рельсам.

Последняя фраза была добавлена в надежде, что вопросов больше не последует. Но с детьми такие номера не проходят. Старший мальчуган решил блеснуть знаниями, полученными от друзей, которые уже побывали на паровозе.

— А разве это не связано с возвратно-поступательными движениями? - спросил он с блеском в глазах.

— А, ну да, - беспомощно проблеял Колон, - нужны воз-врат-но-по-сту-па-ли движения, чтобы получить правильную напыщенность. И когда все пыхтит и возвратно-поступает, можно ехать.

Младший мальчик по-прежнему озадаченно произнес:

— Я все еще не понимаю, мистер.

— Ну, наверное, ты просто еще слишком мал, чтобы понять, - раздраженно сказал Колон, найдя выход в оправдании, используемо раздраженными взрослыми на протяжении тысячелетий. – Очень техническая штука это пыхтение. Наверное, не стоит даже пытаться объяснять это детям.

— Думаю, я тоже ничего не понимаю, - сказала мать.

— Знаете часовой механизм? – пришел на помощь Шноббс. – Так вот, это то же самое, только больше и быстрее.

— А как он заводится? - спросил старший мальчик.

— Ах, да, - сказал Колон, - этот пыхтящий звук бывает именно от завода. Когда его заводят, он пыхтит.

Младший мальчик поднял заводную игрушку, которую держал в руках, и подтвердил:

— Да, мама, ты ее заводишь, и она едет.

— Правда… Хорошо, спасибо вам, господа, за такой содержательный разговор, - вымолвила совершенно сбитая с толку леди. – Думаю, мальчиков это впечатлило. - И она протянула Колону несколько монет.

Колон и Шнобби проводили взглядом счастливое семейство, поднимающееся в вагон.

— Приятное чувство – быть полезным обществу, да, сержант? - сказал Шнобби.

Карета Мокриста остановилась у дворца, и он помог обессиленному Стукпостуку подняться по лестнице. Удивительно, но он начинал жалеть беднягу, который выглядел сейчас, как поедатель лотосов, у которого закончились лотосы[23].

Мокрист очень осторожно постучал и дверь кабинета патриция, и ему открыл один из темных клерков. Клерк уставился на Стукпостука и с подозрением – на Мокриста, а даже лорд Ветинари удивленно приподнялся со своего места, заставляя Мокриста занервничать под перекрестным обстрелом взглядов. Мокрист встряхнулся и бодро отрапортовал:

— Должен сообщить, сэр, что мистер Стукпостук благородно, бесстрашно и целиком по собственной инициативе помог мне сформировать мнение относительно практических аспектов этого новомодного паровоза, неоднократно рискуя жизнью при этом, а я, со своей стороны, убедился, что правительство имеет должную степень контроля над этим предприятием. Сэр Гарри Король финансирует дальнейшие исследования и испытания, но лично я, милорд, считаю, что железная дорога сорвет банк. Этот прототип уже способен везти больше груза, чем десяток лошадей. Мистер Симнел очень тщателен и дотошен в своих изысканиях, к тому же, люди уже полюбили Железную Герду.

Мокрист ждал. Лорд Ветинари способен переиграть в гляделки даже статую, не говоря уже о том, чтобы заставить ее занервничать и во всем сознаться. Мокрист обезоруживающе улыбнулся, что, как он знал, раздражало Ветинари сверх всякой меры, и в Продолговатом кабинете воцарилась мертвая тишина, пока пустой взгляд и радостная улыбка пытались пробиться в какое-то другое измерение. Его сиятельство, все еще в упор глядя на Мокриста, сказал ближайшему темному клерку:

— Мистер Уорд, будьте любезны, отведите мистера Стукпостука в его комнату и отмойте его, если вас не затруднит.

Когда они вышли, лорд Ветинари сел и забарабанил пальцами по столу.

— Итак, мистер Губвиг, вы верите в паровоз, не так ли? Похоже, мой секретарь тоже под большим впечатлением. Я никогда не видел, чтобы он был так взволнован тем, что не написано на бумаге, и вечерний выпуск «Таймс» разделяет его точку зрения.

Ветинари подошел к окну и взглянул на город. Помолчав несколько мгновений, он продолжил:

— Что может сделать простой мелкий тиран перед лицом необъятной, многоголовой тирании общественного мнения и, к сожалению, свободной прессы?

— Простите, сэр, но ведь вы, если захотите, можете велеть газетам заткнуться, разве не так? Запретить поезд и посадить в тюрьму, кого только захотите.

Все еще глядя вниз, на город, лорд Ветинари сказал:

— Вы умны, мистер Губвиг, и, несомненно, талантливы, но вы все еще не обрели добродетель мудрости; а мудрость говорит могущественному правителю, что, во-первых, он не должен сажать в тюрьму всех, кого он захочет, чтобы оставить там место для тех, кого он видеть не хочет, а во-вторых, простое бездумное отторжение чего-то, кого-то или какой-либо ситуации не является поводом для решительных действий. Таким образом, хотя я и дал вам разрешение продолжать проект, это не значит, что я его полностью одобряю.

Патриций немного подумал и веско добавил:

— Пока что.

Он помолчал еще некоторое время, а затем, словно бы эта мыль только что пришла ему в голову, сказал:

— Мистер Губвиг, вы считаете возможным для поезда проделать путь отсюда, скажем, до Убервальда? Это путешествие не только очень медленно, неудобно и утомительно, но и чревато многими… хмм… опасностями и ловушками для неподготовленного путешественника. – Он помедлил. – И для невезучего бандита, разумеется.

— А, это там, где леди Марголотта живет, сэр? - беспечно сказал Мокрист. – Но тогда придется придумать что-то с перевалом Вилинус. Там очень опасно. Бандиты наловчились сбрасывать на кареты валуны.

— Но вы ведь знаете, мистер Губвиг, приемлемого пути в объезд не существует.

— В таком случае, милорд, придется построить что-нибудь вроде… бронепоезда, - сказал Мокрист, яростно соображая. Его немного успокоило то, что лицо лорда Ветинари просветлело, когда он услышал слово «бронепоезд» и повторил его два или три раза.

— Такое возможно? - спросил он наконец.

В вертящемся, как белка в колесе, сознании Мокриста возникла мысль: возможно? В самом деле, возможно ли? Это ведь больше двенадцати сотен миль! Больше двух недель в карете, и это если вас не ограбят по дороге, но кто попытается ограбить бронепоезд? Двигателю нужна вода, и как пополнять запасы угля в дороге? Цифры завертелись в его голове. Станции, емкости для воды, горы, ущелья, мосты, болота.. . Так много вещей, способных сорвать весь проект…