Ответить на этот вопрос прямо было невозможно, и Тори сказала притворно веселым голосом:
— Как я и ожидала. А как папа?
Дорис поняла, что Рэнд рядом, и не стала настаивать на ответе.
— Папа в прекрасной форме. Он работает дома, много гуляет, причем категорически отказывается от провожатых. И вообще старается заботиться о себе сам.
— Очень рада это слышать, мама! Но все же приглядывай за ним, ладно? Я так люблю вас обоих!
— И мы тебя тоже очень любим.
— Мамочка, извини, мне очень некогда. Я позвоню тебе вечером.
— Хорошо, родная! Поговорим позже.
— До свидания, мама!
Тори положила трубку и повернулась к Рэнду. Ему, без сомнения, их разговор показался странным, но объясняться она не хотела. Однако Рэнд заговорил сам:
— С каких это пор твоя матушка так пристально за тобой следит? Я что-то не припомню, чтобы Дорис хоть раз упрекнула свою несравненную дочку за то, что та не позвонила.
— Мама изменилась с тех пор, как у отца случился сердечный приступ. Ее беспокоит, когда от меня нет известий. А вчера я обещала позвонить ей из гостиницы, но забыла! Вот она и отчитывала меня добрых четверть часа.
Рэнд знал, что Тори о чем-то умалчивает, и это выводило его из себя. Конечно, думал он, ее объяснения вполне логичны и складны. Но действительную причину тревоги своей матери она явно скрыла.
Вернувшись к компьютеру, Тори углубилась в работу. Рэнд продолжил разборку бумаг. В комнате вновь стало тихо.
Прошел еще час. Телефон звонил неоднократно, и Рэнд обсуждал с кем-то деловые вопросы. Из этих разговоров Тори поняла, что большинство его проблем так или иначе связано с неисправностью компьютера, и ей захотелось как можно скорее помочь мужу. Пальцы почти механически нажимали на клавиши, а глаза не отрывались от экрана. Постепенно в голове складывался стройный план дальнейших поисков исчезнувших файлов. Тори подняла было голову, чтобы поделиться некоторыми мыслями с мужем, но в этот момент из коридора донесся тревожный крик Дороти, звавшей Рэнда. Что-то случилось.
Рэнд опрометью бросился в коридор, Тори выскочила следом. Дверь из кухни во двор была распахнута настежь, и голос Дороти, сопровождаемый причитаниями Джералдайн, слышался уже с улицы.
— Что случилось?! — крикнул Рэнд бежавшей ему навстречу служанке.
— Минди упала с качелей. Мы с Дороти сидели на кухне у окна и наблюдали за ней. Качели слишком сильно раскачались. Дороти крикнула, чтобы Минди была осторожнее. Тут она и упала!
— Это я, я во всем виновата! — рыдала Дороти. — Минди оглянулась на мой голос, отпустила веревки и упала!
Сердце Тори замерло от ужаса. Воображение уже рисовало ей распростертого на земле, окровавленного и сплошь покрытого ранами ребенка. Она подбежала к еще не остановившимся качелям.
Минди действительно лежала на земле. Но ужасных ран на ее теле не было, только слегка кровоточила ободранная при падении коленка. Дороти и Рэнд, склонившись над девочкой, осматривали ее ноги и голову. Тори и Джералдайн со встревоженными лицами стояли рядом. Опасаясь перелома, Рэнд осторожно просунул руку под спину и провел ладонью по позвоночнику.
Минди медленно открыла глаза. Четверо взрослых нагнулись к ней, вглядываясь в запачканное личико. Девочка недоуменно спросила:
— Я, кажется, упала?
Четыре головы утвердительно кивнули. По щекам Минди скатились две слезинки: ей стало себя жалко. И вдруг, легко вскочив на ножки, она подпрыгнула и повисла на шее отца. У всех вырвался вздох облегчения. Рэнд погладил дочку по головке и нежно поцеловал. Джералдайн перекрестилась и с легким осуждением посмотрела на проказницу.
— Слава Богу, пронесло! Слишком уж стара я для таких нервных встрясок! Могу и удар получить.
— Я тоже, — поддержала ее Дороти. Утерев слезы с лица Минди и ободряюще улыбнувшись ей, она сказала: — У тебя, возможно, будет немного побаливать головка после такого героического полета, но это скоро пройдет. А теперь иди-ка умойся — ты вся испачкалась. Джералдайн тебе поможет.
Джералдайн взяла девочку за руку и повела в ванную. Тори не спускала с них глаз, пока они шли по дорожке к дому. При этом она не замечала, что Рэнд и Дороти так же внимательно смотрят на ее блестящие глаза и мертвенно бледное лицо. Протянув руку, Дороти дотронулась до холодной, как у мертвеца, ладони Тори. Переглянувшись с сыном, она еле слышно шепнула ему на ухо:
— Бедняжка так переволновалась, что вот-вот упадет в обморок. — Дороти повернулась к невестке. — Не надо волноваться, Тори. У Минди немного поболит голова, пощиплет коленку — и все наладится. Тем более что падает она не в первый раз и, увы, не в последний! Помните, как она скатилась с лестницы? Тогда вы единственная из нас всех сохранили самообладание. Кстати, как и в большинстве подобных случаев!
Тори отлично понимала, что Дороти старается утешить и успокоить ее, но ничего не могла с собой поделать: она снова и снова представляла себе лежащую на земле бледную и бесчувственную дочь — и у нее перехватывало дыхание. Конечно, это всего лишь болезненное воображение, но не дай Бог такому случиться! Она этого не переживет…
— Ты же у нас сделана из льда, — мягко сказал Рэнд, стараясь поддразнить жену и отвлечь от ужасных мыслей, — и никогда не теряешь хладнокровия.
— Люди меняются, Рэнд, — ответила она слабым голосом и, повернувшись, медленно пошла вслед за Минди и Джералдайн.
Ноги ее не слушались, коленки дрожали, и Тори молила Бога, чтобы он не дал ей упасть. С величайшим трудом добравшись до двери, она вошла в дом. Джералдайн, увидев молодую хозяйку в таком состоянии, бросилась к ней.
— Что с вами?
— Думаю, ничего страшного. Просто надо прийти в себя.
— Если понадобится помощь, то я рядом.
— Спасибо, Джералдайн. Вы так добры к нам. А мы порой не ценим хорошее отношение.
— Не надо об этом, миссис Тори. Чего только не бывает в жизни! — Из детской раздался смех Минди, и Джералдайн, извинившись, поспешила к ней.
Тори вернулась в кабинет с намерением вновь погрузиться в работу. Но когда через несколько минут туда вошел Рэнд, то он сразу заметил, что руки ее лежат на коленях: было очевидно, что шок у жены еще не прошел. Такой реакции у всегда уравновешенной и рассудительной женщины Рэнд не ожидал, и его настроение ухудшилось. Какого черта?! Тори здесь меньше суток — и уже сумела перевернуть все вверх дном! В первую очередь растравила его душу. И неизвестно, что еще она может выкинуть.
Тори не слышала, как Рэнд вошел в комнату, но почувствовала его присутствие. Положив руки на клавиатуру, она принялась беспорядочно нажимать клавиши. Рэнд, сев за стол, тоже сделал вид, что пытается расшифровать коды, списанные час назад с экрана. Он смотрел на буквы и ничего не видел. Сознание блуждало где-то далеко. Перед глазами стояла Тори в вызывающей позе, с гордо поднятой головой — такой она предстала перед ними утром. Этот образ тут же сменил другой: полная отчаяния мать, бросившаяся к попавшему в беду ребенку. Казалось, это две разные женщины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
