Она замялась, словно хотела что-то добавить, но передумала и сменила тему.
— А Мирина, наоборот, предпочитает сидеть на одном месте. У нее свой бутик в Риме. Там-то она и познакомилась с Рэнделлом. Он модельер. Ее магазин сейчас торгует только его продукцией. Очень талантливый молодой человек. Это, кстати, его модель, — добавила Анна, показывая на свой комбинезон.
— Прелестная вещь. Значит, вы считаете, что у прокурора Тауэрс не было оснований тревожиться за детей? Ни про какие неприятности, которые ей пришлось бы улаживать, вы не знаете?
— Неприятности? Нет, ничего такого. У них все отлично.
— А ее бывший муж? Кажется, у него дела идут не слишком гладко?
— У Марко? — Анна пожала плечами. — Уверена, что он со всем справится. Знаете, я, в отличие от Сесили, в бизнесе не разбираюсь.
— А она разбиралась?
— Разумеется. Сесили всегда хотела знать, как именно обстоят дела, и на все имела собственную точку зрения. Я всегда поражалась, как она столько всего держит в голове. Если у Марко и были трудности, то она о них знала и наверняка предложила несколько способов поправить дела. Она была такая умница… — у Анны задрожал голос, и она прикрыла рот ладонью.
— Извините, миссис Уитни.
— Ничего, мне уже лучше. Знаете, очень помогает то, что ее дети здесь. Мне кажется, что и я им помогаю. Увы, я не умею делать того, что делаете вы, и найти убийцу не смогу. Но поддержать детей — смогу.
— Им повезло, что есть вы, — тихо сказала Ева, сама удивившись собственным словам. Странно, ей почему-то раньше казалось, что Анна Уитни просто зануда. — Миссис Уитни, вы не могли бы рассказать мне об отношениях прокурора Тауэрс с Джорджем Хэмметом?
— Они были близкими друзьями, — сдержанно произнесла Анна.
— Мистер Хэммет сказал мне, что они были любовниками.
Анна вздохнула. Она явно предпочитала не вдаваться в подробности чужой интимной жизни.
— Ну что ж, если он сам сказал… Так оно и было. Но я всегда считала, что он ей не пара.
— Почему?
— Слишком уж себе на уме. Нет, я прекрасно отношусь к Джорджу, он был Сесили отличным другом… Но разве женщина может быть по-настоящему счастлива, если почти каждый вечер ей приходится возвращаться в пустую квартиру, в пустую одинокую постель? Ей нужен был не просто друг, ей нужен был спутник жизни! Джорджа такое положение вполне устраивало. И Сесили убедила себя в том, что и ей это подходит.
— А на самом деле это было не так?
— Это не должно было быть так! — ответила Анна довольно резко — видимо, вспомнила старые споры с подругой. — Сколько раз я ей говорила, что жизнь не только в работе. Она просто относилась к Джорджу не настолько серьезно, чтобы рисковать.
— Рисковать?
— Я имею в виду мир чувств, — пояснила Анна. — Вы, полицейские, все-таки слишком буквально все понимаете. Она хотела, чтобы в жизни ее было все разложено по полочкам. А когда живешь с кем-то вместе, всегда возникают трения.
— Мне показалось, что мистер Хэммет сожалел об этом и очень ее любил.
— Если любил, почему не настаивал на своем?! — в голосе Анны снова зазвенели слезы. — Тогда она не умерла бы так, совсем одна! Она не была бы одна.
* * *
Ева выехала из тихого переулка, вырулила на обочину и резко затормозила. Ей надо было подумать. Не о Рорке, уверяла она себя. Об этом думать нечего. Все решено.
Вернувшись в участок, нужно будет в первую очередь запросить информацию о Дэвиде Анжелини. Если он так похож на отца, может, и он потерял на чем-нибудь крупную сумму? Заодно неплохо бы узнать побольше о Рэнделле Слейде и бутике в Риме.
Если что-то ее насторожит, она просмотрит списки летавших из Европы в Нью-Йорк за последние несколько дней.
Черт возьми, женщина, у которой все в порядке, не станет уходить из дому посреди ночи!
Сосредоточенно обдумывая разговор с Анной, Ева поглядывала в окно. Вокруг росли густые развесистые деревья, стояли двухэтажные домики с крохотными палисадниками.
Наверное, люди, проведшие детство в таком вот тихом уголке, вырастают защищенными, уверенными в себе. А она до восьми лет скиталась из одной грязной комнатенки в другую и, должно быть, от этого стала такой нервной и дерганой…
Конечно, может быть, и в этих домиках живут отцы, захаживающие в спальни к своим дочуркам. Только верится в это с трудом. Эти отцы не воняют дешевым виски и потом не лезут жирными лапами дочкам под платья!
Ева вдруг поняла, что сидит, раскачиваясь из стороны в сторону, и едва не рыдает.
Нет, она не станет этого делать! Не станет вспоминать! Навсегда забудет, это лицо, смотрящее на нее из темноты, руки, зажимающие ей рот… Ведь она давно убедила себя, что все это происходило с кем-то другим — с какой-то маленькой девочкой, чьего имени она даже не помнит. А если позволит себе вспомнить, то снова превратится в беспомощного ребенка, и Евы больше не будет…
Внезапно до нее донесся звук разбитого стекла. Не будь Ева настолько охвачена чувством жалости к себе самой, она бы наверняка раньше заметила женщину, только что бросившую камень в окно одного из домиков и теперь осторожно вынимающую осколки.
Ева чертыхнулась про себя. Угораздило же ее остановиться именно здесь! Не хватало ей только лишней писанины по поводу задержания на улице…
Но потом она подумала о людях, которые вернутся домой и поймут, что их ограбили.
Тяжело вздохнув, Ева вылезла из машины.
Когда она подошла к дому, женщина уже наполовину влезла в окно. Охранное устройство было блокировано самым простым глушителем, который можно купить на любом развале. «Какие же эти пригородные жители наивные!» — подумала Ева, покачав головой, и ухватила воровку за ногу.
— Забыли дома ключ, мэм?
В ответ ее изо всех сил лягнули ногой — хорошо еще, что не в лицо. Она упала на клумбу с первыми тюльпанами, а воровка вылетела из окна, как пробка из бутылки, и помчалась по лужайке.
Если бы не боль в плече, Ева, наверное, отпустила бы ее с миром. Но сейчас, разозлившись, она догнала обидчицу, схватила за плечи, и они обе покатились прямо по клумбе с ярко-желтыми маргаритками.
— Убери свои мерзкие лапы, а то убью!
Вполне возможно, подумала Ева. Женщина была тяжелее ее фунтов на двадцать. Так что, чтобы избежать ненужных осложнений, Ева быстро придавила ей шею локтем к земле и показала свой значок.
— Вы арестованы.
Женщина бросила на нее взгляд, полный отвращения.
— Какого черта здесь надо городской полиции?! Что, сука, забыла, где Манхэттен?
— Видно, заблудилась.
Решив доставить себе маленькое удовольствие, Ева вызвала по рации патруль, так и не убрав локтя с горла задержанной.
Глава 6
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
