в особенности разведением рогатого скота, который служит им для работ. Коров своих они никогда не доят и, также как и китайцы, вовсе не употребляют молока».
Для полноты картины добавим к этому описанию выдержки из более позднего труда Н.А. Насекина: «Главное занятие корейцев составляет хлебопашество. Кореец – хозяин участка – живет среди своего поля, и корейская деревня совсем не напоминает нашу русскую, где дома дружно держатся вместе, иногда чересчур близко друг от друга, почему так и опасны пожары в русских деревнях; корейские же фанзы разбросаны по всей долине, занимаемой деревней, и редко можно встретить группу, состоящую из нескольких фанз вместе. Деревьев нигде не видно вблизи фанз, и все посевы расположены вокруг дома, клочками. Выходит кореец летом на работу в 3 часа, работает до 10-ти, завтракает, в поле же, вареной чумидзой, отдыхает после еды с ½ часа и затем снова работает; в 3 ч. обедает в поле, если далеко от дома, иначе приходит домой. И затем, примерно с 5 час. пополудни и до позднего вечера продолжает работу…
Земля у корейцев никогда не отдыхает, не истощается же она благодаря, во 1-х, грядовой пашне, при которой половина земли отдыхает, – где в нынешнем году были хлеба, там в следующем останется свободное место, и во 2-х, благодаря переменной системе, один год сеется буда, на другой – пшеница, ярица или бобы (бобы имеют хорошее влияние на почву). На скатах гор пашут поперечными бороздами, чтобы вода не размывала пашню…
Корейский скот ростом меньше нашего и манджурского; масть преимущественно рыжая. Держат скота корейцы очень мало, лишь для полевой работы, и весьма редко для завода. Продают обыкновенно устаревший скот, заменяя его молодым, покупаемым в Корее. На быках и коровах, кроме плуговой работы, ездят верхом, в телегах, возят тяжести, а также возят вьюки, где не имеется дорог. Молока корейцы не едят вовсе, а потому коров не доят и все молоко идет для теленка, который сосет мать более года. Весь скот корейцы держат на приколе, т. к. пастбищ почти нигде нет; пускают в поле лишь на короткое время, по уборке хлеба, в октябре (оригинально видеть небольшого поросенка, привязанного на короткой веревочке); на ночь скот сам возвращается и дома еще получает корм. И зиму, и лето скот держат в прекрасно устроенных хлевах, такого же устройства, как дом у самого хозяина. Плотно убитый пол, крыша такая же, как в фанзах, такие же окна, заклеенные промасленной бумагой; имеются стоки для мочи. В Посьетском участке скот помещается в самой фанзе и ясли выходят в кухню. Кормят скот соломой чумидзы, буды, проса, мелко изрезанной кукурузы – в нерабочее время; бобами, бобовыми жмыхами (выжимки из-под сои), ячменем, зерном кукурузы, сваренным с солью – в рабочее. Быков и коров начинают употреблять в работу с 3-х лет; случают очень рано – 2-х лет.
Лошади у корейцев малорослы, но достаточно сильны, – корейская лошадь может легко нести вьюк от 6 до 8 пуд. Многие из них очень недурно идут рысью, причем большую часть из них искусственно приучают к иноходи, для чего соединяют у молодых лошадей подпругами ноги накрест. Лошадей начинают употреблять на работы с 4-х лет; стоимость лошади от 25 до 70 руб. В Посьетском участке лошади употребляются для верховой и вьючной езды, в других участках запрягают их в плуги, телеги и сани. Кормят как лошадей, так и рогатый скот мелко нарезанной соломой, во время же работы дают овес и ячмень. При хозяйствах, в особенности в Посьетском участке, держат ослов, преимущественно для работы на круподерках. Стоимость осла от 9 до 15 руб.
Свиней держат в каждом хозяйстве преимущественно для себя, так как корейцы очень любят свиное мясо и без свинины не обходится ни один праздник, ни один обряд. Свиньи постоянно на запоре, так как более всего портят хлеба. Кормят их исключительно разного рода мякиной, обваривая ее кипятком».
Корейцы на поле. Фото из книги В.К. Арсеньева «Китайцы в Уссурийском крае».
Вернемся опять кН.М. Пржевальскому, который уделил довольно много внимания обыденной жизни первых корейских переселенцев, и благодаря его наблюдательности мы можем зримо представить себе этих людей:
«В своем домашнем быту корейцы, или, как они сами себя называют – каули, отличаются трудолюбием, особенно чистотою, совершенно противоположно китайским манзам, грязным донельзя. Самое одеяние их белого цвета уже указывает на любовь к чистоте.
Обыкновенная одежда мужчин состоит из верхнего платья вроде халата с чрезвычайно широкими рукавами, белых панталон и башмаков; на голове они носят черные шляпы с широкими полями и узкою верхушкою. Шляпы эти сплетены в виде сетки из волос, ободки их сделаны из китового уса. Кроме того, старики носят, даже и дома, особый волосяной колпак.
Одежда женщин состоит из белой кофты и такой же белой юбки с разрезами по бокам.
Волосы свои корейцы не бреют, как китайцы, но собирают их в кучу на верху головы и сплетают здесь в виде столба; женщины же обвивают волосы кругом головы и тут их связывают. Вообще красота волос считается главным щегольством, так что щеголихи, обиженные в этом случае природою, носят искусственные косы, работа которых доведена у корейцев до высшей степени совершенства.
В общем – физиономии корейцев довольно приятны, хотя стан их, в особенности женщин, далеко не может назваться стройным. Здесь прежде всего бросается в глаза очень узкая, как будто сдавленная грудь. Лица корейцев по большей части круглые, в особенности у женщин, но притом белые, и все они решительно, как мужчины, так и женщины, брюнеты, с такими же глазами.
Мужчины носят бороды, которые, впрочем, очень невелики и редки. Роста мужчины большею частью среднего; женщины же несколько меньше. Последние носят маленьких детей не на руках, как обыкновенно это делается у нас, но привязывают их полотенцем за спину возле поясницы.
Замечательно, что женщины у корейцев не имеют имен, а называются по родне, например: мать, тетка, бабушка и пр.; у мужчин же сначала пишется и говорится фамилия, а потом имя.
Каждый кореец может иметь только одну жену, но этот закон нестрого соблюдается, и богатые держат иногда до трех жен».
Отметив, что появились уже крещеные корейцы (что процитировано выше), Н.М. Пржевальский пишет: «В своих нравственных воззрениях корейцы имеют понятие о высшем существе, душе и загробной жизни. Бога они называют Путэ-Ними, душу – Хани, а небо или рай – Ханыри. Собственно в Корее две религии: буддийская и религия духов, состоящая
