Читаем без скачивания Варяги. Славяне. Русские - Евгений Кутузов

Разумеется, с запада вливается, а с востока покидает пределы страны. Или по крайней мере значительно восточнее, чем вливается. С какой стороны Дунай в таком случае должен втекать на территорию Иллирии? Нет сомнения — тоже с западной стороны. Но, сообщив о том, что Дунай «начинает омывать берега Иллирика», комментатор тут же начинает искать восточную границу Иллирика, чтобы по ней уже сориентироваться насчет местонахождения Мурсианского озера. Уважаемые читатели, вы здесь улавливаете железную логику?

Когда в процессе написания этой работы мне довелось изучить и текст, и комментарии, знакомство это погрузило меня в тяжкие раздумья. Я не имею чести знать Е.Ч. Скржинскую, не знаю, какую школу она кончала, но предполагаю, во всяком случае — похожую на ту, какую заканчивал ваш покорный слуга. А в этой школе очень основательно учили отличать восток от запада. Причем не только мальчиков, но и девочек тоже. Прекрасный пол на ниве истории заслуживает уважения, поэтому я не думаю, что здесь виновата Е.Ч. Скржинская. Скорее всего, она не сама составила комментарии, а перевела их с какого-нибудь западноевропейского языка, а кто-то по недоразумению поставил ее не переводчиком, а автором. Составил же комментарии какой-нибудь остепененный неуч с оксфордским дипломом, знающий великосветские манеры, умеющий считать на пальцах, но безнадежно путающий восток с западом. Тяжелы последствия засилья позитивизма в западной науке!

Из-за такого «комментария» вся работа по локализации праславян на карте Европы зашла в тупик на десятилетия, может, и на сто лет. Самое непостижимое здесь для меня то, что с 1960 г., когда вышло предыдущее издание работы Иордана, в течение более сорока лет наверняка сотни специалистов читали вышеприведенный «комментарий», и никто не заметил, что запад перепутан с востоком.

А комментарии надо исправить. Этакое позорище для российской науки!

И это еще не все. Я намерен реабилитировать Страбона, которому приписывают то, что он никогда не утверждал. В вышеприведенном комментарии утверждается (правда, предположительно), что Страбон границу между Дунаем и Истром обозначил в месте нахождения Железных Ворот.

Краткая справка. Железными Воротами называют участок Дуная на границе Румынии и бывшей Югославии, где скалы сжимают русло реки до ширины 150 м, поэтому там очень быстрое течение и судоходство ныне осуществляется по обводному каналу, а в древности суда перетаскивали волоком по суше. Древние римляне это место называли Клиссуры. Скорее всего, слово фракийское, очевидно, родственно латинскому clusa — «запор», «форт», «укрепление». Слово с родственным корнем имеется и во французском языке: klisser — означает «оплетать снаружи бутыли с вином каким-либо материалом». Есть родственные корни и в германских языках. Например, в английском языке слово «клинч» означает «зажим в ходе спортивной борьбы». Есть немецкое слово «клемма», проникшее в русский язык и означающее «зажим». Сюда же надо отнести русские слова «клещи» и «клеть». Все названные слова восходят к индоевропейскому корню kleu — «сжимать», «теснить», «ограничивать» [174, т. II, с. 249]. Понятно, что слово Клиссуры следует перевести примерно как «Теснины».

В комментариях к Иордану, которые сейчас рассматриваются, высказано предположение, что Железные Ворота Страбон называл «катаракты» и «ниже их, вплоть до Понта, река носит имя Истр». Какие имеются основания для версии «катаракты» — Железные Ворота, неясно. Но чтобы перевести слово «катаракты» с латинского языка, необязательно даже заглядывать в латинско-русский словарь. Достаточно открыть «Словарь иностранных слов». Есть такая глазная болезнь — катаракта. Зрение при ней как через слой падающей воды, отсюда и название болезни, которое переводится — «водопад».

Поскольку водопады у Железных Ворот отсутствуют, надо полагать, Страбон «катарактами» называл места на Дунае, лежащие выше столицы Австрии — Вены, где Дунай имеет характеристики горной реки. Там есть места, для которых термин «водопады» вполне годится.

Если, проделав подобные рассуждения, бросить взгляд на карту, то легко убедиться, что разница между Страбоном и Плинием в определении границы между Дунаем и Истром становится очень небольшой. Страбон точкой отсчета берет чисто географический признак, Плиний — этнополитический. Неподалеку от этих мест в наше время существует полуостров Истрия, вдающийся в Адриатическое море. Это название — память об иллирийском племени истров. Название племени, конечно же, связано с названием реки, на берегах которой проживало племя. А это еще одно доказательство, что название Истр употреблялось значительно западнее впадения в нынешний Дунай его крупных притоков: Дравы, Савы, Моравы (относительно последней реки комментатору следовало бы сделать оговорку, что имеется в виду Морава, впадающая в Дунай с юга, так как не все знают, что в Дунай неподалеку друг от друга впадают две Моравы).

В свете вышесказанного под всеми спорами и сомнениями по поводу идентификации озера Балатон как Мурсианского озера можно подвести черту. Суть этих споров и дискуссий такова: Балатон ни по каким признакам не подходит в качестве кандидата на роль озера, названного Иорданом Мурсианским. Но если не Балатон, то никакого другого озера просто нет поблизости от границы между Истром и Дунаем, границы, которую проводили горе-искатели в области исторической географии.

Искать нужное озеро следует несколько западнее Балатона. И здесь имеется единственный подходящий кандидат — озеро на границе Венгрии и Австрии, которое ныне называется Нейзидлер-Зе. Само его германское название, в котором присутствует слово «новый», говорит о том, что появилось оно не ранее появления германцев на территории Восточной Австрии, а произошло это около XII в. [2 — Точной даты германизации славян в Восточной Австрии назвать невозможно — это длительный процесс. XII в. — начало процесса усиленной германизации.]. Название «Мурсианское» подходит к этому озеру, потому что его берега сильно заболочены, а корень мар/мур в индоевропейских языках часто означает «болото». Кроме того, поблизости от озера протекает река с названием Мур (Мура). Неподалеку река Морава впадает в Дунай.

Вывод из всего предыдущего анализа: западная граница расселения склавенов должна быть сдвинута существенно на запад, в предгорье Альп, к территории Австрии, древнего Норика, где, по сведениям «Повести временных лет», располагалась прародина славян.

Иными словами, граница расселения склавинов (т. е., как уже ранее определено, — «степных венетов») проходила примерно там, где заканчивалась Великая Степь и где ныне западный предел расселения венгров — народа, пришедшего в Центральную Европу из этой Великой Степи. Во времена Иордана земля эта была известна под названием Скифия.

Имеет ли западная граница расселения склавинов какое-то отношение к славянской прародине? Центральноевропейская окраина Великой Степи не подходит в этом качестве по природным условиям, а также в силу того, что, как говорилось, в Паннонии праславяне были бы обязательно замечены античной наукой. Самая предпочтительная версия в данном случае такова: Паннония — территория, с которой происходило широкое расселение славян на окружающие земли, но в Паннонию праславяне пришли со своей подлинной прародины. Эта славянская прародина должна была находиться за пределами границ Римской империи, на Дунае, в горнолесистой местности, в стороне от римских торговых путей. К тому же римляне, поскольку ничего не знали о будущем величии этого племени, не выделяли его из среды родственных племен, считали частью другой племенной общности.

Обращусь опять к приему «гипотетического историка». Представим себе этого историка, живущего через тысячу лет и пытающегося по отрывочным и случайным фактам понять, откуда взялось такое грандиозное политическое образование, как Россия — от Балтики, до Тихого океана, откуда взялись русские (великороссы) и как они соотносятся со славянами и русами.

Допустим, он знает исходное место, откуда пошел рост державы, — междуречье Верхней Волги и Оки. Там жило племя вятичей. Это славянское племя пришло в Восточную Европу последним из славянских племен — только в VIII в. Есть сведения, что оно входило в состав государства Русь. Что далее случилось с вятичами — неясно, но потом на их земле обнаруживаются то ли русские, то ли великороссы, которые активно расширяют этнические пределы, интегрируя в свой состав окружающие земли. Для нахождения исторической истины нужно, во-первых, знать определенный минимум фактов, во-вторых, правильно их систематизировать и интерпретировать. И ни в коем случае не изобретать никаких «циркумповолжских» теорий. Такая теория, разумеется, объяснит все что угодно, но и все оставит непонятным. Как в известном бородатом анекдоте про картину, на которой «война в Крыму, все в дыму, ничего не видно».