— Однако готов поспорить, ты все равно этим занимаешься. Так?
Чи оглянулся. Ковбой был теперь у машины, помогал Берни, которая из нее что-то вытаскивала.
— Лейтенант, — сказал он. — Билли Туве — двоюродный брат Ковбоя. У Билли не все в порядке с головой. А Ковбой всегда приходил мне на помощь. Сейчас он собирается спуститься в каньон и заняться поисками. Мы тоже с ним пойдем.
— Ты сказал «мы». Кто там с вами еще? Туве?
— Нет, Берни Мануэлито. Туве тоже собирался, но, когда Ковбой заехал за ним, оказалось, что он исчез. Кто-то явился к нему накануне, и он ушел с этими людьми.
— Возможно, его забрали люди шерифа. Его освобождение под залог того и гляди отменят. А что там делает Берни?
— За Билли приезжали не от шерифа. Возможно, это была та женщина, которая его выкупила.
— Странно, — сказал Липхорн. — Так что же там делает Берни?
— Я и сам не очень понимаю, зачем она увязалась с нами.
Липхорн рассмеялся:
— Ну, я, пожалуй, догадываюсь.
— Может, все-таки расскажете мне, почему вы позвонили? — поинтересовался Чи.
Берни направилась к нему, держа в руках рюкзак.
Липхорн рассказал Чи все, что узнал от Луизы. И про награду за найденные кости, и про странные байки индейцев, живущих в каньоне.
Чи вздохнул:
— Похоже, хранитель бриллиантов все еще жив.
— С кем ты разговариваешь? — спросила Берни. — С Билли Туве?
— Лейтенант Липхорн, — ответил Чи в трубку. — Тут ко мне подошла Берни. Может, она сама вам объяснит, зачем ей понадобилось спускаться в каньон…
И он передал телефон Берни.
— Лейтенант, — сказала Берни с улыбкой. — Я уже объяснила Джиму причину. Мне просто интересно. И потом, должен же кто-то присматривать за ним и за Ковбоем.
— Будь осторожна, — сказал Липхорн.
— Ладно, — ответила Берни. — Вы же знаете, где я выросла. Лазать по скалам я умею.
— Я не только об этом, Берни, — сказал Липхорн. — Полагаю, ты знаешь, что этим делом заинтересовалось ФБР. Федералы просили капитана Пинто выяснить все о бриллианте, которым предположительно владел Коротышка Макгиннис. Это означает, что вся эта история здорово интересует каких-то людей из Вашингтона. Надеюсь, сержант Чи сказал тебе, что он и Ковбой — не единственные, кто охотится за этими камнями.
— Нет, не сказал, — ответила Берни.
— Плюс к этому кто-то предлагает большие деньги за кости одной из жертв катастрофы. Хочет их перезахоронить. Но как бы там ни было, не забывай: если к делу причастен Вашингтон, значит, оно интересует какую-то важную шишку, а из этого обычно следует, что речь идет об очень больших деньгах. И стало быть, все может стать крайне опасным. Так что будь осторожна.
Спуск к реке отнял почти шесть часов. В тех местах, где индейцы рассыпали пыльцу — в виде подношения духам, охраняющим Соляную Тропу, — Дэши проявлял особую осторожность.
К тому же Дэши очень беспокоило то, как отнесутся старейшины его рода и кивы к тому, что он повел по ритуальной тропе двух навахо. Для тех, кто привык строго соблюдать традиции хопи, индейцы навахо все еще оставались варварами.
Берни же спуск по песчаной тропе представлялся ожившей мечтой, радовал слиянием с дикой природой, которую она так любила.
По пути Берни вспоминала все, что прочла, когда готовилась к этому спуску. Волнистые светлые полоски, тянущиеся горизонтально по оранжевато-розовым скалам, — это песчаники юрского периода, а кроваво-красные пласты над ними — сланцы, содержащие соединения железа.
Ее размышления прервал Ковбой Дэши:
— Ну, что ты об этом думаешь, Берни?
— О чем?
— Да о том, о чем мы говорили, — с легкой досадой ответил Дэши. — Вот мы и здесь, в том самом месте, до которого хотели добраться, а Билли нет как нет. Что дальше? С чего нам начать поиски?
Берни пожала плечами:
— Может, Билли поспел сюда раньше нас и ему просто надоело ждать. Надо бы его поискать.
— Да, думаю, это единственное, что мы можем сделать, — согласился Чи. — Кто-то должен покараулить здесь, вдруг он все же спустится или уже спустился и вздумает искать нас здесь. Останешься тут, Берни? Если Туве появится, задержишь его до нашего с Ковбоем возвращения.
— Сержант Чи, — ответила Берни. — Хочу напомнить вам, что я больше не офицер Мануэлито, состоящая у вас в подчинении. Я частное лицо.
— Извини, — сказал Чи. — Я просто подумал…
— Ладно. Останусь здесь, — сказала Берни.
— Спасибо, — отозвался Чи. — Я вот что хотел предложить: я пойду вниз по течению, поищу боковое ущелье, о котором говорил Туве, и вернусь сюда часа, скажем, через полтора. Если что-нибудь найду, то и быстрее. А ты, Ковбой, отправишься вверх, идет?
— Идет, — ответил Дэши.
Усталая Берни села, прислонилась к гладкому валуну. Она смотрела вслед Ковбою, пока он не скрылся за нагромождениями камней. Смотрела на Чи, уходящего в другую сторону. Ей хотелось, чтобы он хоть разок оглянулся, однако Чи этого не сделал.
Зря она так резко ответила ему. Надо будет извиниться, когда он вернется.
А теперь остается лишь ждать. Ждать, сидя в удивительном месте — в самом центре загадочного и величественного Большого каньона.
И тут что-то изменилось в природе — видимо, солнце подало некий сигнал. Из скальных нор внезапно вылетели и принялись прочерчивать воздух быстрые ласточки. Где-то за спиной Берни послышался зов совы, перевести который на человеческий язык мог бы только самый старый из дедушек Берни, и пятнистые жабы вплели свою воркотню в нестройный птичий хор.
Какой смысл сидеть здесь и ждать? — спросила себя Берни. Она расстегнула молнию своего рюкзака, вынула бутылку с водой, повесила на плечо бинокль, порылась в рюкзаке, отыскивая блокнот орнитолога, в котором обычно делала записи об интересных птицах.
Вырвав из блокнота чистый листок, Берни достала из рюкзака ручку.
МИСТЕР ТУВЕ,
МЫ ОСМАТРИВАЕМ ОКРЕСТНОСТИ.
СКОРО ВЕРНЕМСЯ, ПОДОЖДИТЕ НАС ЗДЕСЬ.
Берни
Положив листок на гладкий плоский валун, на котором сидела, Берни прижала записку камнем и направилась к тянувшимся вдоль самого обрыва зарослям тамариска — поискать там птичьи гнезда.
Добравшись до них, она обернулась и посмотрела в бинокль на то место, где ее оставили Джим и Дэши. Ни ребят, ни Туве у валуна пока что не было.
Берни стала разглядывать обрыв. И ей стало понятно, почему один из первых исследователей, описывая величественные, уходящие вдаль стенки каньона, сравнивал их с изящной балюстрадой. В обе стороны шли бесконечные вертикальные полосы света и тени — Берни словно смотрела на густой частокол. Каждая тень представляла собой идущий с самого верха естественный желоб — потоки талой и дождевой воды проточили за миллион лет подобия маленьких ущелий, по ним вода стекала в реку Колорадо.
Джим и Ковбой искали боковой каньон — ущелье, в котором живет или жил легендарный даритель бриллиантов.
Обойдя небольшой речной порог, Берни двинулась вниз по течению.
Первая расщелина в отвесной стене каньона оказалась неглубокой. Берни, пробиваясь сквозь густые заросли кустов, убедилась, что места для пещеры здесь не найдется.
Она прошла чуть дальше по течению и увидела ущелье побольше.
Время от времени Берни попадались на глаза следы ботинок Джима, главным образом на сыром песке возле самой воды. И вот она снова увидела их. Следы вели к ущелью и снова возвращались к реке.
Ну ладно, подумала Берни, скоро он повернет обратно — когда тени удлинятся и станет прохладнее. Она читала, что летом температура на дне каньона иногда на десять градусов превышает температуру наверху, над полуторакилометровым обрывом. Теперь Берни убедилась в этом сама. Даже в тени здесь было невыносимо жарко.
Она заметила следы Джима на песке у противоположного края обрыва и решила проверить, не утратила ли она прежних навыков следопыта, приобретенных в пограничной охране.
Следы скрывались среди клубков перекати-поля, затем появлялись снова — на гладком каменном ложе высохшего ручья, где хорошо были видны любые царапины.
Подъем был довольно крутой, и вскоре Берни добралась до места, где узкое русло соединялось с другим, намного более широким.
Следы Чи уходили в малую расщелину лишь на несколько метров, а затем, вернувшись назад, вели выше — к новому овражку, на этот раз совсем узкому.
Из каменной щели веяло прохладой, ветерок доносил откуда-то ароматы горных растений. Камни, по которым ступала Берни, были влажными от воды, крохотными каплями сочившейся из скал. Облачко мошкары зависло над густым зеленым мхом, на котором восседала жаба.
Впрочем, пора было выбираться из этого ущелья — надо посмотреть, не спустился ли по Соляной Тропе Билли Туве. Может быть, Чи или Дэши, а то и оба уже поджидают ее внизу, у Святилища Соляной Женщины.
